Развод. Я календарь переверну - Элен Блио

- Ада, я и не знал, что ты так блестяще танцуешь танго.

А нужно следить за женой, а не по блядям бегать, тогда будешь знать.

Думаю. Но молчу. И даже не улыбаюсь.

- А со мной потанцуешь? Сделаешь подарок имениннику?

Сделаю, дорогой, сделаю!

Такого подарка ты точно не ждёшь.

Снова музыка. Снова я на танцполе.

Макар притягивает меня к себе.

- Ты действительно смотрелась отлично.

Это я и без него знаю. Ближе к делу, Макар, ближе.

- Ада, я знаю, что ты хочешь попросить развод. Так вот, учти, развод я тебе не дам.

А вот тут улыбку я сдержать не могу.

- Развод? Ты сказал «развод», милый?

- Да, Ада, развод, я...

- Но я не хотела просить никакой развод.

12.

Отвисшая челюсть.

Ну, держите себя в руках, Игнатов! Что ж так-то?

- Ада, я тебя знаю.

- Макар, мы сейчас это будем обсуждать? — выгибаю бровь, красиво.

«Краси-и-и-иво, ты вошла в мою грешную жизнь.

Что-то у меня сегодня в голове песни старых бородатых дядек.

Хотя, в принципе, когда Валерий это пел был не такой уж старый.

Тоже кобель.

Да что ж такое, а? Ну есть же где-то достойные мужчины? Где?

- Аделаида... я... - низким голосом важно начинает Игнатов.

И молчит.

Думает, что я перехвачу инициативу. Заговорю. Перебью. Сама поведу разговор в нужное русло.

Может, в этом наша проблема?

В том, что я часто перехватывала инициативу? Не давала ему самому решать, расти, совершать тупые ошибки.

Ну, просрать бизнес по глупости реально было бы очень тупо. Хорошо, что я вовремя вмешалась.

Тогда Игнатова хотели кинуть люди, с которыми он несколько лет проработал, которым доверял. Просто взять его объект, договориться с заказчиком, минуя Макара, который весь проект просчитал, все подобрал, договаривался. Решили, что мой муженёк ненужная прослойка.

Сколько раз я ему говорила — не будь ты таким доверчивым! Зачем ты им все чертежи показывал, зачем со своими инженерами, проектировщиками знакомил, в ‘бане парил, водкой поил? Зачем, Господи?

Ну, в итоге они этих инженеров и проектировщиков переманили. Если бы не я, остался бы совсем с носом.

Эти же люди потом открыли похожую фирму, с теми самыми сотрудниками, сбежавшими от Макара, но быстро прогорели. Тоже, скажем так, моими молитвами.

Потому что конкуренция не всегда бывает здоровой и давить таких конкурентов надо их же методами.

Заказные статьи, отзывы на работу, возмущенные «кинутые» клиенты. И вот уже у любителей поживиться плодами чужих трудов никто ничего не хочет заказывать.

Даже на пятьдесят процентов дешевле. Вот так. Пока они додумались в чём дело было поздно.

А Игнатов после этого всё-таки стал умнее.

Не мудрее.

Ну да ладно. Два разных понятия.

Что же ты Макар так опустился-то?

Понимаю, что у всех седина в бороду и бес куда не просят. Но зачем так-то?

- Будешь молчать?

- Молчание золото, любимый.

- Да?

Смотрит так. Нет, не как собака побитая. Смотрит, как будто ждёт, что я ему скажу, что делать дальше.

Реально. От меня ждёт.

Что ж...

Извини, Макар, не скажу. Пока.

Скажу потом, когда будет нужно.

- Ада, я...

Да что ты? Что? Ну, скажи что-нибудь, придумай, а? Даже интересно.

Так-то «я» - последняя буква в алфавите!

- Я хотел бы всё исправить, Ада.

Всё, это что?

Мою жизнь? Двадцать лет на тебя, козла, потраченных?

Ладно, были и счастливые годы, но, если брать в целом.

Первые годы — полный пипец, когда на ноги вставали, бизнес строили. Дети маленькие. Только пахали, пахали, в отпуск — к родителям на дачу, вот вам и отпуск.

А, нет, один раз съездили в Крым, полный пипец, но тогда нам понравилось, сравнить было не с чем.

А я завидовала тогда еще незамужним подружкам, которые реально вечером после работы ехали в клуб, а оттуда могли улететь в Рим на выходные, или в Монако, или на недельку в Турцию.

Мне тоже хотелось в Турцию. Но первая поездка туда была слишком спонтанной и память осталась тоже не очень.

Дальше новая полоса жизни. Вроде как встали. В смысле на ноги.

Немного отходняк, устаканилось, появились плюшки — квартира, машина, дом, заграница, шмотки, украшения, шуба. Да, да, как бы ни было смешно, но в определённых кругах шуба — имеется в виду шуба из благородного меха - всё еще признак определённого статуса и достатка.

Но это ведь у всех почти так, кто вместе начинает с нуля? С молодости самой?

Когда на старте максимум помощь родителей, либо старая бабушкина квартира, либо взнос на ипотеку. У нас был взнос. В программу «молодая семья» мы почему-то не попали, проценты по ипотеке были аховыми, зато мы умудрились не взять в долларах, и потом очень сильно порадовались, потому что в какой-то момент доллар ка-ак вырос!

Боже, сейчас всё это вспоминается как кино. Не жизнь, а сплошной сериал, или игра на выживание.

Но мы выжили, даже очень хорошо выжили.

Настолько, что сейчас уже шубки не из норки, а из соболя, хотя пуховик всё равно предпочтительнее.

Но что же дальше? Что дальше, Ада?

А дальше я приступлю к выполнению следующей части плана «Оставить мужа с голой Жозефиной на снегу».

Но это уже потом.

Сейчас у нас по плану торт со свечками. И, конечно, с сюрпризом.

13.

Торт со стриптизёршей?

Или стриптизёром?

С шоколадной фигуркой моего мужа без головы?

Может, с трупом его любовницы?

Или муж любовницы, выскакивающий из кремовой сердцевины?

Или еще какие-то варианты?

«Вдова Клико», которой меня поил Крестовский оказалась пьяной, точнее оно, которое и оказалось. Шампанское же.

- Я хотел бы всё исправить, Ада. — хрипло звучит голос мужа.

Хотел бы, а не хочу.

Нет разницы?

Конечно же есть!

Это как в том анекдоте:

- Эх, как бы я сейчас тебя трахнул!

- Приезжай!

- Да я так, теоретически.

Вот и Макар. Теоретически хотел бы исправить. Практически — его всё более чем устраивает. Даже несмотря на то, что все увидели то пошлое видео. Даже несмотря на то, что он знает теперь, что я знаю. О всех его похождениях знаю.

Даже несмотря на страх перед разводом.

Макар в шоколаде.

Что ж.

«Эспешели фор ю», любимый! Специально для тебя.

Шоколадный торт.

Вернее, торт в виде шоколадного фонтана.

Ведущий делает объявление. Фанфары.