Имя - уже знамение - Мара Евгеника

Он принимая мой ступор за нерешительное девичье раздумье дополняет свою речь фразой.

- Не тороплю тебя, Неждана. Понимаю, что тебе надо подумать. Кольцо возьми и думай. Я подожду твоего ответа, милая!

В этот момент снова ощущаю себя ребёнком, выигравшим спор и бредущим домой в мокрой одежде и сапогах полных воды.

Ночью, лежа в постели, отправляю Олегу сообщение:"Выхожу замуж!"

Глава 30

- Отец Николай, за эту неделю, максимум за две, надо храм под под крышу завести. Смотрел прогноз, через две недели дожди проливные пройдут, - говорю, попивая травяной чай во второй лёгкий завтрак. - Крыша сложная, ломаная. Хорошо, что купол один. Хотя же ещё и звонница под шатром.

Завтракаем с отцом Николаем и с рабочими прямо под навесом рядом со строительством.

Саму коробку храма мы поставили в максимально короткие сроки. Этим летом наша задача завести строение под крышу. Отделкой все равно сможем заняться только следующим летом, потому как брус надо отстояться.

- Бог даст, управимся, Борисыч. Ты не нервничай напрасно. Все хорошо будет, - спокойно отвечает отец Николай. - Мы с тобой сколько лет вокруг да около строительства храма ходили. И вот, дело с благословения Божьего и с легкой руки Нежданы начато и уже идёт полным ходом.

При упоминании имени Нежи у меня сердце, как камень с обрыва, падает, и в ушах на реверсе звучит ее фраза:"Выхожу замуж".

Получив два месяца назад это её сообщение, минут тридцать на него тупо смотрел, не веря собственным глазам.

Придя в себя, с психу в стену запустил свою фотографию, подаренную девчонкой.

Немного успокоившись, начал смотреть ближайшие рейсы на Дубай. Даже билет забронировал. Уже в момент оплаты сказал себе "нет". Сделал так, потому как раскинул мозгами.

"Да, Олег, ты прилетишь. Да, трахнешь её. Да, удержишь около себя. Дальше что? - сам себе задал вопрос, на который тут же и ответил. - Дальше, голубок, ты будешь плясать под ее дудку. Потому что, прилетев утром к зайчику своему, ляжешь под неё. Она - девка умная, смекнет сразу, раз сумела сейчас тебя продавить и прогнуть под себя сможет и дальше так делать. И вообще, она сделала свой выбор! Выдохни и выпей чай."

Походив по квартире и выпив чая, отправляю Неждане короткое сообщение:"Поздравляю. Желаю счастья!"

- Чего насупился, Олег? - спрашивает отец Николай. - Думай о хорошем, и будет все хорошо. Вспомни, как ты сидел практически год назад с таким же тоскливым лицом. И Бог тебе дал подсказку, что надо строить храм.

- Ты, отец Николай не передергивай, пожалуйста. Помню, как все было. Мы в твоём доме чай пили. Мой взгляд упал на картину с нашим озером и храмом. В ответ на мои слова "очень красиво" ты рассказал о проекте, - отвечаю запальчиво.

- Ну, да, все правильно. Только тогда ты после отъезда Нежданы в Эмираты был как в воду опущенный. Глаз совсем потух. Пили вы с другом твоим Киром Зубовым не единожды по несколько дней подряд. И домой ты ко мне пришёл, друг мой, потому что плохо тебе было. Тогда я тебе и сказал, что надо начать строить храм, и Бог все управит, - тихо и мягко напоминает мне Николай.

Да, все так и было. Слушая отца Николая, вздыхаю, потому что правду он говорит. Только где-то и как-то пошло все не так.

- И чего ты, Олег, боишься имя её произнести? За чем мысли о ней гонишь? Думаешь, нет человека - нет проблемы? Чтобы решить вопрос, надо принять его. Ты же мне сам много раз об этом говорил, Олег. Или учить других легче, чем себя вразумлять? - произносит Николай, поднимаясь из-за стола. - Ты подумай об этом на досуге…

Забираюсь на самую высокую точку коробки строения. Сегодня у нас сложные работы, мы выставляем балки перекрытия шатровой и купольной частей храма.

В самую обеденную жару уходим на перерыв, после 15 часов возвращаемся обратно.

Сидим с Николаем рядом. Не без удовольствия наблюдаю, как наш батюшка, врач-гинеколог по профессии, ловко орудует строительным инструментом.

Высоко сидя над землей и смотря на гладь озера, мысленно возвращаюсь к словам Николая о том, что учить других легче, чем вразумлять себя.

"Не могу не согласиться с этим. Есть у меня такое слабое место, грешок. Даже и не помню уже, когда берега начал терять на почве своего менторства. Хорошо, что батюшка указал мне на это. Может, я и Нежданчика загнобил своими нотациями и поучениями, что зайчишка меня предпочла этому Филиппу?! Ладно, Олежа, поздно пить боржоми, когда желудок вырезали," - осмысливая сказанное Николаем, вдруг слышу его голос.

- Надо же к нам какой-то заплутавший путник направляется, - произносит батюшка.

- Не, судя по шапке, этот баба, - вступает в разговор тракторист Иван.

- Это