Машина смерти - Джин Мастейн

Следующим ходом Тедески и Чарди начали искать так называемые «конфиденциальные» серийные номера, которые производители в качестве противоугонной меры помещали в более труднодоступные места автомобилей, такие как тепловой экран двигателя или трансмиссия. После расшифровки эти номера должны были совпасть с «открытым» номером на корпусе. Ни на одном автомобиле, проверенном Тедески и Чарди, они не совпали.

На следующий день машины были конфискованы, а еще через день агенты ФБР из Ньюарка вместе с агентами из отделения Бруклин-Куинс, идя по следу в документах, заняли посты наблюдения у склада на бульваре Империи. Они сфотографировали, как неизвестные – Генри, Фредди и несколько нанятых рабочих – грузили машины в два автовоза. В кабине одного из автовозов находился агент под прикрытием.

После погрузки все члены группировки уехали. Агенты не стали им препятствовать. У них были фото и серийные номера. В тот момент улики внутри склада были важнее. Они дождались, когда приедет еще один агент с ордером на обыск, и затем перетряхнули весь склад. Были конфискованы двенадцать машин, десятки недействительных серийных номеров и куча самых разных вещей, которые бандиты находили в угнанных машинах и самонадеянно оставляли прямо там: детские коляски, зонтики, магнитофонные кассеты, а также (поскольку многие машины поступали из еврейского района Бруклина под названием Джуиш Боро-Парк) Тора, свитки и другие религиозные принадлежности. Генри Борелли пуще всех настаивал на том, чтобы не выбрасывать предметы культа на помойку – боялся, что это принесет несчастье.

После обыска владелец склада позвонил Генри и предупредил, что лучше не выходить на работу ни в этот, ни на следующий день. Генри донес информацию до всех заинтересованных сторон. «Предприятие накрыли!» – сказал он Фредди.

Вскоре ситуация стала еще хуже, чем полагали Фредди и Генри. Через четыре дня после обыска на бульваре Империи человек, представившийся как Гарри, позвонил в ФБР в Ньюарке и указал на них как на ключевых персон в данной деятельности. Кроме того, по его словам, около года назад они убили двух человек – Рональда Фалькаро и Халеда Дауда.

В течение нескольких следующих дней «Гарри» позвонил в ФБР еще два раза и сообщил, очевидно, самые что ни на есть достоверные подробности. Он согласился на встречу, но не явился на нее. Тем не менее это был прорыв: кто-то в недрах «Джемини», рискуя навлечь на себя карающий гнев Роя, решил позаботиться о себе. Звонивший, однако, подстраховался и не стал сообщать имени истинного главы всего предприятия – Роя.

Рой был вне себя от ярости из-за обыска. 5 июня 1980 года, через три недели после того, как Патрика Пенни отправили на тот свет, он совершил третье двойное убийство за девять месяцев. Его жертвами стали молодые люди: один – мастер по ремонту кузовов, другой – мастер по ремонту крыльев. Какое-то время назад они стали управлять одной из старых автомастерских Криса Розенберга, которая находилась по соседству с мастерской Ричи Диноме и через дорогу от мастерской Фредди. Как и в случае с убийствами Фалькаро и Дауда, вторая жертва оказалась на месте убийства случайно.

Замысел убийства зрел в течение нескольких месяцев. У одного из баров на Манхэттене завязалась кровавая драка между Чарльзом Монгиторе и его заклятым врагом детства, чей отец был мафиозо из Куинса, принадлежавший к «семье» Гамбино. Монгиторе был ранен ножом в шею и решил предъявить обвинение. Отец обвиняемого, Сальваторе Манджалино, не хотел, чтобы сына отправили за решетку, поэтому попросил Роя вмешаться.

Рой направил Фредди, Ричи и Вито поговорить с Монгиторе, который знал Роя, но исключительно как друга Фредди и Ричи.

– Рой даст тебе пятьдесят тысяч, – сказал Вито. – Тебе даже не нужно отказываться от обвинений. Подожди до суда и просто скажи, что ты его не узнаёшь.

Монгиторе отказался от предложения, тем самым подписав себе смертный приговор. Еще несколько встреч и переданных ему сообщений не оказали желаемого действия. В самом деле, от полученной раны он чуть не умер, поэтому хотел отмщения и не мог постичь, почему Рой этого не понимал. В разговоре с другом он посетовал:

– Поверить не могу: у меня была разборка на Манхэттене с парнем из Куинса, а теперь меня достает парень из Бруклина.

Недооценив парня из Бруклина, Монгиторе согласился на предложение Ричи пойти с ним в его мастерскую и помочь с «порше», который банда недавно дернула у модельера Пьера Кардена. Внутри мастерской разыгралась очередная сцена выездной сессии Роева суда. Не оставив жертве и шанса для бегства, «судья» Рой и его помощник Грязный Генри без лишних слов выстрелили в Монгиторе более десяти раз.

В случае с Монгиторе у Роя был мотив: молодой человек отказался прислушаться к голосу разума. Что же касается партнера и друга Монгиторе, Дэниела Скутаро, то здесь мотива не было вовсе – просто дикая жажда крови. Рой запросто мог не трогать Скутаро, когда тот постучал в дверь мастерской Ричи и спросил, нет ли там Монгиторе. Он мог бы велеть Ричи ответить, что тот понятия не имеет, где находится Монгиторе.

Но нет. Рой велел Ричи задержать Скутаро, пока он и Генри перезарядят оружие, и затем пригласить его войти. Дурачок Ричи сделал, как ему сказали, и Скутаро шагнул под безумный град свинца. Тела затолкали в багажник другой украденной машины, которую затем припарковали у близлежащего кладбища и бросили. Несколько часов спустя Ричи позвонил Вито и попросил помочь очистить мастерскую от крови. Рой давно уже не принимал участия в подобных работах – они были для маленького человека вроде Ричи.

Когда приехал Вито, Ричи обнаружил, что потерял бумажник, и забеспокоился, что тот мог выпасть из кармана его пиджака, когда он наклонялся, чтобы помочь затолкать тела в багажник. В отчаянии он стал умолять Вито отправиться вместе с ним на кладбище и привести тачку обратно в мастерскую. Так они и сделали. В багажнике под одним из тел они и вправду нашли злополучный бумажник Ричи. Затем они снова отогнали машину на то же место около кладбища.

– Представь себе, если бы копы нашли твой бумажник вместе с телами, – сказал Вито. – Ты прекрасно знаешь, что с тобой стало бы.

– Не говори