Архэ - Екатерина Витальевна Белецкая

— Мне тоже, — встрял Лин. — Эри, я первый предложил. Не он. Я.

— Хватит врать, ты, — Пятый сердито посмотрел на Лин. — Я это был. Он как раз наоборот…

— Вообще-то я могу открыть считки, и посмотреть сама, — заметила Эри, которой эта перепалка стала надоедать. — Но что-то мне подсказывает, что это решение вы приняли оба. Да это и неважно теперь, наверное. Я не понимаю, что сейчас делать, это меня больше волнует. Если что, я в Саприи перееду, говорила уже с Ритой, может, в помощницы возьмет. Они там хорошо зарабатывают, не пропаду.

— Перестань, пожалуйста, — попросил Лин. — Слушай, раз мы вообще про это всё начали… давай, добей уже окончательно, что ли.

— В смысле? — не поняла Эри.

— Расскажи, что с тобой было после того, как мы ушли, — пояснил Пятый.

* * *

В камнях, рядом с входом в тоннель, они просидели до темноты — Эри всё говорила и говорила, а они слушали, почти не перебивая. В какой-то момент Эри вдруг ощутила, что рассказ ее, не изобилующий интересными деталями или важными моментами, почему-то становится похож на исповедь: она будто оправдывалась, словно чувствовала себя виноватой не меньше, чем её слушатели. Жалкая, думала она про себя, никчемная, зряшная, жалкая. Ничтожество. И всего-то, что было у этого ничтожества — никому не нужные знания, и никому не интересная вера. Не интересная даже тем, в кого она верила. Но почему-то они слушают, и, кажется, про Берег им было всё-таки немного интересно, потому что Берег им важен, и поэтому надо досказать, хотя бы про тех же Пропащих, и про гонки на рыбах, и про то, как Шилд дрался с волком…

— Боже. Мой. — раздельно произнес Лин, когда Эри, наконец, сказала, что — всё, больше рассказывать не о чем. — Как же ты это всё вытерпела?

— Да ничего особенного, — пожала плечами Эри. — Люди гораздо хуже живут, вот им действительно трудно приходится. А я? Жилье у меня было, даже машина была. А к боли можно привыкнуть, ты же знаешь.

— Сравнила тоже, — покачал головой Лин. — При чем здесь это? Ты еще и записывала всё из того, что у тебя было?

— Не всё, — она покачала головой. — Всё было бы невозможно, там слишком много. Вы не волнуйтесь только, мы это всё привезли, оно тут.

— Что — тут? — не понял Лин.

— Мои записи, — пояснила Эри. — Сперва ребята вывезли, потом они были у Маден, а потом…

— Подожди. Маден, это… дочь Фэба? Так? Я запутался, кто есть кто, — признался Лин.

— Мади — дочь Фэба, Скрипача, и Орбели, — блеснула знаниями Эри. — Орбели — это первая жена Ита и Скрипача. По их словам, она большая стерва. Ну, то есть по размеру небольшая, но по характеру так очень. Маден — это их троих дочь, но отцами называет и Скрипача, и Ита, потому что они ее растили. Она очень милая, правда, — Эри улыбнулась. — У них вся семья хорошая. Мы у них жили какое-то время.

— Давай про это потом, — попросил Лин. — Мы сейчас о тебе, хорошо? То есть, получается, ты там, у себя дома, на Соде, все эти годы ждала нас.

— Да.

— Угу. Потом пришли они, верно?

— Да.

— Разумеется, они тебя не узнали, и ты решила покончить с собой.

— Ну да. Лин, я сто раз уже это повторила.

— Помолчите минуту, оба, — вдруг попросил Пятый. До этого он сидел, сгорбившись, закрывая ладонями лицо, и в разговоре участия не принимал. — Эри. Ты нас ждала, не смотря на то, что ты знала, что мы… что нас уже нет? У тебя было в считках, что мы умерли, так?

— Да.

— И ты ждала?

— Да.

— Почему? — с отчаянием спросил он. — Кого ты ждала, если нас нет?

— Я не знаю, — Эри растерялась. — Вас…

— Заело, — констатировал Лин.

— Помолчи! — Пятый, кажется, разозлился. — Ты нас ждала, зная при этом, что мы уже мертвы?

— Но и когда вы приходили, вы тоже уже были мертвы, — пожала плечами Эри. — Так какая разница?

— Действительно, никакой, — Пятый снова опустил голову. — Эри, вот что… Давай так. Первое — мы тебя больше никуда и никогда не отпустим, потому что, боюсь, если тебя отпустить, ты натворишь таких дел, что разобраться будет вообще невозможно. Второе — мы очень постараемся как-то искупить свою вину, хотя я не уверен, что это реально. Третье — мы должны приложить все усилия для того, чтобы разобраться, что мы вообще такое, и что происходит. Это как картинка из кусочков получается. Один кусочек — это то, что знаешь и умеешь ты, другой кусочек — Ит, Скрипач, Берта, Фэб, Кир, третий — Саб, потому что, как мы поняли, он стоит особняком, четвертый — это мы…

— Угу. И еще два кусманища — отсутствующая часть в лице Барда и… второго Барда, который, как я понял, не Бард, — добавил Лин.

— Примерно так, — подтвердила Эри. — Ребята, собственно, как раз этим и пытаются заниматься, но как-то пока не очень получается.

— Слушай, что такое Терра-ноль? — спросил вдруг Пятый. — Они несколько раз говорили…

— Без понятия, если честно, — ответила Эри. — Я там не была. Какой-то мир, по их словам, весьма странный. Они там жили много лет. Спроси у них, — предложила она. — А лучше у Берты, она вообще оттуда родом. А вы заметили, что мы с ней похожи?

— Заметили, — кивнул Пятый. — Мы сперва подумали, что у тебя откуда-то появилась старшая сестра, хотя ты тогда про сестру ничего не говорила.

— У меня никогда не было сестры, — Эри улыбнулась. — То есть я так думала. А теперь, оказывается, у меня есть сёстры, и не одна, их много. Очень много. Я просто не знала об этом.

— Слушайте, — Лин вдруг замер. — Маджента. Эри, Терра-ноль относится к Мадженте, или нет?

— Кажется, она ни к чему не относится, — пожала