Крах Третьего рейха - Сергей Яковлевич Лавренов

23 мая в 10 часов нас всех собрали в клубе при гостинице. Сюда приехал Гитлер в сопровождении Геринга и 12 генералов. Гитлер выступил с 15-минутой речью, в которой призывал нас помочь немецкой армии в «освобождении» Кавказа от большевиков. Выступление Гитлера было дословно переведено на русский язык, перепечатано и роздано каждому из нас. 10 июня мы выехали из Берлина».

Однако в целом отношения между грузинами и немцами складывались явно несоюзнические. К примеру, в столовую для немецких солдат грузин не пускали.

В октябре 1942 года легион был отправлен на боевые позиции в районы Алтуд, Майская, Котляревская. После того как в декабре 1942 года батальон был переброшен в район Ново-Полтавское (хутор Баксанский), командир 3-й роты Грузинского легиона послал 3 легионеров с обращением к командиру советской 383-й стрелковой дивизии, в котором говорилось о намерении легионеров перейти на сторону Красной Армии. Через несколько дней около 80 солдат и офицеров из двух рот легиона перешло на сторону советских войск. Немцы усилили контроль за действиями легиона и в конце концов в результате предательства узнали об еще одном готовящемся переходе легионеров. Утром 10 октября немецкое командование подтянуло к позициям легиона два батальона немецкой пехоты и артиллерию. В ходе боя грузины были обезоружены и отправлены в лагерь для военнопленных в Крупно-Ульяновское, где немецкий полевой суд приговорил организаторов перехода к расстрелу.

Тем не менее немцы все же эпизодически использовали грузинских военнопленных, особенно в ходе боевых  действий на Кавказском хребте. Так, 80 грузин, прошедших специальную подготовку в Германии, были включены в состав отдельной альпийской роты немцев.

На территории Польши был сформирован и так называемый «Кавказский батальон легионеров», который набирался, часто в принудительном порядке, из числа военнопленных — чеченцев, аварцев, ингушей, кабардинцев, черкесов, осетин и представителей других кавказских народностей.

Кавказский батальон в составе 5 рот летом 1942 года был направлен на позиции в районе г. Моздок. В сентябре 1942 года батальон занял оборону в районе реки Терек, около ст. Ищерская. В январе 1943 года 925-й кавказский батальон оказался в районе Звенигородка в полосе действия советской 5-й танковой армии.

В свою очередь из азербайджанцев был сформирован так называемый Коктебельский добровольческий батальон, летом 1942 года направленный в окрестности г. Феодосия. Здесь добровольческие подразделения общей численностью до 6 тыс. человек охраняли Феодосийскую береговую зону.

В мае 1942 года в г. Радоме (Польша) был сформирован 1-й батальон Армянского легиона. В целом Армянский легион должен был состоять из трех батальонов.

В конце августа 1942 года первый сформированный Армянский батальон прибыл на Восточный фронт в район Майкопа.

В июне 1943 года один из батальонов, сформированный из чувашей и марийцев, был отправлен для несения охранной и вспомогательной службы во Францию.

Туркестанский легион в составе 7 батальонов начал формироваться в июле — августе 1942 года в другом крупном. центре подготовки национальных подразделений, размещенном в лагерях городов Ромны, Прилуки и села Ладна (18 км от Прилук).

Затем будущие легионеры были переведены в учебные центры, размещенные на территории Польши. Всего  было сформировано три Туркестанских батальона. Специально для легионеров выпускался журнал «Милли Туркестан» («Национальный Туркестан»). Журнал издавался на нескольких языках: казахском, узбекском, татарском и др. Легионерам было разрешено также носить нарукавный знак «Аллах с нами». Ежедневно совершался и намаз, посещение которого, правда, носило необязательный характер. Прикрепленные к ротам муллы нередко совмещали религиозные функции с командирскими.

В июле 1942 года новоиспеченные легионеры принимали присягу. Вот как это происходило по показаниям перебежчиков:

«Всех нас выстроили в лагере четырехугольником. В каждом углу поставили радиорупоры, перед микрофоном в середине стояли мулла, а рядом, по обе его стороны — немецкие офицеры и духовой оркестр. Для фона стояли станковые пулеметы и винтовки в козлах. Мулла произнес речь, в которой сказал: «Нас угнетали русский народ и большевики. Нам не давали право отдельно жить и организовали коллективизацию, не дали возможности молиться и учиться по-старому. Поэтому мы должны бороться против коммунизма, уничтожить его, взять свою землю в свои руки. Совместно с немецкими солдатами мы должны воевать против Красной Армии. После победы мы будем управлять сами. Главу государства мы сами изберем и будем жить, как брат и союзник Германии, которая даст нам возможность построить фабрики, заводы и у которой мы возьмем культуру. Поэтому мы должны сегодня принять присягу о том, что будем верными Адольфу Гитлеру с целью создания нашего отдельного государства и что будем воевать, не щадя жизни и не отступая». После этого мулла заставил всех нас приложить правую руку к сердцу и сказать: «Перед богом принимаю присягу не отступать».

То, что произошло с Туркестанскими батальонами в дальнейшем, видно на примере одного из них, 3-го. 20 августа 1942 года 3-й Туркестанский батальон был  отправлен на фронт по маршруту: Люблин, Львов, Днепропетровск, Таганрог, Ростов, Усть-Лабинская, Белореченская. Здесь, на оборонительном участке, который перед этим занимал немецкий штрафной батальон, 3-й Туркестанский батальон был поставлен в качестве второго эшелона. Рядом с батальоном находился немецкий саперный батальон. Его отдельные взводы были размещены так, чтобы чередоваться со взводами 3-го батальона. Кроме того, для усиления контроля над легионерами в каждый взвод Туркестанского батальона было влито по 5–6 немецких военнослужащих. В последующем батальон был фактически расформирован. Отдельные его роты были направлены на разные участки фронта.

Однако и это не помогло поддерживать высокий моральный дух среди легионеров. Осенью 1942 года на сторону 279-й дивизии, оборонявшейся на участке по Северному Донцу, организованно перешло 65 человек из 6-го Туркестанского батальона. Практически то же произошло и с другими батальонами легиона.

Особое место среди национальных легионов занимали прибалтийские формирования. В прибалтийских республиках, в бытность их буржуазными, для борьбы с революционным движением, помимо армии, активно привлекались различные военизированные организации. В Эстонии — кайтселийт (Союз защиты), в Латвии — айзсарги (защитники), в Литве — шаулисы (стрелки). Военизированные организации объединяли не только мужчин, создавались аналогичные женские и молодежные организации. Члены военизированных организаций носили специальную форму и обучались военному делу.

Достаточно широкую социальную базу для будущих прибалтийских формирований представляли и бывшие полицейские структуры в этих государствах. Здесь часто и на длительное время вводилось военное положение, и полицейские были приучены по существу к полувоенному режиму службы.

Имели свои вооруженные формирования и различные общественные организации. В Латвии, к примеру,