Простонародные рассказы, изданные в столице - Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

— Какое привидение?

— Я только что шел берегом реки Цинхухэ и вдруг увидел, что Цуй Нин открыл там мастерскую. В ней за прилавком сидела женщина, и это была именно служанка Сю-сю.

— Что за вздор! — воскликнул разгневанный князь. — Я забил Сю-сю до смерти и похоронил ее в саду. Ты ведь сам был свидетелем. Как же она могла оказаться там снова? Что ты мне морочишь голову?

— Милостивый князь! — сказал Го Ли. — Смею ли я насмехаться над вами? Она только что подозвала меня к себе и говорила со мной. Если вы не верите, я готов письменно поручиться, что это правда.

— Если ты утверждаешь, что она действительно находится там, — сказал князь, — напиши это и подпишись.

Го Ли рисковал своей жизнью. Он написал и вручил бумагу князю. Князь приказал двум носильщикам паланкина, дежурившим у дверей его дома, отправиться в мастерскую Цуй Нина.

— Доставьте сюда ко мне эту служанку, — сказал он, обращаясь к Го Ли. — Если она действительно окажется там, я отсеку ей голову, а если нет, ты, Го Ли, поплатишься своей головой вместо нее!

Го Ли с обоими носильщиками паланкина отправился за Сю-сю.

Поистине:

Пара полосок пшеничных колосьев,

Но неизбывны труды земледельца.

Го Ли, уроженец местности, что на запад от Заставы, был человеком простым и бесхитростным. Он не понимал, что подписывать такую бумагу, какую он подписал, рискованно. И вот все втроем они пришли в мастерскую Цуй Нина. Сю-сю сидела за прилавком. Она заметила, что стражник Го опять обеспокоен, но откуда ей было знать, что он под страхом смерти обещал доставить ее князю.

— Госпожа! — обратился к ней стражник Го. — Князь приказал привезти вас к нему.

— Раз так, подождите меня немного, — ответила Сю-сю. — Я причешусь, умоюсь и отправлюсь с вами.

Она пошла во внутренние покои, причесалась, умылась, сменила платье, затем вышла, села в паланкин и попрощалась с мужем. Носильщики доставили ее к дому князя. Го Ли первым вошел к князю, который ждал его в зале.

— Служанка Сю-сю доставлена, — сказал Го Ли, приветствуя князя.

— Пусть войдет, — велел князь.

Го Ли вышел и произнес, обращаясь к Сю-сю:

— Князь просит вас войти.

Но когда, не получив ответа, он откинул занавеску и заглянул внутрь паланкина, его словно водой окатили, и он остался стоять с раскрытым ртом[42]. Служанка Сю-сю исчезла! Он спросил носильщиков, куда она делась.

— Мы ничего не знаем, — ответили те. — Мы видели, как она села в паланкин, мы принесли ее сюда и никуда не отлучались.

Стражника Го снова позвали в зал.

— Милостивый князь! — закричал он. — Это действительно оборотень!

— Это невозможно! — вскипел князь. — Я велю схватить тебя! Дай мне только сходить за подписанным тобой документом, и я тотчас же отсеку тебе голову!

И князь уже снял со стены малый синий меч.

Стражник Го много лет служил князю. Князь не раз хотел повысить его в чине, но Го был человек неотесанный, а потому он так и остался простым стражником. Сейчас Го Ли было не до шуток.

— Носильщики могут подтвердить, что я не лгу, — взмолился он. — Пожалуйста, спросите их.

Носильщиков паланкина немедленно позвали к князю.

— Мы видели, как она села в паланкин, — рассказали они, — принесли ее сюда, но она вдруг исчезла.

Носильщики сказали то же, что и стражник Го, и было очень похоже, что Сю-сю действительно оборотень. Оставалось только расспросить Цуй Нина. Цуй Нина вызвали к князю. Он рассказал все, что знал.

— Если все обстоит так, то Цуй Нин, конечно, ни при чем. Отпустите его, — сказал князь.

Когда Цуй Нин попрощался и ушел, разгневанный князь наказал Го Ли пятьюдесятью ударами палок по спине.

Узнав, что жена его была оборотнем, Цуй Нин поспешил домой поговорить с тестем и тещей. Когда дома он обратился к ним с вопросом, старики смущенно переглянулись. Потом они вышли к реке Цинхухэ, постояли и вдруг бросились в воду. Цуй Нин стал звать на помощь и пытался сам вытащить стариков; но они бесследно исчезли, даже трупов их не нашли. А дело-то было так: родители Сю-сю, узнав, что их дочь забита до смерти, бросились в реку и утонули. В Цзяньканфу в их облике пришли оборотни.

Цуй Нин вернулся домой подавленный и унылый. Он вошел в комнату и видит: Сю-сю сидит на кровати.

— Сестрица! — взмолился Цуй Нин. — Пощади мою жизнь!

— Из-за тебя я подверглась наказанию — князь забил меня до смерти и похоронил в своем саду, — отвечала Сю-сю. — Мне ненавистен стражник Го: он слишком болтлив. Но сегодня я отомстила ему — князь дал ему пятьдесят ударов палками по спине. Однако теперь уже все знают, что я оборотень, и мне нельзя больше здесь оставаться.

С этими словами она вскочила и обеими руками вцепилась в Цуй Нина. Он вскрикнул и внезапно упал навзничь. Сбежались соседи и увидели:

Остановился в конечностях пульс,

все уже кануло в омут;

Кончилась жизнь, и настала пора

в желтую землю уйти.

Так Цуй Нин кончил свою жизнь и стал оборотнем, как его жена и ее родители.

Впоследствии люди оценивали все это так:

Сянъанский князь

Смирить никак не желал

свой нрав, как огонь, горячий;

Стражник Го

В себе удержать не сумел

ему ненужные вести;

Воспитанница Цюй Сю

Семью оставить не смела,

в которой была рождена;

Мастер Цуй Нин

Избавиться не успел

от злобного духа мести.

Бодхисаттва из племени Мань[43]

На дорогу к воротам богатства и славы

возлагать упованья не надо.

И столетняя жизнь — все равно что под ветром

чуть заметное пламя лампады.

Если станешь монахом, опасно одно: