Приятные вещи - Дмитрий Петюк

Хартан не стал спорить, он просто кивнул, и его окутало слабое ажурное сияние барьера. Точно такие же барьеры возникли возле остальных. Мы продолжили путь, я ехал замыкающим, отслеживая магию спутников, помогая и давая советы по мере возникновения проблем. У Мирены пока не получались тонкие манипуляции, её барьер мог бы отразить даже довольно большую птицу, но справились все довольно неплохо.

— Стоп! — сказал я, когда мы пересекли участок тёмной, почти чёрной воды и выбрались на землю между корнями низких кривых деревьев. — Есть цель!

В качестве иллюстрации я поднял цепочку с компасом, показывая, что стрелка больше не рыскает бесцельно в воздухе, а показывает в одну-единственную сторону.

— Всем удвоенная осторожность! — скомандовал Дреймуш. — Лоргарх — не самая опасная тварь, но дел натворить может. Они большей частью едят траву и дерево, но от мяса тоже никогда не откажутся. К счастью, на муравьёв они похожи только внешне, иначе нам пришлось бы туго.

— Мы всё это уже знаем, — недовольно скривился Хартан.

Дреймуш кивнул, притормозил своего круншага, а когда Тана с ним поравнялся, отвесил ему увесистую затрещину.

— Эй, ты чего? — возмутился Хартан.

— Санд, объясни! — сказал Дреймуш.

— Я бы тебе выписал сильнее, — вздохнул тот. — Тана, если во время пути трепаться можно, то сейчас, во время боевой ситуации такое может стоить жизни. И уж точно запрещено пререкаться с командиром, а Дреймуш в данной миссии командир. И даже Ули, который его нанял, имеет самый высокий сан в религии, к которой Дреймуш теперь принадлежит, да ещё и является его учителем, подчиняется беспрекословно. Понятно?

— Понятно, — буркнул Хартан.

— У нас тут, конечно, не армия, — тихо сказал Дреймуш. — Но если кто-то по глупости погибнет, расслабившись и недооценив противника, от этого легче не будет.

— Дреймуш, хочу дополнить, — сказал я. — У каждого из вас есть реликвия, способная спасти вам жизнь. Но эвакуация порталом наступит только в случае смертельной опасности. И она не спасёт от боли и увечий. Я предпринял кое-какие меры, чтобы суметь спасти даже в этом случае, но именно в этих чарах не уверен.

— Хорошее замечание, — кивнул Дреймуш. — Добавлю только, что каждый, у кого сработает Последний Шанс, сильно пожалеет. Возможно, даже пожалеет, что он действительно не погиб.

Я видел, что на языке Хартана крутится какое-то резкое слово, но он благоразумно заткнулся.

— Рейш, веди нас не прямо, а чуть в сторону, — сказал я. — Тогда я смогу вычислить точное положение твари.

— Как именно? — спросил Дреймуш. — Это, понятно, твои магические дела, но мне лучше знать, чтобы представлять ход действий.

— Никакой магии, — покачал головой я. — Обычная триангуляция, курс школьной геометрии. Чем дальше заберём в сторону, тем точнее результат.

Дреймуш кивнул, молча указал направление, и мы направили наших круншагов в обход невысокого длинного холма, поросшего густым кустарником. Затем пересекли ещё один участок открытой воды, несколько полян, где ковёр из трав прогибался под лапами наших зверей, а затем добрались до невысокой каменной площадки, приподнимающейся из болота.

— Столько достаточно? — спросил Дреймуш.

Я кивнул и закрыл глаза, активируя форсаж. Даже сквозь опущенные веки я видел формулы и векторы, описывающие пройденный путь, цифры, показывающие углы и расстояние, а также невидимую точку, указывающую на позицию твари. И если за то время, что я не смотрел на «компас» она не убежала слишком далеко, можно было сказать где она находится с приемлемой точностью.

— Полночь-полночь-восход, — сказал я. — В миле и восьмистах шестидесяти пяти ярдах от нас.

— Отлично, — подытожил Дреймуш. — Даёшь отсчёт каждый сто ярдов. Каждые пятьсот — уточнение позиции цели. Первая миля — расслабиться, но сильно не шуметь и держать глаза открытыми. Ульрих, такие твари бывают живут парами. Тоже обрати внимание.

— Если монстров больше одного и они не рядом, реликвия покажет на каждого. Если монстры находятся рядом друг с другом, мы не узнаем до последнего. То же самое, если они на одной линии от нас.

— Принято. Жаль, что у нас не было таких штук! Я имею в виду, не против монстров, а против врагов!

— Близкое знакомство папы с верховной жрицей Фаолонде! — засмеялся Хартан. — Очень-очень близкое!

— Не в этом дело, — возразил я. — В последнее время Незель очень сильно укрепила связь со своим повелителем, к тому же это очень специализированная реликвия, опирающая на мою нужду и мою жажду обрести магию. Не уверен, получилось бы так сделать со столь слабой связью, как просто враждебность. Если, конечно, это не заклятый враг, с которым вы друг друга ненавидите до крошащихся зубов. Полагаю, если бы принц остался жив, то чувств Кениры или Мирены к нему хватило бы. Дреймуш, прошли сто ярдов!

Как оказалось, моя оценка расстояния оказалась слишком уж оптимистичной, так как учитывала только прямую дистанцию. Маршрут наших зверей петлял через болота, холмы, скалы и отдельные заросшие скособоченными деревьями островки. Ситуация мне безумно не нравилась, следовало серьёзно подумать над способами посадки поближе к цели, чтобы не тратить на дорогу несколько дней. Свои соображения я изложил Дреймушу и Санду.

— Нет! — отрезал Дреймуш.

— Ни в коем случае! — одновременно с ним воскликнул Ксандаш.

Он и переглянулись между собой и рассмеялись.

— Санд, давай ты! — наконец, сказал Дреймуш. — Объяснять у тебя получается лучше.

Я повернул к нему голову, крепче уцепившись в поводья зверя и сжав ногами седло.

— Расстояние — это не только плохо, но и хорошо, — сказал Ксандаш. — Если мне что-то и не нравится, то что для поиска твари нам надо подлетать достаточно близко. Пара дней дороги никому не повредила, но таким образом мы можем подобраться ближе незамеченными, не привлекая внимания. В идеале нам даже не придётся сражаться, из своего самострела ты можешь выстрелить издалека. Большая часть тварей чувствительна к магии. Да, с нами Мирена и Алира, но работающие ходовые артефакты омниптёра вызывают магическое возмущение гораздо выше, чем даже они.

Я кивнул, завихрения потоков элир возле двигателей, а также обширные магические структуры, удерживающие аппарат в воздухе, я имел возможность наблюдать неоднократно. Не знаю,