Прекрасная Габриэль - Огюст Маке

В самом деле, отвечала та из двух женщин, которую незнакомец назвал маркизой:

— Я дурно поняла…

— Однако вы приехали.

— Ваше письмо приглашало меня в улицу Серизе по важному делу, касающемуся короля.

— Король обманывает маркизу де Монсо, точно так.

— И вы брались это доказать?

— Это легко; если вы приехали, вы увидите вашими собственными глазами.

В носилках послышался вздох, сопровождаемый отчаянным движением.

— Объяснитесь, — прошептал взволнованный голос: — Но какова ваша цель?

— О! я мог бы вам сказать, что эта цель — ваши личные выгоды. Но я не лгу; я действую для моих выгод, и так как я служу вам в то же время, я думал, что вы мне поможете.

— В чем же заключаются ваши выгоды, не в каком ли заговоре против священной особы его величества? Предупреждаю вас, что решившись приехать сюда, я предупредила кого следует и мне стоит только позвать…

— Это бесполезно; я ничего не предприму против жизни короля, — с горечью сказал незнакомец, — я занимаюсь только одним, я стремлюсь только к одной цели: не допустить одну даму, которую я люблю, поддаться искушению заступить место маркизы де Монсо.

— Разве король думает об этом?

— Вы сами в этом убедитесь. Король ужинал у маркизы после крестин, не правда ли?

— Или лучше сказать, он делал вид, будто ужинает. Я помню, он ни до чего не прикоснулся.

— Он берег себя для другого ужина, без сомнения.

— Король хотел сейчас лечь спать после ужина, он говорил, что он устал, а когда я хотела войти к нему, меня не пустили.

— У его величества было назначено свидание сегодня у Замета. Там будут ужинать с аппетитом, там не будут помнить об усталости.

— У Замета?..

— Приподнимитесь и посмотрите вдаль через этот сад на освещенные окна отеля на улице Ледигьер; вы услышите даже флейты и скрипки.

— Король там?..

— Король сейчас приехал. Он вошел в маске с одним дворянином, но я его сейчас узнал, как и женщину, ради которой он приехал к Замету. Однако она также в маске.

— Как зовут эту женщину?

— Извините, это моя тайна, — грубо сказал незнакомец, — пусть маркиза де Монсо сохранит для себя короля, но я не хочу, чтобы она погубила эту женщину.

— Увы! Милостивый государь, если бы маркиза была способна обороняться, если бы она умела ненавидеть и мстить, ее щадили бы более. Но если вы отказываете мне назвать сообщницу короля, пусть так. А пока король на празднике с той, которую вы так желаете удалить от него. Странный план приняли вы, милостивый государь. Было бы проще не допустить эту женщину быть на этом празднике.

— Я приехал слишком поздно, но праздник будет нарушен, ручаюсь вам.

— Как это? — вскричала с беспокойством молодая женщина. — Я полагаю, ничего не случится с королем.

— С королем случится только неудовольствие быть застигнутым на свидании. Он побоится публичной огласки. Он побоится, чтобы огласка не дошла до вас, он убежит. Тогда-то вы увидите, как он выбежит, и вы можете уличить его в неверности.

— Мне надо поместиться напротив отеля Замета.

— В улице Ледигьер? у общего входа? Там, где множество лошадей, лакеев и людей всякого сорта в эту минуту? Там, где вас могут узнать? Нет, нет, нет, маркиза! Притом король выйдет не оттуда.

— Почему же?

— Потому что есть два других выхода. Во-первых, потайная дверь из отеля Замета; я сам встану там, для того чтобы эта дама не убежала оттуда и не соединилась с его величеством.

— А другой выход?

— Вы находитесь тут. Это дверь прекрасного нового дома, значения которого вы, может быть, не знаете.

— Нет, какой это дом?

— Ходят слухи, что его выстроил король, чтобы обеспечить тайну своих неверностей.

— Боже мой!

— В самом деле до сих пор никто не мог узнать, кто хозяин этого дворца, издержки и красота которого совершенно королевские.

— Я понимаю, соседство с Заметом предлог.

— Именно, и от Замета, каким-нибудь проходом можно пройти в новый дом, а выйти оттуда легко. Король выйдет оттуда. Но вы будете у дверей и, несмотря на маску, узнаете тех, кто будет выходить.

— Конечно.

— Теперь посоветуйте маркизе де Монсо беречь свое добро.

— Я не допущу короля подвергаться опасностям для сомнительной выгоды.

— Выгода ничтожна, — сказал незнакомец с каким-то бешенством, оскорбительным для женщины, о которой он намекал, — потому что король обманывает добрую и прекрасную любовницу для… но прощайте; караульте с вашей стороны, а я возвращаюсь к моему посту.

— Я должна вас поблагодарить.

— Не стоит, — отвечал незнакомец со злой иронией, — потому что я раздираю вам сердце, но и мое истерзано в куски. Однако, если вы ревнуете, вы можете насладиться вдоволь счастьем, которое состоит в том, чтобы застигнуть особу, которую любишь, на самом месте измены. Прощайте!

Говоря таким образом, этот странный человек убежал с проворством преследуемого оленя и исчез в изгибе улицы.

— Мужайтесь! — прошептала другая женщина, прижимая к сердцу трепещущую маркизу.

— Вся моя жизнь погибла, — отвечала та, — но я буду иметь мужество, Грациенна. Надо приблизиться.

— А если король нас увидит? Если он узнает, что вы за ним следите, он вам не простит! Какая огласка, не считая насмешек ваших врагов!

— У меня есть враги, это правда, притом не надо давать королю удовольствия видеть меня ревнивой… Это удовольствие, должно быть, для меня одной, — перебила бедная женщина с лихорадочным хохотом, — я должна видеть и быть невидима. Как быть?

— Позволите вы мне придумать средство?

— Да, Грациенна.

— Воротитесь домой, лягте, успокойтесь, и вы мне поверите, если я вам скажу, что я видела или не видела, как вышел король.

— Нет, Грациенна, я тебе не поверю, потому что я знаю твое сердце и знаю заранее ответ, который ты мне принесешь, боясь меня огорчить.

— Обещаю вам…

— Нет, говорю тебе, я увижу собственными глазами, и это смертельное счастье, как говорил этот человек, я выпью до последней капли!

— Тогда я придумаю что-нибудь другое. Вы не можете, едва выздоравливая, оставаться на холоде. Кто знает, сколько времени вы будете ждать!

— Я буду ждать, если нужно, до самой смерти.

— Какое слово! Позвольте мне выйти; я вижу свет в павильоне. Позвольте, говорю я вам. Я придумала средство.

Грациенна легко выпрыгнула из носилок и побежала к воротам, остававшимся открытыми, потому что сторож ждал возвращения кареты. Через несколько минут она подбежала к носилкам.