Нулевые, боевые, пенсионные. 2000–2010 годы - Юрий Николаевич Безелянский

4 сентября – напечатан в «МП» Константин Случевский – «На грани дня и ночи» – еще один трагик и упадочник русской литературы. Если честно, счастливцы и благодушные оптимисты мне противны. В «Дневнике одностороннего человека» Случевский писал: «Что в России жизнь идет без цели… / Неужели?»

И Случевский, и Вампилов, и Шпаликов – все вошли в книгу «69 этюдов о русских писателях».

5 сентября – 20-я международная книжная ярмарка. АСТ в своем павильоне выставил список лучших писателей по алфавиту. Смешно: я после Дианы Арбениной, а она разве писатель? Всего лишь сочинитель песен. АСТ и «Эксмо» – два гигантских книжных корабля, а где-то дальше затерялась «Радуга». АСТ гордится: 10 тысяч авторов! Куда их столько?! Меня АСТ представил так: «Юрий Безелянский. Для тех, кто хочет знать “Все о женщинах”». В «Эксмо» – «Живая энциклопедия Серебряного века». Выступал, разговаривал с «народом», устал и возвращался на бровях. В метро духота, темнота. И никакой радости.

6 сентября – выступал за АСТ минут 15, а потом «автограф-сессия». Подписал 10 книг (цена 300). На следующий день – выступление за «Эксмо», и подписал 25 книг «Серебряного века». Подходила для разговора дальняя родственница Адамовича, житель г. Ельца («Мой дом напротив музея Бунина»), работник музея Венички Ерофеева из Хибин. Наслушался много хороших слов: читают, собирают книги, вырезают публикации из газет, читают дома вслух и т. д. Значит, надобен людям, и это греет душу….

Да, забыл: подходил председатель Клуба книголюбов из Екатеринбурга и сообщил, что мои книги до них доходят, и все от них в восторге.

7-го в третий раз ездил на ВВЦ и подписал 25 книг «Серебряного века».

6 сентября – умер Лучано Паваротти, у которого пела душа. Он считал себя мажорным человеком, а я вот, напротив, минорный…

12 сентября – волнение перед Италией. Вопросы и страхи. Никогда не ездили по индивидуальному туризму, – дикие русские!

И крутил дела. В «МП» вышла 1-я часть А.К. Толстого. Печатал про Салтыкова-Щедрина. По моей просьбе Альбертик залез в Интернет и узнал, что обо мне свыше 860 всяких ссылок, информации и интервью. И мучает Сан-Ремо, чтобы туда попасть – «эскузи» (извините): три такси, два самолета и один поезд. И общение – «не откажите в любезности» («мифачча лакортезиа»).

Егорунину в «МП» отвез 8 материалов на октябрь: страсти, Луи Арагон, Сервантес, Ильф, Имре Кальман, Маршак, Джон Рид и Сумароков, – каков разлет имен! А еще печатал Рылеева под надсадные звуки дрели соседского ремонта. Господи, в каких условиях приходится работать, и удивительно, что получается. Спрашиваю Егорунина: «Как отклики?» Он: «Только хорошие!»

Италия, Франция, Монако (16–25 сентября 2007 года)

Сан-Ремо, Ницца, Монте-Карло, Генуя… Первый индивидуальный зарубежный тур – в 75 и 67 лет, без знания языка. Это нечто…

16 сентября. Дорога: три такси, два самолета, два автобуса по летнему полю и один поезд ж/д.

15-го легли в 21 час, встали 16-го в 1.45, в 3 часа ночи подкатило такси «Миледи». Самолетом летели три часа, приземлились по-московски в 9.00 в Милане и три часа ожидания самолета, чтобы полететь уже в Геную. Далее маленький самолетик «Дорнер 328». Около 30 пассажиров. Летели всего полчаса на небольшой высоте, и все видно прекрасно – Ще была в восторге. А тут еще дали выпить немосковский джус. Кусочек маленького счастья в небе Италии. В Генуе из аэропорта «Христофор Коломб» на ж/д вокзал Принчипе. Ще нервничала, а как мы купим билеты? Купили. И в 13.10 сели на поезд в Ниццу. Удобные кресла-диванчики. Поезд скоростной, проскочил несколько туннелей и выскочил к морю, и в окнах – морские аквамариновые волны, промельк пальм и прочей южной растительности. Мы с Ще активно вертели головами и цокали языками, так и хотелось сказать «гарно», но это по-украински.

А вот и Сан-Ремо, выход в город по длинному подземному переходу с двигающейся дорожкой. Такси. Отель «Фестиваль», номер 25-й. В номер ввалились в 17.35, приговаривая: «Ну, и денек!» После отдыха встреча с гидом Вероникой, и дарим ей «Прекрасных безумцев» (хотя мы сами безумцы, отваживавшиеся на индивидуальный вояж), покупаем первую экскурсию Ницца – Монако (на двоих 140 евро). Выходим на улицу. В воздухе разлито блаженное тепло и особая ласковость, и ветерок с моря, – оно рядом.

17 сентября. Сан-Ремо – курортный городочек, всего 59 тыс. жителей. Возник в I веке до н. э. Курортный бум в Сан-Ремо начался в 1855 году, благодаря истории доктора и пациентки, описанной Джованни Раффини в романе «Доктор Антонио». Сюда приезжали англичане, чтобы пересидеть дождливые английские зимы. Над Сан-Ремо солнце светит 3 тыс. часов в году. Много зелени. Пальмовые променады сменяются тенистыми садами. Сюда, в лигурийский рай, устремляется много старых людей на своих ногах и на каталках. Местные иронизируют: «Дом престарелых». Но в центре города много и молодежи на ревущих мотоциклах. Шум и бензинчик. Но отойди к морю – тишина и райское блаженство.

Первый завтрак: яйцо, ветчина, сыр, масло, булочки, джемы, кофе, сок. Вышли на улицу, где-то в пределах +23–25 (взятые с собою плащи выглядят нелепо, и они остались в отеле). Две основные улицы – Гарибальди и Маттеоти.

Джузеппе Гарибальди (1807–1882) – народный герой Италии. Вместе с Мадзини организовал отряды краснорубашечников и способствовал провозглашению единого Итальянского королевства в марте 1861 года. Раненого Гарибальди лечил наш Пирогов.

В 1870 году Гарибальди взял Рим, далее продолжил борьбу уже во Франции. И печальная концовка жизни: смерть соратников, прохладное отношение властей. Но все же он остался героем.

Далее мы вышли к морю, в тень к пальмам. Подошли к воде – чистейшая, виден каждый камушек. Вернулись к улицам и натолкнулись на виллу Адриано, где в 1901–1903 годах жила Леся Украинка. Далее вилла Нобеля. Сады виллы Ормонд. Все обалденно красиво. Зашли в какой-то бар и выпили «бьянко вино» под пиццу. И в отель, первая пешая прогулка заняла почти три часа, одни, без группы, без разговоров, кто что купил и кто что видел. Отдохнули в номере и снова вышли и даже посидели в баре-кофе «Джолли». Одним словом, кайф, или как поют евреи: «немножечко шикуем».

18 сентября – Меркато и Императриче. Вторник – рыночный день, и мы два часа ходили по Меркато, утопая в разнообразных симпатичных товарах. Кое-что не выдержали и купили. Можно было больше, но как довезти, – мы оба ограничены в нагрузках.

Поход к набережной Императрицы – в 1874 году в Сан-Ремо всю зиму