Мистер Фермер. Между Адом и Раем! - Focsker

Видя, как полчища трупов начинают спускаться к нам, внимательно слежу за флангами и за местами, где стояли башни. Личи, десятки этих тварей, ждут, когда наши маги опустят барьеры и переключатся на наступающих, чтобы обрушить свою магию на наши фланги.

— Передай магам, пусть держат барьеры, — обращаюсь к Облачку. — Этот сброд спустили на нас для отвлечения внимания. Пусть с ними разберутся существа и слуги.

— Как прикажете, — отвечает она и, коснувшись рукой виска, через расставленных слуг связных разносит мой приказ суккубам.

Барьеры над головами становятся ещё прочнее; сияя, они напитываются силой и магией. Через плотную плёнку я вижу, как хрипя, скалясь и клацая белыми зубами, на моё войско бегут первые из живых мертвецов.В руках гнилых трупов молоты, вилы, серпы, кухонные ножи, копья и редкие мечи. Тощие, кто-то без конечностей, без брони, с одной лишь целью — убить или укусить. Накатом, сорвавшись на бег, они мертвой волной разбиваются о ровный ряд щитов. Удар толпы о стену, затем хрипы, визги, попытки прокусить, выцарапать глаза, схватить за ногу. Трупы наваливаются друг на друга, подползают под щиты, культями своих обрубленных рук проникают сквозь защиту. Кровью своей, плотью и вываливающимися органами они пытаются лишить рубящих их созданий зрения и мобильности. Мои воины, как ножи мясорубки, шинкуют зомбаков по частям; тяжёлые щиты в выпадах дробят кости, сапоги топчут черепа, а острое оружие прорубает нежить вместе с выставленными вперёд копьями и мечами — всем тем, чем владели живые мертвецы. Удар за ударом, выпад за выпадом, шаг за шагом — не нежить, а мы своим малочисленным стройным рядом теснили врага обратно к стене. Яд на зубах нежити не нёс вреда, ибо страшен он был лишь для живых, коих не было в авангарде. Число врага совершенно не играло роли, ведь силой своей и тем участком фронта, по которому он шёл вперёд, мы с лёгкостью нивелировали это преимущество. Семьдесят тысяч — это много, да только за первые минуты столкновения, потеряв меньше десятка самых уязвимых и слабых тёмных слуг, до чьих ядер всё же добрались скелеты, мы окончательно умертвили больше тысячи. А ведь ещё по скоплениям били наши маги.

Враг, завязав ближний бой, предсказуемо пытается ударить по нашему авангарду и подходящим тылам при помощи «внезапной» атаки личей с руин башен. Ледяной дождь и чёрный туман в очередной раз разбиваются о заранее подготовленные и усиленные на флангах барьеры. Со своей позиции, находясь всего в двадцати метрах от передней линии, где бушует битва, решаю в очередной раз покрасоваться перед врагом. Под собой создаю несколько ступенек; вместе с Облачком ступаю по ним и возвышаюсь над солдатами и полем боя. Впереди полчища нежити, заваленное трупами поле и руины; на них Война, а за ним три горящих величественных древа. Демон внимательно следит за мной, не сводя глаз, словно ожидая хода. Зря он чего-то ждёт. Происходящее сейчас меня вполне устраивало.

На лестнице, созданной мной, увеличиваю площадку; из углей, песка и камней создаю себе трон. Поправив плащ и всё так же наблюдая за Войной, усаживаюсь и жестом протянутой руки говорю ему: «Сейчас твой ход».

Война выдёргивает из руин клинок, издав вздох, полный ненависти и жажды крови; поворачивается ко мне спиной и уходит. А вот это действительно плохо…

— Облачко, пусть летуны следят за ним; если нужно, поднимут магов. Не дайте Войне телепортироваться или сбежать, ясно⁈

— Сделаем… — Приклонив голову, отправляет послание слугам Облачка. После чего в небе тут же мелькнуло около сотни крылатых силуэтов.

Глава 41

Как на представлении в театре, я наблюдал за разворачивающейся подо мной сечей. Мои творения, без особого труда уничтожая мертвецов, уверенно ступали по телам врагов и шли вперед. Следя за флангами и контролируя перемещение магических силуэтов личей по стене, через Облачко и Аорру усиливал защиту наших позиций. Словно артиллерию, я наводил магов на вырывающиеся из руин полчища нежити. Маги и стрелки били по навесной атаке; наносимый урон был виден невооруженным глазом. Ветер, земля, пламя, лед и молния, вперемешку с болтами и стрелами, летели в толпы ревущих, жаждущих боя мертвецов.

Бой складывался в нашу пользу. Не было ощущения страха. В враге сегодняшнем я не видел даже доли той мощи и величия, о которых мне говорили. Просто нежить — полчища слабых шипящих трупов и несколько более значимых фигур… вот всё, что осталось от темного войска, ведомого одним из четырех Князей тьмы. Слишком просто, слишком легко, а ведь я еще даже ничего толком не сделал. Держа в голове мысль о том, как свалить Войну, решаю чуть ускорить темпы нашего наступления. Поднявшись, выбираю место, где скопление трупов больше всего. Там, в пятидесяти метрах, они прямо лезут друг на друга, стремясь первыми упасть на клинки моих созданий.

Отслеживая количество затрачиваемой маны, очерчиваю периметр шириной двадцать и длиной десять метров. Затем, направляя энергию в глубь примерно на двадцать метров, сжимаю огромный кусок земли в одну прочную толстую пластину. Орды нежити тут же валятся прямиком в яму; напор на наш центр ослабевает. Бойцы добавляют шаг, чувствуя ослабление, начинают толкать и скидывать находящихся в промежутке между строем и ямой мертвецов.

— Заря! — едва я произнес имя дриады, как тут же в прыжке над мерцающими в небе пиками показалась саламандра. Уворачиваясь от ледяной пики, огненной струей она окатывает яму. Пламя встречается со льдом; король скелетов на страже как может пытается защитить те сотни мертвецов, попавших в ловушку. Одни трупы продолжали падать, другие, взбираясь один на другого и вонзая клинки и обломанные кости в песчаную стену, пытались выбраться. Падая и вздымаясь, они мешали друг другу; всё большей и большей вонючей кучей скапливались в одной большой могиле, до которой моему строю оставалось меньше десятка метров. Чёрт, я ведь хотел ускорить продвижение своих сил, а не замедлить их.

— Заря, мы ждём…

Помня, что скелет — это работа Зуриэль, готовлюсь в случае необходимости накрыть покойников ещё одной такой же плитой. Это их не убьет, но мои бойцы хотя бы продолжат свой путь.

В этот раз вместо Саламандры явился сам Цветок. Воспарив на красных огненных крыльях, она взметнулась над барьером, хлыстом пламени рассекла и перенаправила несколько ледяных глыб, кинутых в неё; после чего из руки, как из огнемета, выпустила в яму струю жидкого пламени. Я видел, как при