Сделка - Лисса Джонс

Карина всхлипывает. Отстраняется, по-детски трет нос кулаком.

– Простите, что-то я… – Вздыхает, пытаясь успокоиться. – Что-то я раскисла.

– Ты что, беременна? – Выпаливает Злата.

– Да ну тебя! – отмахивается Карина и дергает носом. – Знаете, что? Штрудель очень вкусно есть с мороженным. Я сейчас куплю нам брикет, и мы устроим ужин как в «Сексе в большом городе». Наболтаемся вдоволь!

– Так уже поздно. И мой штрудель без мороженного вкусный. Пошли, а?

– Я просто выйду до ларька. Все будет хорошо.

– Карин, давай лучше я выйду. – Вставляю ноги в балетки и снимаю пальто с крючка. – Ты пока переодеваться будешь, мы со Златой съедим все.

– Вась, прекрати. Не надо. Иди раздевайся… Я сама сгоняю.

Но я уже открываю дверь. Карина теребит край халата.

– Вась, ты только давай быстрее, хорошо? Есть хочется, слюни текут.

– Ну точно залетела! – Шутит Злата, и дверь за мной закрывается.

– Я мигом до круглосуточного! – Кричу напоследок девчонкам. – Разрезайте уже!

И снова лестничная площадка. Лифт. Площадка. Кнопка домофона. Вылетаю из подъезда в темноту ночи, но не успеваю отойти и на пару метров. Прямо перед носом вырастает мужская фигура. Знакомый голос нарушает тишину спального района.

– Привет, Василек.

– Кай?

––♡–

Пошатываясь, парень сокращает между нами расстояние. Я отступаю шаг за шагом. Расстегнутая кожанка, взлохмаченные волосы и рваные джинсы – сейчас он не выглядит как рок-звезда. Одежда помята, Кай едва стоит на ногах, а гнилой запах перегара долетает до меня даже на расстоянии метра.

– Ага-а-а, – издевательски тянет Бестужев. – Не забыла еще?

Кай спотыкается, чертыхается и оказывается в луче тусклого желтого света от фонаря. Вижу мешки под глазами и осунувшееся лицо. А без того острые скулы и подбородок стали еще острее. Синяк на бледной коже переносицы.

Страх скручивает живот. Пальцы сжимают телефон. С ужасом понимаю, что взяла только айфон и банковскую карту. Ключи остались в сумке. А я не готова повернуться к нему спиной и набрать номер квартиры в домофоне… Вот дерьмо! Я его боюсь!

Так. Спокойно. Он пьян. Он пьян настолько, что не может даже ходить нормально.

Неужели он приехал сюда в таком состоянии?

– Кай, ты в порядке? Как ты сюда добрался?

Мы, может, и расстались, и Кай поступил как настоящий говнюк, но это не значит, что я желаю ему разбиться пьяным на мотоцикле или стать избитым в подвортне.

Кай игнорирует вопросы, кривит губы, и вслед за мной поднимается на порог перед подъездом. Спотыкается еще раз и почти падает вперед – его ладони врезаются в бетонную стену. Тихое и злое ругательство. Он опирается о стену плечом, прислоняется виском. Пьян в стельку.

– Да-а-ай-ка поду-у-маю. – Гримаса злости искажает правильные черты лица. Я замираю, глядя на изменившегося до неузнаваемости парня. – Девушка б-бросила меня по смс-ке… Басист… кинул перед важным выступлением. Я три дня подряд сидел в клубе на прослушиваниях, а потом приехал с-сюда. Поговорить… с тобой…

Холодный пот прошибает, когда понимаю, что он выглядит так, словно вот-вот выключится.

Думай-думай-думай! В квартиру? Да как ты его затащишь? И что потом?!

– Я н-не настолько пьян, чтобы не узнать собственного брата, – продолжает Кай, то и дело икая, пока я соображаю, что делать. Не оставлю его на улице одного в таком состоянии. И вот же черт! Не знает номер телефона Вити.

– Он в-вышел… – Кай подбородком кивает на металлическую дверь, – …десять минут назад…

– Кай, слушай… – Он сползает прямо на бетонный порог. Усаживается и смотрит на мои ноги, а у меня холодеют руки от страха за него.

– Как ты могла? – шипит Кай, кривя губы. – В тихом омуте, да?

Не слушай его, не слушай, Никольская! Ни в чем ты не виновата!

Так, Скорая. Надо вызвать Скорую.

Как же так вышло?! День был такой насыщенный, что и не думала про номер Бестужева-старшего. Мы не обменялись контактами, потому что как-то… вообще про это не вспомнили.

– А он тоже… уб-блюдок. Нашел, с кем…

– Витя тут не при чем. – Набираю «103» и подставляет телефон к уху, внимательно наблюдая за Каем. – Если хочешь кого-то обвинить, вини себя.

– Да я тебе п-просто успокоительное дал… Х-хотел…т-ты б расслабилась… получила удовольствие… – Кай сплевывает в сторону и вытирает губы рукавом куртки, а меня едва не тошнит это этого зрелища.

Занято?! Занято, блин! Сбрасываю и набираю еще раз.

– Я х-хотел, чтобы все вышло…

– Ты что, правда не понимаешь, что сделал?! – Гудки наконец-то длинные, но я уже взвинчена до предела, слова сами срываются с языка. – Ты подложил мне какую-то таблетку, а потом просто исчез! Без объяснения! Пропал на весь день!

Боже, кому ты это говоришь?! Он же пьян, он не в себе, он все равно не слышит!

– Не на-а-а-адо обвинять… м-меня. – Он глубоко вдыхает, видимо, подавляя приступ тошноты. Подтягивает согнутые в коленях ноги ближе к груди, прижимается щекой к бетону и тихо шепчет: – Не дала… шанса объяснить… Не брала трубки… смс… и ты с другим Б-Бестужевым. Быстро… пер…пе-ре-ор…риан…тиров… бл-я-я…

Он бьет по больному. По чувству вины. Ржавым гвоздем царапает душу, и царапины будут гноиться и напоминать о себе при каждом удобном случае.

– Алло? – Женский голос наконец-то отвечает на вызов.

– Алло? Тут человеку плохо. Адрес: проспект Коломяжский, дом 13, корпус второй…

– Девушка, назовите ФИО, возраст и симптомы.

– Бестужев Кай Александрович. М-м… двадцать два года.

– Думаешь, н-нужна ему? Думаешь, ему нужен кто-то… кроме н-нее? – Кай в один момент поднимает голову и смотрит, не моргая. И от его пустого пьяного взгляда становится еще хуже.

Нет-нет-нет!

Я не буду сейчас позволять чувству стыда и вины брать верх над разумом.

Нужно думать головой в первую очередь.

– Он… он вроде пьяный. Сильно. Или что-то еще! Я не знаю, ему плохо! Вы можете приехать?!

– Копия… ее… ты… бл…блон… и г-глаза… – он жестко усмехается. – Т-ты при-и-израк, Вась. – Кая тошнит, выворачивает прямо под ноги, а я, зажмурившись, отворачиваюсь, чтобы не видеть его. Вот бы еще не слышать. – При-и-и-израк…

«Надо позвонить девчонкам и попросить воды и салфеток», – мелькает мысль, пока оператор монотонно объясняет, что нужно больше информации.

– Девушка, пожалуйста, успокойтесь. Нам важно понимать, что с человеком, чтобы врачи взяли с собой необходимый набор. – Громкая мелодия звонка становится моим спасением. Сбрасывает вызов, разворачиваюсь к копошащемуся в карманах куртки Каю.

Спасибо, боже, что ему кто-то позвонил. Это друг, или приятель, или сам Витя – хоть кто-то.

Парень неловко возится с курткой, шарит в