Хрупкий побег - Кэтрин Коулс

— Смотри, куда едешь! — взвизгнула Райна, снова ударив меня в то же самое место, куда уже пришелся удар.

Машина выехала на встречную полосу — дорога к горам Монарх, — но, к счастью, в этот момент встречных машин не было. Я быстро выровняла руль. Моргнула, пытаясь прогнать слезы и воспоминания.

Я крепче сжала руль, и взгляд снова упал в зеркало. Лицо Райны заполнило обзор — а за ее плечом я заметила мигалки машины заместителя Аллена. Он был близко. Мне оставалось только придумать, как дать ему шанс. Может, врезаться?

Но дуло пистолета, прижимающееся к боку, говорило, что это плохая идея. Палец у неё был на спусковом крючке. При любом ударе она точно выстрелит.

— Чего ты хочешь? — выдохнула я.

Глаза Райны, карие с золотистым отливом, сверкнули. Но это было не тёплое янтарное сияние, как у Шепа. Это была чистая ярость. Она крепче сжала пистолет:

— Я же сказала. Я хочу, чтобы ты исчезла. — Ее дыхание стало прерывистым. — Я пыталась тебя предупредить. Сначала — чтобы ты уехала, потом — чтобы остановилась. Но ты не слушала. Я проколола тебе шины, прислала то фото, разнесла твою тупую теплицу. Но ты такая тупая, что не понимаешь!

— Почему? — Это был самый простой вопрос. Но я не понимала. Я всегда была добра с ней.

Ее глаза сверкнули снова.

— Ты думаешь, я не знаю, что ты пытаешься увести у меня мужа? Разрушить наш брак? Что ты заставляешь его причинять мне боль?

Каждое ее слово било по мне, как удар. Они не имели смысла. Не полностью.

— Райна, я не хочу, чтобы Расс причинял тебе боль. Я хочу, чтобы ты от него ушла.

Она двигалась слишком быстро — я даже не успела поднять руки. Замахнулась пистолетом и ударила меня в висок. Перед глазами вспыхнули искры, и машина дернулась вбок, заставив Райну вцепиться в спинку сиденья, чтобы не упасть.

— Сучка! — взревела она. — Ты хочешь, чтобы я страдала. Ты соблазняешь Расса. Провоцируешь. Он рассказал мне, что произошло в баре. Что ты к нему лезла, трогала его. А потом включила жертву. Он пришел домой в ярости.

Меня затошнило. Я не хотела слышать, что было дальше. Но и так знала — ничего хорошего.

— Он швырнул меня о стену так, что я отключилась. На следующий день еле двигалась. И все из-за тебя.

Я задышала чаще, каждый вдох обжигал грудь в том месте, куда она ударила меня раньше.

— Мне очень жаль, — прошептала я.

Она вцепилась в мои волосы так сильно, что перед глазами замелькали звезды.

— Врешь. Ты шлюха. Такая же, как все остальные. Притворяешься невинной и идеальной. Но ты такая же дрянь. Все это увидят. Все увидят.

Паника разгорелась в груди, как пожар.

— Направо. На дорогу в горы, — скомандовала она.

— Нет, — прошептала я.

Я не могла. Если я сделаю, как она говорит — все закончится очень плохо.

Райна дернула мои волосы сильнее, потрясла меня.

— Ты будешь слушаться. Ты будешь повиноваться.

— Нет. — Это все, что я могла. Тихий протест.

Ее рука дернулась и раздался оглушительный выстрел. Стекло водительского окна разлетелось на тысячи осколков. Я дернула руль в сторону, едва не слетев с дороги в кювет.

— Следующая пуля — в колено, если не послушаешься.

Позади нас вспыхнули синие и красные огни, раздалась сирена.

Райна резко обернулась, увидела машину Аллена, а потом снова посмотрела на меня.

— Посмотри, что ты натворила. Ты за все заплатишь. За все свои грехи. — Она снова дернула меня за волосы. — Поворачивай, или я убью тебя прямо сейчас.

Слезы катились из уголков глаз — слезы страха и отчаяния. Потому что я не знала, что делать. Подчиниться или сопротивляться?

Я взглянула на поворот, куда она велела свернуть. Мы постепенно поднимались в горы по извилистой дороге. Но этот съезд вел прямо вверх. По бокам — высокие деревья. Возможно, я могла бы врезаться в них. Это был мой единственный шанс. Нужно было только молиться, чтобы, если она выстрелит, пуля не попала в меня… или хотя бы не оказалась смертельной.

— Поворачивай! — заорала Райна.

Я дернула руль, сделала резкий поворот, посылая гравий в стороны. Райна вцепилась в мои волосы еще сильнее, пытаясь удержаться на месте, и боль снова вспыхнула на коже головы.

Я как-то удержала машину на дороге, выровняла руль и поехала вверх по склону. Подъем был крутым, и разогнаться так, как мне хотелось, было трудно. Я вжала педаль газа, надеясь, что не совершаю ошибку и не отправлю нас в один из обрывов по левую сторону дороги.

Райна не отпускала моих волос, крепко их сжимая, и в то же время обернулась.

— Чертовы копы, — прошипела она и направила пистолет в заднее стекло.

Сердце екнуло от страха, и я молилась, чтобы она промахнулась. Чтобы она не ранила заместителя Аллена.

Раздался выстрел, и стекло растрескалось, покрывшись паутиной. Потом еще один. И еще. Сколько пуль вмещает ее пистолет? Я не имела ни малейшего понятия. Может, он уже пуст. А может, в запасе ещё целая обойма.

Воздух пронзил ее хриплый, жуткий смех:

— Посмотрим, как он будет подниматься в гору без переднего колеса.

Я взглянула в зеркало — всего на миг. Через разбитое стекло я увидела, как машина Аллена резко остановилась. Желудок скрутило. Если я сейчас врежусь — помощи не будет. Оставалось надеяться, что удар будет достаточной силы, чтобы хоть немного повредить Райну.

От самой этой мысли меня замутило. Несмотря на все, что она делала, я не хотела причинить ей боль. Она уже прошла через ад. Боль, которая, очевидно, изуродовала ее сознание.

Я знала, каково это — не доверять собственному разуму, собственным воспоминаниям. Они становились запутанным клубком, в котором невозможно найти ни начало, ни конец. Как провод, потерявший назначение. Ты уже не знал, чем он был прежде, потому что теперь он стал чем-то иным. Тем, из чего нет выхода.

Но теперь я видела. Теперь знала. Правда, наконец, нашла меня. А любовь к Шепу помогла мне это понять — будто он снял с моих глаз пелену. Я могла видеть мир новым взглядом, всеми его оттенками и красками.

Это был дар, за который я не смогу отплатить.

Но я могла быть достаточно смелой, чтобы бороться за то, что у нас было.

Я вцепилась взглядом в дорогу. Через деревья слева я знала — там резкие обрывы, утесы. Я не собиралась рисковать и лететь