Детективное агентство "Штык" 2 - Самат Айдосович Сейтимбетов

Смеялся он странно, словно пытался изображать чревовещателя, которого тошнит.

— Где она?

— Да здесь же! - Циклоп махнул рукой вверх.

— Слава магии, - вырвалось у Листвы, - не придется опять тошнить по пробкам!

Взгляд - напоминание, мол, она же предлагала взять ковер-самолет, но взглядом и ограничилось. Наблюдавшие шушукались, началось какое-то движение и Кабанкина вдруг охватило дурным предчувствием, что эта самая Лулу сейчас сбежит и придется за ней гоняться.

По пробкам, да.

— Она была должна мне и расплатилась, а я взял и проиграл, - непонятно чему радовался Циклоп, - и все равно выиграл, ведь нас навестила настоящая богиня! Метресс Листва, прекрасная, как весенний лес!

Олеся пробормотала что-то сквозь зубы, но смягчилась, похоже она и правда понравилась Циклопу.

— Но заплатить все равно придется, - пискнул кто-то.

— Что?

— Лулу, я лечу к тебе! - прорезало воздух кресло Ахмата.

— Да, придется заплатить!

— Мы и не собираемся... кроме нашего карлика, но и он ничего не получит! - воскликнула Листва.

— Время, - пояснил Циклоп. - Вы платите за время, а там можете хоть в камушки с ней играть, хоть поэзию Прежних цитировать. Но все нормально, не беспокойтесь, ради посетившей нас богини леса я сам заплачу!

Они направились наверх и Кабанкин еще уловил ругательства Циклопа в адрес чрезмерно ретивого живого. Смысл в целом сводился к тому, что Штык там может эту Лулу хоть вчетвером тарабанить и бесплатно, нечего злить тех, кто может все заведение развалить движением пальца или просто закрыть, шепнув пару слов капитану. Олеся шагала-летела нетерпеливо, фыркала, похоже даже не слышала этих реплик, просто кипела от поисков и что изготовитель зелья все никак не найдется.

Поднявшись наверх, они прошли коридором и оказались словно в отдельном здании. Для элитного персонала, так сказать, или особых посетителей. Из-за одной из приоткрытых дверей доносился голос Ахмата, восклицавшего:

— Все оплачено, Лулу!

— Почему я тебе не верю?

Другие двери тоже были приоткрыты, подслушивали. Олеся повела посохом и двери захлопнулись, донеслись приглушенные вопли.

— Что это?

— Богиня! - воскликнул Тузов. - Она!

— Уже здесь! - заявила Олеся, распахивая дверь.

Что же, сходство определенно есть, подумал Кабанкин. Телесная... мощь, разве что подбородков было меньше, и рыжий цвет волос вместо зеленого, но остальное. Олеся и Лулу мерялись взглядами, а Ахмат расплылся в улыбке, словно думал, что сейчас обе займутся с ним сексом. Секунду спустя, Кабанкин заметил еще одно отличие, там, где Листва была сурова, властна и подавляла мощью магии, Лулу, наоборот, излучала притяжение.

Домашний уют, тепло и ласку, хотелось прильнуть к ней и забыться.

Аллоя нахмурилась, уставилась ревниво, сжимая кулаки.

— Вы вчетвером или по очереди? - спросила Лулу, завивая локон пальцем и кусая его.

Странно, но Олеся не отреагировала, не сочла передразниванием.

— Я! - шагнула она в комнату.

— Хорошо, - поднялась Лулу, стряхивая Ахмата. - Я правда не совсем по этим делам, но кое-что умею, поиграем в двух игривых русалок и...

— Я тебе посох в глотку затолкаю!

— А, - Лулу чуть отшатнулась, влетев в Ахмата. - Такие вот игры, значит. Нет, я могу, но...

— Никаких но! - продолжала рычать Листва.

Ахмат уже прямо веселился, Аллоя радовалась, а Кабанкин только качал головой. Лулу со вздохом начала раздеваться.

— Ты! - до Олеси, похоже, дошло, что ее неправильно поняли и Листва побагровела. - Извращенка! Оденься и даже не думай раздеваться - прибью! Говори, откуда взяла это зелье?

— Вас не поймешь, - Лулу со вздохом накинула лямки, поправила руками груди и взяла зелье. - А, это мне Ахмон подарил, когда последний раз сюда приходил.

— Кто? Ахмат?!

— Ахмон, один из моих поклонников, вроде, - она указала рукой в сторону Тузова, чуть не выбила ему зубы.

— Поклонников? - переспросила Олеся.

Столько разговоров и не по делу, подумал Кабанкин, звереет Листва, теряет связность мыслей и в результате все только ухудшается.

— Ну да, поклонников, - Лулу опять коснулась рыжих прядей, вздохнула, словно не понимала, откуда они берутся.

Играла на публику и все понимала, ее домашнее очарование и обещание уюта обволакивало, словно теплым пушистым облаком. Даже Кабанкин, несмотря на всю свою закалку и осознание, где он и кто вокруг, ощутил, что поддается, уступает. Аллоя взяла его за руку, прижалась, похоже, тоже ощущая воздействие.

Поразительно, и Кабанкин подумал, что это возможно какая-то мутация или врожденная магия. Таких хватало в Либертоне, с легкими мутациями, искажениями из-за магии природы. Обычно безобидные, слабые силы, но не сейчас. Иван полез за игольником, сообразив, что Лулу воздействует не на разум, отравленный ядом лича, а на тело.

— Они приходят ко мне, припадают к груди..., - затараторила Лулу, осознав опасность.

— Эй! - возмутился Ахмат.

— ... делятся наболевшим, приносят подарки, хотя я говорю им, что не надо. Зовут с собой, но почему-то обязательно куда-то далеко, а мне хотелось бы остаться в Либертоне, - вздохнула Лулу. — Вот и Ахмон тоже звал, хотя и приходил всего третий раз.

— Всего? - насторожился Кабанкин.

— Да, он приплыл сюда недавно, со своим капитаном, - подтвердила Лулу его догадку.

— Кто? Как его зовут?

— Ахмон, - моргнула Лулу, потом словно сообразила. - А, его капитана зовут Джингази.

Эта игра в не слишком умную женщину тоже была частью образа, похоже. Причем, работало же! Какая-то часть Кабанкина уже готова была бросить все, положить голову ей на колени и отстреливать конкурентов, чтобы не мешали. Поразительно. Просто поразительно, что она еще не грела постель, если не капитану, то главе банды.

— Джингази, - повторила Олеся, словно раскалывала орех. - Знакомо звучит.

Кабанкин кивнул, слышал про него где-то, но давно и мельком, похоже, с ходу не вспомнил.

— Это капитан Острия, - подсказала Аллоя. - Островов, находящихся ближе всего к Парсану и Чистым.

— Точно, Орб Малони про него рассказывал, когда только прилетели сюда, - вспомнил Кабанкин.

— А еще от него приходил Войцех Хват, помнишь, когда мы только прилетели сюда и дело с особняком расследовали, он еще звал нас на те острова, и предлагал плыть с ними на "Пьяном Осминоге", - добавил Ахмат.

— Точно, было