Кукловод - Сергей Шхиян

— Войдите, — сказал я и пошел встретить слугу.

Однако вместо слуги с напитком, в комнату вошла девушка в одной длинной рубахе и кокетливом чепчике с оборками и бантиками на голове. Я сначала обознался, решил, что это явилась Аннет спасться от ночных страхов, но гостьей была не горничная, а незнакомая девушка. У нее были неправильные черты лица и болезненный вид.

— Э-э-э, — протянул я, но так ничего и не сказал, тем более что она меня тотчас перебила.

— Простите за поздний визит, у вас только что был мой брат… Мне можно войти?

— Входите, княжна, — я вспомнил, что видел ее за обедом, она сидела подле хозяев в начале стола, — только мне сейчас принесут воду, как бы…

— Ничего, я всего на минутку, — ответила она.

Мне пришлось отстраниться и пропустить ее в комнату. Эти странные ночные визиты уже начинали слегка напрягать. Хорошенькое дело если юную хозяйскую дочь застанут в моей комнате. Объяснить, что она тут делает в одной ночной рубашке, будет нелегко.

Княжна, как только оказалась в комнате, сразу же села на стул и стала рассматривать обстановку, как будто никогда здесь раньше не была.

— Слушаю вас, барышня, — холодно сказал я, так и не дождавшись объяснений, что ее привело сюда в такое время.

Княжна, прервала осмотр комнаты и повернулась ко мне:

— Зачем к вам приходил князь Иван?

— Он был у меня, — начал я, но по ходу решил, не лезть в чужие дела и сказал то, что и должно было в такой ситуации. — Вам лучше об этом спросить у него самого.

— Он не станет со мной говорить, — сказала княжна, — он у нас такой нелюдимый!

— Тогда я ничем не смогу вам помочь, однако могу вас уверить, что это был простой светский разговор, никак до вас не касаемый, — велеречиво вполне в духе времени, объяснил я нежелание говорить на эту тему.

— Вы это, наверное, говорите? Он ничего обо мне не спрашивал? — с плохо скрываемой тревогой спросила она.

— Совершенно так, будьте в этом благонадежны, простите, я даже не имею честь знать вашего имени…

— Имени? Мне зовут Машей, как и маменьку, — сказала княжна. — Вернее будет сказать, так как я уже взрослая, Марьей Николаевной.

— Очень приятно было познакомиться, — шаркнул я по полу босой ногой и взял ее под руку. — А теперь, дорогая Марья Николаевна, вам лучше уйти к себе, если вы не хотите чтобы нас тут застали вдвоем!

— Да, да, я сейчас уйду. Так братец наверное ничего обо мне не говорил?

— Не говорил, — начиная раздражаться, повторил я, пытаясь вытеснить ее к порогу. — Покойной ночи!

— Ах, какой тут покой! — огорченно сказала княжна. — Если бы вы только знали!

Однако узнать что-либо я не успел, в дверь опять постучались.

— Какой ужас! — прошептала барышня. — Если меня здесь застанут, я погибла! Спрячьте меня, ради Бога! Я вас умоляю!

Что я в тот момент подумал, передать литературным языком невозможно, а наиболее эмоциональные эпитеты мне теперь стыдно повторять даже про себя.

— Лезь в шкаф! — забыв всякие приличия, зашипел я и в мгновение ока, засунул гостью в большое отделение шкафа, где было сложено мое оружие.

Прикрыв дверцу, я метнулся к дверям и слегка ее приоткрыл, придерживая ногой, и высунул в коридор руку:

— Давай сюда!

— Чего давать? — спросила Аннет.

— А, это ты, Анюта, тебе чего? — не слишком любезно ответил я.

— Может быть, вы, барин, меня впустите в комнату или так, и будем разговаривать через дверь? — сердито сказала она.

— Ко мне нельзя, — сдуру сказал я, забыв, что такое женское любопытство, потом добавил не слишком убедительный довод, — я не одет!

— Ничего, я на вас смотреть не стану, — ехидно сказала она. — Обещали меня ночью беречь, вот я и пришла!

— Знаешь что, Анюта, давай лучше я тебя поберегу как-нибудь в другой раз, сейчас мне принесут квас и нехорошо, если тебя здесь увидят.

— Ничего я не боюсь, мне скрывать нечего, я девушка честная!

— Конечно честная, кто бы в этом сомневался, только на чужой роток не накинешь платок, зачем тебе лишние разговоры!

— У тебя там уже кто-то есть? — легко перейдя, с холодного вы, на сердечное ты, подозрительно спросила она.

— С чего ты взяла! — чуть быстрее, чем следовало, ответил я. — Я же сказал, что не одет и мне должны принести…

— Слышала я про квас! Тогда я посижу возле двери, как же такого барина оставлять без присмотра. Коли вы так такой трус, и боитесь, что вас честная девушка без одежды увидит!

— Это твое дело, хочешь сидеть сиди, только смотри яичко не высиди! — разозлился я. — Говорю тебе, ко мне нельзя, значит нельзя. Я спать хочу! Принесут квас, можешь отослать его назад, я ложусь!

— Хорошо, — послушно ответила она. — Мне в колидоре не так боязно, как в девичьей.

Похоже, что в этом доме жили одни ненормальные. Я прекратил разговор, захлопнул дверь и запер ее на задвижку. На лбу от всего происходящего даже выступила испарина. Что теперь делать с княжной Марьей я не представлял даже приблизительно. Самовольная, импульсивная горничная увидев ее не преминет поднять шум, а после этого начнется такое! Главное было бы за что страдать!

Не успел лязгнуть засов, как тихо скрипнула дверца шкафа и оттуда вылезла сама виновница происшествия.

— Тише ты! — забыв даже думать о светском этикете, зашипел я. — Лезь назад в шкаф!

— Там нечем дышать, и пахнет горелым порохом, а меня от этого запаха тошнит! — обижено сказала она. — Я лучше на кровати полежу.

— Делай что хочешь, — обреченно сказал я, — но учти…

Что ей нужно учесть, я не придумал и вместо этого махнул рукой.

— А это кто приходил? — спросила девушка, забираясь на кровать.

— Анюта, она теперь сторожит возле дверей! Тебе это понятно?!

— Понятно, — спокойно ответила она. — А какая Анюта Пирогова или Савельева?

— Не знаю, та, что горничная, в которую твой братец влюблен!

— А, значит Пирогова. И что ей нужно?

— Видимо того же что и тебе! — окончательно отказавшись от церемоний, ответил я. — Ты можешь ответить, зачем явилась сюда среди ночи?

— Конечно, могу, я же вам говорила, хотела спросить о брате, — явно не поняв моего раздраженного тона, ответила девушка.

— Вот и Анюта тоже хотела что-то спросить, а я не пустил ее в комнату, — дал я задний ход, не понимая чего тут больше: невинной дурости или раскованности. — А теперь скажи, как ты отсюда выйдешь, если она всю ночь будет стоять под дверью?

Княжна подумала и тотчас все решила:

— А я никуда выходить не буду, посплю тут.