Седьмой свиток - Уилбур Смит

Май Метемма, недавно избранный аббатом монастыря Святого Фрументия, встретил их на террасе, выходящей на реку. Он был не сильно моложе Джали Хоры, высокий, с головой, убеленной сединами, и по случаю прибытия такого почетного гостя, как Мек Ниммур, надел голубую митру.

После того как гости искупались и отдохнули час в предоставленных им кельях, монахи повели их на приготовленный приветственный пир. Когда бутылки с теем наполнили в третий раз, а настроение аббата и его паствы заметно улучшилось, Мек зашептал старику на ухо:

— Вы помните историю святого Фрументия? Как Господь выкинул его на наш берег из штормового моря, дабы он принес нам истинную веру?

Глаза аббата наполнились слезами.

— Его святое тело было захоронено здесь, в нашем макдасе. Но варвары пришли и похитили священную реликвию. Мы осиротели. Исчезла причина, ради которой были построены эти храм и монастырь. Церковь забыла о нас. Мы на грани падения. Монастырь сгинет, а монахи разлетятся, будто сухие листья на ветру.

— Когда святой Фрументий пришел в Эфиопию, он был не один. Из Византии с ним пришел еще христианин.

— Святой Антоний. — Аббат потянулся к фляге, дабы заглушить свою печаль.

— Святой Антоний, — согласился Мек. — Он умер раньше святого Фрументия, но был не менее святым человеком, нежели его брат.

— Святой Антоний также великий и святой человек, заслуживающий нашей любви и почета. — Метемма сделал глоток из фляги.

— Пути Господа неисповедимы, — покачал головой Мек, будто изумляясь чудесам устройства Вселенной.

— Да, они глубоки, и не нам сомневаться в них или пытаться постичь.

— И все же он милосерден и награждает верных ему.

— Господь милосерден. — Из глаз аббата заструились слезы, потекли по щекам.

— Вы и ваш монастырь понесли тяжелейшую потерю. Драгоценную реликвию, мощи святого Фрументия забрали — и, увы, их не вернуть. Но что, если Бог пошлет другие? Если он пошлет вам мощи святого Антония?

Аббат поднял заплаканное лицо, которое неожиданно обрело заинтересованное выражение.

— Это было бы настоящим чудом.

Мек Ниммур обнял старика за плечи и начал шептать ему в ухо. Метемма перестал рыдать и внимательно слушал.

— Я нашел для вас рабочих, — сообщил Мек Николасу по пути вдоль ущелья на следующее утро. — Май Метемма обещал нам сотню человек через два дня и еще пятьсот на следующей неделе. Он отпускает грехи тем, кто согласится работать на строительстве плотины. Принявшие участие в столь чудесном замысле, как поиски тела святого Антония, избегнут адского огня.

Обе женщины остановились и воззрились на него.

— Что ты обещал этому бедному старику? — вопросила Тессэ.

— Тело взамен того, что похитили из храма. Если нам удастся найти могилу, то доля монастыря — мумия Мамоса.

— Это ужасный поступок! — взорвалась Ройан. — Ты обманом заставил их помогать.

— Это не обман! — Темные глаза эфиопа вспыхнули в ответ на обвинение. — Да, они владели ненастоящим телом святого Фрументия, и все же сотни лет оно объединяло монашеское сообщество и притягивало христиан со всей страны. Теперь, когда мощи исчезли, под угрозой само существование монастыря. Они лишились смысла жизни.

— Ты внушил им ложные надежды! — продолжала злиться Ройан.

— Тело Мамоса не менее подлинно, нежели утраченное ими. Какая разница, древний это египтянин или древний христианин, если поклонение ему укрепляет веру людей и поможет монастырю просуществовать еще пятьсот лет?

— Думаю, Мек прав, — высказался Николас.

— С каких пор ты стал экспертом по христианству? Ты — атеист! — напустилась на Харпера Ройан, а он поднял руки, словно отбивая удар.

— Ты права. Я и в самом деле ничего в этом не понимаю. Поспорь лучше с Меком. А мне куда полезнее поговорить о теории плотиностроения с Сапером. — Он быстро зашагал к голове колонны и пошел рядом с инженером.

Время от времени до Николаса доносились яростные голоса спорящих, которые заговорили на повышенных тонах. Он знал Мека, но начинал понимать и Ройан. Интересно узнать: кто одержит верх в этой словесной перепалке?

К полудню они добрались до начала каньона. Пока Мек искал подходящее место для лагеря, Николас с Сапером немедленно отправились к узкому месту реки, перед самым водопадом. Инженер устанавливал теодолит, его друг вытащил рейку с делениями. Сапер гонял Харпера вверх-вниз по обрыву, подавая знаки рукой и неотрывно глядя в объектив теодолита. Николас, пошатываясь на небольших выступах, пытался держать рейку прямо, чтобы Уэбб мог проводить замеры.

— Отлично! — проревел Сапер, сделав двенадцатый замер. — Теперь мне нужен человек на другой стороне реки.

— Чудесно! — прокричал в ответ Харпер, — Мне лететь или плыть?

Николасу пришлось пройти три мили вверх до брода, а потом пробираться сквозь приречные кусты до места, напротив которого Сапер лежал на спине, покуривая сигарету.

— Ты здесь не особо надрывался, верно? — закричал баронет через реку.

Сапер закончил снимки только к сумеркам, а его другу еще предстоял долгий путь через брод. Харпер прошел последнюю милю почти в полной темноте, ориентируясь только по свету костров. Наконец изрядно уставший Николас добрался до лагеря, проковылял мимо шалашей и швырнул наземь мерную рейку.

— Надеюсь, ты скажешь, что оно того стоило! — прорычал он Саперу, не поднимавшему головы от логарифмической линейки. Уэбб работал над составлением новых чертежей при свете маленькой бутановой лампы.

— Ты не слишком ошибся в оценке, — поздравил он Николаса. — В самом узком месте, над водопадом, река в ширину достигает сорока одного ярда, и именно там я хочу расположить строение.

— Скажи мне одно: можно там построить плотину? Сапер ухмыльнулся и постучал пальцем себя по носу.

— Добудь мой трактор, и я запружу чертов Нил!

После обеда — они съели еще несколько сухих пайков — Ройан посмотрела на Николаса, сидящего по другую сторону от костра. Встретившись с ним взглядом, она коротко мотнула головой, пригласив его отойти в сторонку. Потом Ройан поднялась и незаметно ушла из лагеря, оглянувшись и убедившись — Харпер следует за ней. Николас освещал тропу фонарем, пробираясь вместе с Ройан к месту будущей плотины. Там они отыскали камень, с которого открывался вид на воду, и присели на него.

Англичанин выключил фонарь. Николас с Ройан помолчали, привыкая к звездному свету. Потом она прошептала:

— Были моменты, когда я сомневалась, что вернусь сюда. Словно все это только сон и заводи Таиты не существует.

— Может быть, для нас ее и не будет. Без помощи монахов из аббатства, — проговорил он.

— Вы с Ниммуром победили, — негромко рассмеялась Ройан. — Разумеется, нам придется принять их помощь. Аргументы Мека на удивление убедительны.