Берсерк: Против всех - Дмитрий Кошкин

Тиран покачал головой:

— Вы так и не научились сражаться честно. Без уловок.

— Да, кто «вы» то? — огрызнулся я.

— Низшие расы.

— Чего? Мы же, вроде, оба человеки.

И тут я сделал то, что не подумал сделать изначально, ограничившись информацией от Орифа. Я запросил сведения от оракула.

[Шварцханд] Класс — тиран.

Мне отобразилось его имя! А это означало, что у него тоже был оракул! А еще это слово… Шварцханд. Оно было явно немецким.

— Ты тоже призванный? С Земли? — выдохнул я.

— Долго же до тебя доходило.

— Тогда почему? Мы же земляки!

Шварцханд скривился и покачал головой:

— К сожалению, нет. Я готов сотрудничать с кем угодно, но только не с вами. Личные счёты, знаешь ли.

— Поясни.

— Не жалеешь времени зелья на разговоры? Ну, хорошо. Моё настоящее имя — Барон Герман фон Штраус. Унтерштурмфюрер дивизии СС «Мёртвая голова». Тебе об этом что-либо говорит?

Я обернулся на женщину в платье.

[Гретта] Класс — провидец.

Они оба были гражданами третьего рейха. Теперь понятно, почему Чернорук так плотно в меня вцепился.

— Сопротивление бесполезно, — покачал головой тиран. — Грета отчётливо видела твою смерть сегодня.

— Странно. Мой провидец сказал, что я еще завтра буду жив.

Я не стал больше тратить времени на болтовню. Сорвавшись с места, я атаковал тирана. Под каким бы зельем он не был, но его движения были чуть медленнее моих. И после того. Как он отразил пару моих ударов, я сумел зацепить его [Дробильщиком]. Я старался поразить его именно этим мечом, для того чтобы пробить броню. Но каково же было моё разочарование, когда клинок, заточенный на разрушение неживых предметов, всего-то оставил небольшой скол на поверхности металла. А значит [Истязателем] нечего и пытаться.

— Как ты сумел? — изумился Чернорук. — А! Твои мечи! Я их заберу с твоего трупа!

Мы схлестнулись в противостоянии. Мои мечи против его алебарды. Я наносил удары по нему, пытаясь пробить броню. Он же огрызался выпадами своего оружия, пытаясь пустить мне еще больше крови.

Целиться ему в голову было бесполезно. Он знал, что это место не прикрыто бронёй и защищал его успешнее всего. Что было странно. Ведь шлем висел у него на поясе.

Вскоре силы начали меня покидать, и я понял, что пора использовать последний козырь. Единственный способ его достать — это [Касание смерти], полностью игнорировавшее броню.

Я выхватил косу из-за своей спины, и, увидев это, Чернорук направил на меня свою алебарду и выкрикнул:

— Стоять!

В меня будто кол вогнали, и я застыл на месте, не в силах пошевелиться.

Тиран больше не стал ничего говорить. Быстрым движением он проткнул меня в грудь копьевидным наконечником алебарды.

Какой бы ни была твоя выносливость, если тебе пробили сердце — ты не жилец. Пелена ярости в глазах сменилась помутнением, и я упал лицом в землю.

Переродился ребёнком, и постоянно попадал в иллюзорные барьеры, где каждый раз меня жестоко убивали. Я не сдался и вырос, сохранив рассудок, превратив это в свою силу

https://author.today/work/362029

Глава 22

Лик безумия

Мрак. Мрак и бесконечная тьма. Вот всё, что я ощущал. Тьма горечи и сожалений проходила сквозь меня, а я будто плыл по этой реке вперёд. Но куда? В рай? В ад? К забвению?

Это был конец. Однако жаль, что я так и не завершил свой путь, как хотел. Не увидел отчаяние в глазах своих врагов. Не поговорил в последний раз с Ти. Не узнал, в безопасности ли Аска. Не попрощался с Вертляком и Мариш.

Мариш. Что теперь будет с ней? Я не остановил синдикат, и теперь он доберется и до неё.

Сплошные сожаления. Они преследовали меня на Земле. Они преследуют меня и здесь.

Жаль ребят, которые пошли за мной. Я обещал им убежище, но вместо этого обрёк на смерть. Хёрс уже мёртв. Локи вот-вот убьют. Марис и Варгал сейчас столкнутся с пальцами. А там конец и девушкам. С Орифом так вообще уже случилось что-то непонятное.

Когда я только попал в бездну, всё было намного проще. Я был готов умереть в любой миг и из-за этого вгрызался в эту жизнь, не боясь её потерять. Но сейчас вновь появились люди и нелюди, которым я был нужен. Если не я сам, то хотя бы моя сила.

Всё это пронеслось у меня в голове, когда я вновь оказался лицом к лицу (если белый череп можно назвать лицом) со жнецом.

Он вновь прожигал меня насквозь холодом своих провалов вместо глаз. И я вновь ощутил его интерес. Его интересовал тот факт, что теперь моя готовность к смерти была в равных пропорциях смешана с желанием продолжать борьбу, и внезапно я услышал очень тихий и протяжный голос в своей голове: «Ты оказался преданным. Ты не отдал жаждущей то, что она так просила. Поэтому ты можешь сделать выбор».

Жнец развернулся и поплыл по воздуху вперёд, в ещё более густую тьму, которая образовала собой два прохода.

Я пошёл за ним и недоуменно уставился на провалы в этом призрачном пространстве.

Мифическое существо вновь развернулось и раскинуло свои костяные руки, предлагая мне выбор. Слева я ощущал столь долгожданный покой, обещанный самой смертью в её царстве, среди миллиардов таких же душ. Это было заманчиво. Больше никакой борьбы, никаких страданий, никаких разочарований.

Противоположный путь, напротив, сулил продолжение всего этого. А продолжение борьбы сулило лишь новую боль. И сила, стоящая за жнецом, не скрывала всю подоплёку этого пути. Если я выберу его, в конце меня ждёт лишь вечное служение и вечная агония.