Секретный ингредиент Маргариты - Лия Джей

— Точно? Ты взяла еще учеников?

— Ага, одного одиннадцатиклассника. В ноябре опомнился, что у него экзамены так-то в конце года. Всю школу на тройки учился, а тут вдруг решил сдать ЕГЭ на 80+. Ну я и ценник соответствующий за подготовку поставила.

— Хорошо, надеюсь, у тебя есть кое-какие сбережения, — мама прокашлялась, будто сомневалась, стоит ли мне знать то, что она собиралась сказать следующим. — В ближайшее время отец, скорее всего, урежет тебе бюджет. Он недавно попал из-за меня в аварию…

— Ты не пострадала? — я хватаюсь рукой за подоконник.

Что, если из нас двоих вру не только я? Действительно ли ей нужны деньги на чистку или у нее проблемы посерьезнее?

— Нет-нет, все в порядке. Меня не было в машине. С отцом тоже все хорошо. Просто бампер сильно помялся, и левая фара разбилась. Запчасти импортные, бешеных денег стоят.

— Подожди, — хмурю брови, — то есть ты была в этот момент дома?

— На работе.

— Но считаешь, что авария из-за тебя, я правильно поняла?

— Мы говорили по телефону, когда это произошло. Спорили. Я отвлекла Сережу, и он не заметил, как загорелся красный.

— Самому за дорогой смотреть надо было, — ворчу я, ногтем сковыривая грязь с подоконника. Кажется, кто-то пытался здесь разместить рекламу, но ее содрали, и липкий слой покрылся пылью. — А о чем спорили?

— Да так, пустяки. Я купила новый пиджак, недорогой, с Авито. У нас скоро конференция в школе будет. Думала надеть. Сереже он не понравился. Сказал, лучше бы я шторы на кухне на эти деньги заменила. Я пришла с работы. Смотрю, пиджака нет. Позвонила ему, решила, может, он его выкинул или дел куда… Лучше бы не покупала. Из-за него теперь минимум месяц за продуктами на маршрутке ездить.

Наверное, стоит успокоить маму насчет пиджака. Несчастный кусок ткани уж точно не виноват в аварии. Просто кто-то очень любит выходить сухим из воды, и этот кто-то в их семейной паре явно не она. Но у меня нет времени устраивать психологический сеанс. Антон уже нервно барабанит пальцами по боку мотоцикла.

— Заказывай доставку. Зачем самой ездить? — дергаю плечом.

— Ты что? Там все втридорога! — я ее не вижу, но могу представить, как расширились ее бледно-зеленые глаза.

— Потише, а то еще вызовут к директору за плохое поведение на уроке, — усмехаюсь, меняя тему. Не хочу говорить о деньгах.

— Так я дома, не в школе. Могу себе позволить.

— Ты ж по средам только через час заканчиваешь обычно.

— Я сегодня не ходила. Взяла больничный на пару дней.

— Ты заболела? Что сразу не сказала? — у меня начинает закрадываться подозрение, что она еще что-то недоговаривает.

— Ничего серьезного. Так, насморк, — судя по голосу, нос у нее не заложен.

— И тебе дали справку чисто из-за насморка?

— Подруга написала. Ты же знаешь, Вера работает в поликлинике…

— Мам!

Стараюсь вложить в это слово все, что не осмеливаюсь сказать вслух: «Мам, я чувствую, ты мне врешь. Какого черта? Знаю, я тоже не ангел. У меня есть на то причины. Но ты-то будь со мной честна! Неужели отец опять взялся за старое? Предложение обратиться в суд все еще в силе.»

— Потом как-нибудь расскажу, — быстро произносит она, затем добавляет еле различимым шепотом: — Он дома.

Значит, предчувствие меня не обмануло. Поспешно прощаюсь с мамой и сбрасываю трубку. Мой отец — чудовище. А мать опять струсила. Кто бы сомневался.

Вонзая ногти в ладонь, тихо рычу. От гнева и безысходности. Мои шаги гулко отдаются на лестничной площадке. Выйдя в холл бизнес-центра, заполненный людьми, я натягиваю на лицо улыбку. Заставляю себя переключиться с семейных проблем на Стархова, которого уже вижу сквозь стеклянные двери. Вот они раскрываются, я переступаю порог и… застываю как вкопанная.

— Что такая красная? Бежала мне навстречу? — в голубых глазах пляшут чертики.

Где-то в глубине сознания я отмечаю, что не стоило так сильно тереть лицо ватными дисками. Но большую часть моих мыслей занимает другое — номер бронзового «Мерса» за спиной моего бывшего. Это машина Воронцова.

Что ж, может, оно и к лучшему. Говорят, месть — блюдо, которое подают холодным. Но я не вижу смысла тянуть. Предпочитаю подавать месть на первое, на десерт — сожаление об утрате своего единственного шанса и в качестве напитка — слезы раскаяния с каплей надежды все вернуть.

Ровно месяц назад в ресторан водил меня ты, Воронцов. Сегодня ужин за мной. Будем квиты.

Я подхожу к Антону и упираюсь рукой в сидение байка.

— Вечер добрый, мой принц на железном коне!

Удивленный таким напором, Стархов чуть отстраняется и окидывает меня подозрительным взглядом. Чертики сбегают в глубину зрачком.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Просто превосходно! — отвечаю, пожалуй, слишком бодро.

— Ну, допустим. Тогда пройдемся? — он кивает в сторону аллеи справа от бизнес-центра.

В сгущающихся сумерках она не выглядит лучшим местом для прогулок, да и уходить отсюда я пока не готова. Моя миссия еще не выполнена. Сквозь заднее стекло «Мерседеса» бросаю взгляд в салон автомобиля. На водительском кресле замечаю кудрявую макушку, на пассажирском — еще одну, только у этой шевелюра пышнее. Девушка, что ли?

— Может, лучше покатаемся? — я киваю на шлем.

— Не ожидал услышать от тебя такого предложения, — Антон усмехается. Пару чертиков высовываются из своего укрытия и смотрят на меня с неподдельным интересом.

Я все жду, когда Стархов продолжит осыпать меня пошлыми шутками, но тот стоит молча.

— Соглашайся, пока предлагаю.

— Воу, даже так? — Антон зачесывает назад светлый чуб, затем резко меняется в лице. — Я же говорил тебе, что у меня есть девушка.

— Без проблем, я на нее не претендую.

— Я серьезно, Марго. Как раз это я и хотел обсудить.

Антон сжимает рукоятку руля. Кольца ударяются друг о друга, издавая неприятный скрежет. Почему Стархову так не терпится посвятить меня в свои любовные дела? Я что, его гинеколог? Пусть встречается, с кем хочет.

Краем глаза я замечаю движение в салоне машины. Девушка перегибается через подлокотник, протягивая руку на заднее сидение. Что именно она берет, мне не удается рассмотреть. Все мое внимание приковано к ее лицу.