Продажный рок. Как лейблы укротили панк, эмо и хардкор - Дэн Оззи

добилась с тех пор, как заставила критика газеты ломать голову над их дебютным альбомом. «Песни Sing Sing более дерзкие и зажигательные; мелодии бурлят и раскачиваются из стороны в сторону», – говорилось в ней, а Даль восхвалялась как значимая рок-фигура женского пола, чьи песни «оставили бы растяжки на губах» у Карен О из Yeah Yeah Yeahs и Кэтлин Ханны из группы Bikini Kill: «Ее сила в ее позиции: "даже не думай меня раздражать". Это мгновенно, решительно и непоколебимо – и слишком многих девушек все еще нужно убедить в том, что так жить удобнее. Невежество недопустимо, и это не обсуждается».

На волне своей растущей популярности Distillers большую часть времени проводили в дороге и использовали возможности для более масштабных гастролей; некоторые из них выходили за рамки узкого панк-мирка группы. В конце 2002 года Distillers сыграли свои самые масштабные концерты – семь недель в туре в поддержку двух крупных групп, No Doubt и Garbage. Именно там Даль обрела наставницу в лице предводительницы Garbage Ширли Мэнсон.

«Я просто вошла в ее гримерку в первый день и сказала: "Вот и я", – вспоминает Даль. – И мы сразу же влюбились друг в друга. Я не отходила от нее ни на шаг на протяжении всего тура. Я искала именно это. Мне всегда нравились сильные женщины-наставницы».

«Тот факт, что она просто так вошла ко мне, многое говорит о чьих-то яйцах, – говорит Мэнсон. – Она была такой юной – была совсем ребенком! И у нее был настоящий ирокез, неброский макияж глаз, и она старалась выглядеть «уродливой» в то время, когда во всем мире были сплошные Джессики Симпсон и Бритни Спирс. Меня всегда отталкивала мысль о том, что женщинам нужно стараться привлекать взгляды мужчин, поэтому с момента нашей встречи я всегда на все 100 процентов поддерживала ее».

Distillers привлекали к себе все большую аудиторию во время тура, выступая перед тысячами зрителей каждый вечер. Группа попала в поле зрение нескольких крупных лейблов, чье любопытство возбудили эффектные молодые панки и их зажигательная предводительница. Заглавная статья февральского номера Alternative Press за 2003 год отражает высокий спрос на группу: «Sony. Def Jam. DreamWorks. За последний год все они стучались в двери Distillers после успеха культового второго альбома группы, Sing Sing Death House».

«Конечно, звукозаписывающие компании были заинтересованы. Они процветают благодаря таким амбициозным людям, как она, – говорит Мэнсон о Даль. – Броди – звезда. По-другому просто не скажешь, правда. Она невероятная певица, невероятная гитаристка, очень харизматична и красива до безобразия. Я постоянно называла ее Авой Гарднер[163] панк-рока. И ее группа состояла из невероятных личностей. Они не были похожи на каких-то музыкантов, подыгрывающих ей на заднем плане, сливающихся в одно целое. У каждого из них были свои особенности».

Гранелли, выходец со сцены Gilman, поначалу с опаской относился к интересу крупных лейблов. «Мы всегда были слегка настороже. Никогда не знаешь, есть ли у лейблов скрытые мотивы, – говорит он. – Тим рассказывал нам о парне, подписавшем контракт с Green Day, который встречался с Rancid и покрасил волосы в зеленый цвет, чтобы казаться панком. У каждого из тех времен есть история о каком-нибудь парне из A&R, пытавшимся раздуть из мухи слона ради репутации».

«Мы слышали какую-то нелепую чушь, – вспоминает Даль об их переговорах с лейблами. – "Если вы, ребята, не продадите миллион пластинок, я уволюсь с работы". Это прозвучало из уст одного парня из A&R».

«Мы играли в Нью-Йорке, и [сопрезидент Island Def Jam] Лиор Коэн должен был приехать и посмотреть на нас, – говорит Гранелли. – В итоге он даже не стал с нами разговаривать. Я слышал, что он посмотрел выступление группы и подумал, что мы сыграли хардкорную программу, чтобы позлить его, и после этого не стал тратить время на разговоры с нами. Для нас это было что-то вроде: "Ага, видите – эти невежды даже не слушают наши альбомы!"»

В итоге группе больше всего понравился Warner Bros. У принадлежащего ему лейбла Sire Records была впечатляющая история работы с такими достойными панк-рокерами, как Ramones и Dead Boys. Группу также подкупили личные инвестиции соучредителя Sire Сеймура Стейна и генерального директора Warner Тома Уолли, приглашавших их на ночные ужины в рестораны, которые они никогда бы не смогли себе позволить. «Мы с Сеймуром Стейном ели лобстеров, надев слюнявчики, и все над нами смеялись, – вспоминает Cинн. – Они были просто людьми, с кем мы могли тусоваться и весело болтать о музыке. Казалось, что это наши люди».

Еще одной приманкой Sire был Крейг Ааронсон из A&R, с которым группа вела переговоры. Он работал с Jimmy Eat World и At the Drive-In, и, помимо своих A&R-обязанностей, имел серьезное влияние и внутри компании. «Нашим парнем из A&R был Крейг Ааронсон, также являвшийся вице-президентом, – говорит Гранелли. – Для нас это было очень важно… Если имеешь дело с каким-нибудь младшим специалистом, можно стать похороненным или потерянным в этом механизме. Но раз уж нашим A&R был вице-президент, это подсластило сделку».

После некоторых размышлений группа решила принять предложение Ааронсона, Уолли и Стейна, подписав контракт с Sire Records на запись своего третьего альбома. Соглашение даже допускало, чтобы альбом был выпущен совместно с Hellcat с немедленной выплатой аванса. «Они выдали нам все чеки, – вспоминает Гранелли. – Я получил около тридцати тысяч в качестве бонуса при подписании контракта, и это было круто. Это было по-настоящему».

Новые возможности Distillers и их безостановочный гастрольный график были захватывающими, но они начали оказывать давление на брак Даль. «Большую часть времени меня не было дома, – говорит она. – Помню, я вернулась домой из тура, а Тим такой: "Мне одиноко. Я скучаю по тебе. Тебя никогда нет рядом". А я такая: "… Да и пофигу. Черт, ты взрослый мужик". Мне было двадцать, двадцать один. А ему – чуть за тридцать. "Я здесь не для того, чтобы о тебе заботиться". Я была ребенком. Я была чертовым ребенком!» Уход из Hellcat ради подписания контракта с более крупным лейблом только усугубил ситуацию. Она вспоминает, что чаще всего звучало слово «преданность».

«Как раз перед этим я сказала, что хочу рассмотреть свои варианты – может быть, я поговорю с Фэт Майком или с кем-нибудь еще, посмотрю, что еще есть. Из-за этого он просто пришел в ярость, – говорит Даль. – Эта идея была мне очень чужда. "Преданность?" Черт возьми… что? Не иметь возможности принимать самостоятельные решения, не полагаясь ни на кого другого – это был шок. Одна из причин,