Сделка - Лисса Джонс

– Поделишься? – Обняв за шею, Василиса смущенно кусает губы.

Хмыкаю, сначала собираясь пошутить или съязвить, но вдруг сам себя останавливаю. Поднимаю голову.

Смотрю на нее.

Я не могу сказать «Люблю тебя».

Но слова сами рождаются в сердце.

– Я скажу, что встретил девушку, которая не выходит у меня из головы с самого знакомства. Что старался держаться от нее подальше, не желая ей такого, как я, но ничего не вышло, потому что она затмила собой все воспоминания, мысли и планы на будущее. За пару недель ей удалось то, что я не мог сделать пять лет: она буквально заставила жить настоящим. Не прошлым, не будущим, а сегодняшним днем. И если она сама захочет, если даст шанс, то я буду с ней столько, сколько это возможно. И что эта неповторимая девушка – его дочь.

Василиса

Время, когда очень сильно чего-то ждешь, тянется неимоверно долго. Паршивый закон подлости.

Изо всех сил я ждала окончание рабочего дня. То и дело выпадала из реальности, вновь и вновь мысленно возвращаясь в его кабинет, к словам, которые Витя произнес перед тем, как уехать с Сашей на аукцион.

Весь оставшийся день не удавалось думать ни о чем, кроме того, что в ответ на признание я промолчала. Просто стояла и смотрела на него, открывая и закрывая рот! Если бы только он знал, какую бурю поднял в душе на самом деле. И пусть твердил, что я «не обязана» отвечать так быстро, я очень хотела ответить.

Когда последний мужчина из команды Бестужева – бородатый, суровый на вид инженер – равнодушно сообщил, что «Вик попросил зайти в зал через пятнадцать минут», я снова растерялась и не успела придумать оправдание. Но, кажется, этому человеку было абсолютно плевать на чужую личную жизнь, плевать на то, что я остаюсь с его руководителем один на один. Он кивнул на прощание, быстро развернулся и покинул галерею.

В нетерпении выждав ровно пятнадцать минут, выключаю свет в баре, блокирую вход и иду в сторону коридора, соединяющего холл и основной выставочный зал. Эхо шагов в пустом здании заставляло сердце стучать быстрее. Кто бы мог подумать, что я – обычная, блин, девчонка из далекой провинции – окажусь здесь. За кулисами мира искусства и технологий, мира, казавшегося далеким уделом избранных. И пусть сейчас я выгляжу, по словам Бестужева, как «самый соблазнительный в мире сотрудник технологического арт-пространства», внутри так и осталась любопытной девочкой с небрежным пучком, в короткой светлой юбке и школьной рубашке.

Холл – за спиной.

Впереди – кромешная темнота.

Коридор без окон, без подсветки. Переход в основной зал галереи кажется порталом в другой мир.

От волнения сердце спотыкается.

Замедлив шаг, захожу во мрак. Темнота окутывает, но в нескольких метрах от меня – высокая сводчатая арка – выход из портала куда-то, где во тьме сверкают миллиарды огней.

Десять шагов.

Один поворот головы назад – один взгляд в реальность. На холл, на столики, на лестницу, на далекие двери выхода. И шаг вперед. В его фантазию.

Необъятный зал галереи. Не видно ни потолка, ни стен. Лишь сапфировая, густая, почти осязаемая тьма. Издалека доносится тихая музыка – переплетение звуков флейты и глубокого женского голоса.

А прямо передо мной – эфемерная паутина из иллюзорных нитей: сверкающих, дрожащих, сплетенных из синих и малиновых крошечных огоньков. Нити и вокруг россыпь огней тысячи звезд! И все это над головой и под ногами, слева и справа – нет ощущения пространства и времени.

Будто безграничная Вселенная зарождается на глазах. Будто это сотни Млечных путей в окружении тысячи звезд!

Делаю еще один шаг вперед – прямо передо мной пролетает белоснежная комета. Нити начинают дрожать, мерцать, меняться. Паутина трансформируется из хаоса во что-то очень… геометричное. Из космической пустоты рождается нечто знакомое.

Я оказываюсь внутри белоснежного кристалла.

С ума сойти! Он уместил в галерее целую Вселенную! А потом превратил её в бриллиант!

Еще пара шагов вперед.

Четкие и яркие теперь линии, больше не похожие на плетения паутины, снова меняют свои положения – любой мой шаг вносит изменения в этот мир. И когда захожу в центр, осознание накрывает.

Я – центр этой Вселенной.

И каждый, кто будет на этой выставке, почувствует то же самое.

– Нравится?

Хриплый голос раздается над головой, рука ложится на талию, а спину обдает теплом его тела. Витя бесшумно подходит сзади, не отвлекая от полного погружения в созданный им мир.

Нравится?!

Он превзошел сам себя! Ничего настолько масштабного галерея еще не видела. Да и я ничего подобного тоже никогда не видела.

– Как ты это делаешь?.. – тихо шепчу, боясь нарушить магию момента. – Откуда это все в твоей голове?

В ответ он хмыкает, подталкивает вперед, безмолвно прося продолжить прогулку по Вселенной. И мы медленно идут. Я – впереди. Он – за мной.

– Знаешь, почему я это делаю? – Глубокий голос вплетается в мелодию флейты, и это сочетание вызывает табун мурашек на руках и спине.

– Творческий склад личности?

Мы подходим к огромной луне – реальной, а не иллюзорной. Гладкой, стеклянной, холодной даже на вид, с темными кратерами. Удивляться уже невозможно, но, когда замечаю, что графитовое вещество медленно движется под стеклом, выдох сам слетает с губ. Словно магма расплывается по поверхности луны, незаметно меняя рисунок кратеров!

Рядом с переменчивой луной стоит небольшой круглый столик на высокой ножке. Один бокал. И несколько бутылок алкоголя и чего-то еще. Яркого. Апельсиновый сок и что-то гранатовое… или вишневое?

Витя обходит меня. В его руках – телефон. Пара нажатий на экран – музыка сменяется на динамичную.

Затаив дыхание, наблюдаю, как Вселенная на глазах становится совсем не тем, чем была секунду назад. Теперь это даже не линии – это целые неоновые лучи!

Клуб! Теперь галерея – ночной клуб! Этот человек правда способен менять мир вокруг.

Из колонок играет попсовая песня – лучи света пульсируют в такт. Похоже на неоновую светомузыку на каких-нибудь безбашенных рейвах.

– Нет, Василиса. Ты слишком поэтично выразилась. На деле все гораздо прозаичнее. – Он подходит к столику, кладет телефон, открывает первую бутылку с бордовой жидкостью. С интересом наблюдаю за тем, что он делает, пока говорит. – Мне нравится ощущение власти. – В высокий стакан тонкой струйкой наливает что-то похожее на вишневый сироп. – Нравится знать, что могу менять жизнь вокруг себя и вызывать восхищение в глазах других. Вот, что на самом деле