Прорваться в будущее. От агонии - к рассвету! - Максим Калашников

«Свободная пресса» продолжает дискуссию «Россия для русских?», в которой представители самых разных политических сил высказывают свою точку зрения на современное положение русского народа, ищут пути преодоления межнациональных проблем в стране. Сегодня наш собеседник – известный писатель-футуролог, публицист, политик Максим Калашников.

«СП»: – Разделяете ли Вы точку зрения многих националистов, что русские в своей стране находятся в ущемленном положении?

– Я бы перевел проблему в иную плоскость: люди, которые называют себя русскими, уже не представляют собой народ. Народ демонтирован – в этом я согласен с ученым Сергеем Кара-Мурзой. Вместо общности людей, спаянных в нацию, – некие раздробленные острова, состоящие из людей с близкими ментальными установками. И поэтому русские находятся в ущемленном положении по отношению к другим этносам нашего государства. То, что позволено этим этносам, русским совершенно открыто запрещается. Представьте, если бы русские в Грозном гонялись за чеченскими девушками, разъезжали там на автомобилях с орущей музыкой и с оружием в багажнике. Или назовите русскую область, которая могла бы позволить себе иметь практически самостоятельную 50-тысячную армию. И дело даже не в том, что Кавказ нас «объедает». На дотации северокавказским республикам тратится всего четыре процента российского бюджета. Это значительно меньше, чем воруют русские чиновники. Да, именно русские – в государственном аппарате от низа и до верха число инородцев совсем невелико. И не инородцы, а русские полицейские смотрят сквозь пальцы на преступления этногруппировок.

«СП»: – В чем причина того, что русские, как Вы считаете, перестали быть народом? Может быть, нынешнее положение русских корнями уходит в эпоху СССР, когда нас пытались переделать в советских?

– Нет, я не согласен с тем, что русских в СССР гнобили. Русские не отрекались от своей национальности, фактически мы являлись государствообразующим народом, хотя это и не было прописано в Конституции. У нашего народа была единая воля, власть в стране была в полном смысле этого слова суверенная, в государстве существовала жизнеспособная промышленность, развивалась система образования и культуры.

Во время Перестройки начался развал экономики, страны, а вместе с тем – и сознания русских, которое постоянно подвергалось информационным бомбежкам. В итоге русские перестали быть народом. Мне смешно, когда сегодня некоторые националисты говорят, что вот сейчас русский народ поднимется. В таких условия русские не поднимутся, а продолжат падение в пропасть… «Освобождение от империи», которое по мысли национал-демократов якобы должно было освободить русских от содержания «народов-иждивенцев», на самом деле привело к освобождению русских от самих себя. Гордиться нам сейчас нечем, сознание народа извращено, промышленность разгромлена, образовались группы населения, которые говорят фактически на разных языках, у них разный понятийный ряд. Вместо народа мы имеем колониальный субстрат, который легко эксплуатировать.

«СП»: – Между тем, через девяностые прошли и другие народы России. Почему же они сохранили себя, а некоторые даже значительно увеличили свою численность?

– Во время кризисов такого типа, какой мы пережили в начале девяностых – а это было крушение русской цивилизации, – страдают те народы, кто продвинулся дальше всех, кто выстроил наиболее совершенную социальную систему, промышленность и т. д. Оговорюсь, что под русским народом я понимаю не только основное население России – великороссов, но и белорусов, и украинцев (малороссов).

Именно у русских существовало наиболее развитое общество, члены которого были вовлечены в самые сложные производственные схемы. Поэтому после 1991 года оказались выброшенными на обочину жизни и так и не смогли оправиться тысячи и тысячи ценнейших специалистов, в основном – русских по национальности. Выиграли самые примитивные, кто может жить в условиях хаоса, кто был ближе к первобытным условиям существования, кормился от земли или сохранил родоплеменные связи. Хотя и другие народы России не много выиграли от развала СССР: у кавказских этносов рождаемость тоже понемногу падает, хотя пока и превышает смертность. А численность татар и других народов Поволжья сокращается. Но русские «тонут» быстрее. В похожем положении сейчас оказались и многие европейские народы. Везде, куда проник вирус неолиберализма, он привел к разрушению или серьезному ослаблению нации.

«СП»: – На Ваш взгляд, возможно ли сегодня решить проблемы во взаимоотношениях русских и кавказцев?

– Нет, в нынешних условиях невозможно. Кавказцы утратили уважение к русским, как и русские к себе. Когда мы были великим промышленным народом, мы могли сказать: «Смотрите, мы умеем делать всё, от утюгов до самолетов и космических кораблей! Мы – становой хребет государства, повелители машин». А чем могут гордиться нынешние русские?

«СП»: – Ну, например, тем, что уберегли от истребления жителей Южной Осетии в августе 2008 года. Не случайно именно к русским осетины обратились за помощью. Разве этот факт не говорит, что русский народ на Кавказе по-прежнему многие воспринимают если и не как братский, то, по крайней мере, достаточно сильный?

– Свой авторитет русским надо подтверждать каждодневно. В советское время так и было. Мы постоянно демонстрировали свою мощь всему миру. С утра я открывал газету и видел сообщения о том, что где-то построена электростанция, завод, дорога, спущен со стапелей самый мощный плавучий подъемный кран, и так далее.

А какие у нас сегодня достижения? «Сухой суперджет», который на 80 процентов состоит из импортных деталей? Или спортивные дворцы в Сочи, которые построили за такие деньги, будто они из золота?

Путин недавно сравнил трубопровод ВСТО с БАМом. Но это несравнимые вещи. БАМ предусматривал комплексное развитие огромной территории, где находится масса месторождений полезных ископаемых – практически вся таблица Менделеева представлена. Кроме городов и дорог, должны были быть построены новые заводы. Создавался, как сейчас говорят, кластер, ключ к богатствам Восточной Сибири. К тому же эта магистраль имела военно-стратегическое значение. ВСТО таких перспектив не предусматривает. Это чистой воды выкачивание ресурсов из страны.