Убайдулла-наме - Мир Мухаммед Амин-и Бухари

Четверостишие:

О ты, сделавший из слова россыпи жемчуга,

Ты славен своим красноречием!

Ум и разум говорит о тебе и научает

Писать письма судьбы на челе[437].

Он принадлежит к лицам бухарского происхождения и является сыном судьи Ходжи Шаха'лама и [отраслью] благородного ветвистого дерева святейшего Мирзы Шарифа; он был человек остроумный и острый на язык. Он возвышал знамя поэзии изяществом [выражений] и уверенностью [слога]; любил молодежь и красивых безбородых юношей. Ежегодно составлял ко дню Нового года и к [апрельскому празднику] Красных тюльпанов похвальные стихотворения в честь государя, удостаиваясь получить за них парчевые и шелковые с золотыми и серебряными /273а/ узорами халаты. В день Красных тюльпанов получал из средств государя по тысяче тенег на расходы; причем и [другие] поэты были участниками в пользовании названной суммой. Имел всегда пристрастие к употреблению опия и гашиша.

Рассказывают, что во время правления хана-мученика к подножию его престола прибыл из Ирана посол. Однажды один из эмиров, принадлежащих к кругу вельмож, устроил в честь посла празднество, на котором присутствовал Ходжа Касим. Не воздержавшись, он громко сказал:

Двустишие:

Голова моя [служит] прахом пути,

Всех четырех вождей: Абу-Бекра, Омара, Османа и Хайдара.

Кызылбаш, изменившись в лице, сказал:

Двустишие:

В сказанных словах обнаруживается ошибка невежд:

Когда стрела криво полетит из лука, это является бесчестьем [стрельца].

/273б/ Присутствовавшие восприняли слова кызылбаша как укоризну, тогда Ходжа Касим экспромтом сказал [двустишие]:

Кто отрицает трех друзей высочайшего [пророка],

У того на бороде показывается краснота женских менструаций[438].

О ПРЕКРАСНОМАНЕРНОМ ПОЭТЕ МУЛЛЕ САРАФРАЗЕ

У этого острословца каждая блестящая строчка стихов является уникальной; по красоте [его стихи] — волшебный купол, ибо каждое двустишие его поэзии есть цветущий дом[439], он — известный в разных странах мира остроумец, парадигмам стихов которого, в редкостных и живых рифмах, стараются подражать красноречивые поэты; он служит для всех шествующих по арене красноречия примером последования в каждом своем поэтическом отрывке. По происхождению он из раеподобного Самарканда, известность же стяжал в Бухаре. Он живет на положении студента и нисколько не исполнен гордости своим поэтическим талантом. Он муж — удовлетворенный своим положением, остроумный, приятный собеседник и скромный; любит одеваться в цветное платье. В какое бы время он не составлял блестящих поэтических панегириков государя, он [всегда] удостаивался получать приличествующий халат. Он так привык и пристрастился к употреблению опия и гашиша, что в /274а/ настоящее время, погрузившись в море формы слова, он уже не в состоянии составлять стихи и потому у него нет дивана. Его стихотворений имеется мало и потому удовольствуемся приведением одного его двустишия:

О ты, плативший в каждом деле [любой] душе жестокой расправой,

[ты] Подобен зубу с тех пор, как сам собою двигаешься, [пока в конце концов] не упадешь.

О ВЫСОКОМ ПО ПРИРОДЕ ПОЭТЕ, МУЛЛЕ ФИТРАТЕ, — ДА ВОЗВЫСИТ АЛЛАХ ИЗЯЩЕСТВО ЕГО СТИЛЯ!

Убежище красноречия, осведомленный о риторике, украшенный остроумием избранник времени, красноречивый человек, все до тонкости видящий, — мулла Фитрат, прирожденный Платон. Стих его [каждой] оды, в котором упоминается его имя, есть [самый] восхитительный из всего стихотворения. [Он — второй] Саиб по обдумыванью [формы стиха], каждое полустишие в стихотворениях которого является уникальным, хорошо овладел правилами науки красноречия и основами риторики, и форма его творчества лучше, а язык его красноречивее, чем таковые же у подобных ему и равных ему. Он — подражатель плеяде славнейших поэтов Бухары, не имеющий подобного по обилию положительных нравственных качеств и по множеству одобрительных свойств; он любим равными себе, благодаря обилию у него прекрасных нравственных черт, малости чувственных влечений, а равно и за свою скромность.

/274б/ По происхождению он из райского города Самарканда; он меньше всего добивался посещать дворец государя и дома змиров. Будучи по ремеслу вышивальником золотом, он этим ремеслом и довольствуется; его стихотворений [поэтому] мало попадается, посему нам приходится удовлетвориться приведением одного его четверостишия; оно следующее:

Что это за палка для игры в поло из завитка кудрей и что это за шар подбородка?

Что это за облеченная в турецкий кафтан прелестная телом?

Что это за бровь, одним движением отдающая приказания,

Что это за очи, которые разговаривают с прозорливыми людьми?

Больше сего не слышно [о его стихах].

ОБ ИЗЯЩНОМ ЧЕЛОВЕКЕ ИЗ ИРАНА, О ГОСПОДИНЕ ПОЭТЕ, МУЛЛЕ МУЛХАМЕ

Исследующий тонкости метафор, воспроизводитель цветов на лугу красноречия, отмеченный проницательностью, [все] до тонкости видящий, украшенный словом, нанизывающий рубины красноречия, ювелир перлов /275а/ элоквенций, — поэт Мулла Мулхам, двустишные поэмы которого подобны скрытым жемчужинам, а драгоценные камни лирических стихотворений которого превыше всего того, что вмещается в зобу мыслей; его отличный язык достоин подражания; для людей поэтической одаренности он является уголком идейности. Пишущий эти строки имел возможность наблюдать его превосходство при многих беседах с ним. Он — муж, лишенный чувственных влечений, скромный, отмеченный хорошей нравственностью, быстротою ума, славный своею природной добротою среди бухарских поэтов. Он свободен от недостатков и порочных наклонностей, свойственных большинству теперешних поэтов. В газалах он лучший и исключительный из равных и подобных ему. В отношении раскрытия состояний любви и любовных тонкостей у него есть диван двустишных поэтических произведений. Он предпочитает [всему] уединение и не ищет службы у государя и эмиров; он не ведет образ жизни, свойственный поэту, и продажею своих стихов не занимается. В большинстве бывает так, что его стихи уничтожаются, выйдя из-под его пера, и не становятся общим достоянием. По происхождению он — бухарец; по профессии — отделыватель внутренности домов, /275б/ заработком от этого он и содержит себя. Его поэтический псевдоним “Мулхам” обозначает “вдохновленный потусторонним миром”. А аллах всевышний лучше осведомлен об истинности [всех] дел.

Закончена переписка этой книги, с помощью всевышнего аллаха в пятничный день месяца шавваля 1214 г.[440] хиджры пророка — да благословит его аллах и да приветствует приветствиями обильными и многочисленными.

Примечания

1

По-видимому, на содержании этих извлечений основана характеристика правления Убайдуллы хана в «Истории таджикского народа в кратком изложении» Б. Г. Гафурова (изд. 3-е. испр. и