За борт! - Клайв Касслер

Мужчина огромного роста, сложенный как Оливер Харди,[38]поднялся с палубы и вошел в рубку.

На нем был серый мундир с золотыми нашивками майора армии Конфедерации.

Рубашка под расстегнутым кителем промокла от пота, и он тяжело дышал. Постоял мгновение, вытирая лоб рукавом и переводя дух.

Наконец он сказал:

— Проклятие, не знаю, что предпочесть: получить пулю в голову, утонуть в море или умереть от сердечного приступа.

Днем Лерой Ларош руководил туристическим агентством, вечером и ночью становился любящим мужем и отцом, а по уик-эндам командовал Шестым Луизианским полком армии Конфедерации Соединенных Штатов. Он пользовался популярностью, и каждый год его выбирали командиром, чтобы он вел полк в реконструкциях боев. То, что теперь предстоял настоящий бой, его как будто не слишком беспокоило.

— Нам повезло, что у вас на борту нашлись тюки с хлопком, — сказал он капитану.

Белчерон улыбнулся.

— Мы держим их на палубе как память об историческом прошлом нашей старушки.

Питт взглянул на Лароша.

— Ваши люди заняли позиции, майор?

— Ружья заряжены, люди под завязку заправились „Дикси“ и рвутся в бой.

— Какое у них оружие?

— Мушкеты „Спрингфилд“ сорок восьмого калибра: такие были у большинства мятежников во время войны. Посылают пулю на пятьсот ярдов.

— Как быстро они стреляют?

— Большинство моих парней могут сделать три выстрела в минуту. Некоторые — четыре. Но я ставлю на баррикаду лучших стрелков, а остальные заряжают.

— А пушки? Из них действительно можно стрелять?

— Конечно. Свалят дерево мешком цемента за полмили.

— Каким мешком?

— Это дешевле, чем настоящий выстрел.

Питт обдумал эти слова и улыбнулся.

— Удачи, майор. Попросите своих людей не высовываться. Пулеметам нужно меньше времени для перезарядки, чем мушкетам.

— Думаю, они умеют укрываться, — сказал Ларош. — Когда нам открыть огонь?

— Предоставляю решать вам.

— Прошу прощения, майор, — вмешался Джордино. — Нет ли у ваших людей запасного оружия?

Ларош расстегнул кожаную кобуру и протянул Джордино большой пистолет.

— Револьвер „Ле Ма“, — сказал он. — Выпускает через нарезной ствол девять пуль сорок второго калибра. Но, если вы заметили, внизу есть второй ствол, гладкий, и заряд дроби. Берегите его. Мой прапрадед пронес его от Бул-Рана[39]до Аппоматтокса.[40]

На Джордино это произвело впечатление.

— Не хочу оставлять вас безоружным.

Ларош извлек из ножен саблю.

— Мне сгодится и это. Ну, мне пора к моим людям.

После того как рослый жизнерадостный майор покинул рубку, Питт раскрыл скрипичный футляр, достал „Томпсон“ и вставил полную обойму. Одной рукой он держался за бок и выпрямлялся осторожно, поджав губы от боли в груди.

— Вы здесь справитесь? — спросил он Белчерона.

— Обо мне не беспокойтесь, — ответил капитан. Он кивком указал на пузатую чугунную печь. — Когда начнется фейерверк, у меня будет своя броня.

— Слава богу! — воскликнул Меткалф.

— Что это? — спросил Сандекер.

Меткалф протянул документ.

— Ответ из Британского адмиралтейства в Лондоне. Единственный „Патфайндер“ в королевском флоте — эскадренный миноносец с ракетным вооружением. Исследовательского судна с таким названием нет, и вообще в районе залива нет английских кораблей.

Он с благодарностью взглянул на Сандекера.

— Хорошая игра, Джим.

— Ну, нам наконец повезло.

— Бедняги на пароходе — вот кому сейчас нужна удача.

— Мы больше ничего не можем сделать? Ничего не упустили?

Меткалф покачал головой.

— Здесь — нет. Катер береговой охраны в пятнадцати минутах, а сразу за ним атомная подводная лодка.

— И никто не придет вовремя.

— Может, люди на пароходе смогут как-то задержать буксир, пока…

Меткалф не договорил.

— Вы ведь не верите в чудеса, Клейтон?

— Нет, не верю.