Скандал в Чайна-тауне - Стив Хокенсмит

– А нам‑то с какой стати переживать? – подал голос Старый. – Да пусть у начальства ЮТ хоть попоплексический удар случится, или как там его.

Это были первые слова, которые Густав произнес за последние десять минут кроме: «Да. Бренди. Отлично».

– Я и не говорю, что надо переживать. Просто будьте готовы, – ответила Диана. – Полковник Кроу лишился работы из-за этого дела, а он прослужил на Южно-Тихоокеанской железной дороге восемь лет. Вы проработали там всего три дня, и у вас, по-моему, нет друзей наверху. Чего вам точно не надо, так это высокопоставленных врагов.

– Ну так и что прикажете делать? – не унимался Густав. – Пустить книгу на растопку? Или переделать, чтобы все было как в баснях, которые сочинили в ЮТ?

– Я ничего такого не предлагаю, просто хотела предупредить…

– Предупредить, значит? – оборвал ее Старый. – Ну что ж, ладно. Считайте, предупредили. Только это ни черта не меняет. Нам плевать на «дружественные отношения» с ЮТ – как и со всеми остальными, кто втыкает нам нож в спину.

Мисс Корвус уставилась на Густава – так смотрят на любимую собачку, когда та, вместо того чтобы вилять хвостом, вдруг оскаливается и рычит.

Я ободряюще улыбнулся Диане – и пнул Старого по ноге под столом.

– Знаете, только что пришло в голову, – поторопился вставить я, поднимая стакан с бренди, – первый раз пьем вместе, а тоста никто не сказал.

Диана улыбнулась мне в ответ, пусть и довольно натянуто, и протянула стакан к центру стола.

Густав молча раздосадованно потер подбородок, но все же поднял и свой – хотя так медленно, будто стакан был отлит из чистого свинца.

– За дружественные отношения, – провозгласил я, возвращая брату его же Раздраженный взгляд № 1. «Не смей ничего портить», – говорил я ему этим взглядом.

– За дружественные отношения, – выдавил Густав.

– За дружественные отношения, – повторила Диана.

Мы чокнулись и пригубили бренди. Во всяком случае, Старый и Диана. Я же свою порцию одолел одним глотком.

Нужно было сменить тему, и как можно быстрее. К счастью, язык у меня болтает сам по себе, так что и не удержишь.

– Жаль, не знал, что сегодня будет такое чаепитие, – начал я. – Пригласил бы дока Чаня.

– Доктора Чаня… с «Тихоокеанского экспресса»? – удивленно переспросила Диана. – Вы его видели?

– А кто, по-вашему, продырявил мне шляпу? Бедный малый стал совсем дерганый, что твой мексиканский прыгающий боб.

И я начал рассказ о нашей случайной встрече с доктором Гэ Ву Чанем. Мне просто хотелось отвлечь внимание от своей неудачи с рукописью – так тычут в окно с возгласом: «Ого, глянь, какая красотка!», чтобы стащить у соседа с тарелки кусок хлеба. И мне это удалось. Даже лучше, чем я мог надеяться… или надеялся бы, знай я тогда, к чему мы в итоге придем.

– Бедный доктор Чань, – сказала Диана, когда я закончил. – Но все же ему повезло. В смысле, повезло столкнуться с вами.

– Пожалуй, – согласился я, честно говоря, без малейших оснований, поскольку не имел понятия, о чем она.

– Что бы там его ни беспокоило, – продолжала Диана, – мы с этим разберемся.

– Мы? – переспросил Старый.

Диана кивнула.

– Вы, я и ваш брат. Мы. Трое безработных сыщиков, чей друг попал в беду.

Густав, слегка наклонив голову, поднял на собеседницу настороженный взгляд.

– И по-вашему, мы должны поступить как настоящие друзья. Но каким же образом?

– Сперва выясним, почему доктор Чань опасается за свою жизнь, конечно. А потом… – Она пожала плечами и отпила еще немного бренди. – Что‑нибудь предпримем.

Брат перевел взгляд на меня:

– А некоторые считают, что это не наше дело.

Диана тоже повернулась ко мне:

– Ну, тогда я повторю этим некоторым слова покойного мистера Шерлока Холмса: «Стараться, чтобы свершилось правосудие, – долг каждого».

– Он говорил: «Долг каждого мужчины», – хмыкнул Старый.

– Значит, для вас это долг, – не растерялась Диана, – а для меня – свободный выбор.

– Тогда решено, – объявил я, надеясь таким образом поставить в обсуждении точку. Реши Диана прыгнуть в залив и плыть на спине во Фриско, я бы и то не стал упираться, если бы она позвала меня с собой. – Пусть свершится правосудие. – Я поднял стакан с остатками бренди над столом.

– Пусть свершится правосудие, – отозвалась Диана и придвинула свой стакан к моему.

Выдержав паузу в пару столетий – по крайней мере, мне так показалось, – поднял стакан и Густав. А еще он поднял глаза и наконец посмотрел на Диану прямо, не отворачиваясь и не краснея.

– За то, чтобы докопаться до правды, – провозгласил он.

И впихнул свой стакан между нашими, растолкав их в стороны.

Глава седьмая

Не место для леди, или Мы направляемся в Чайна-таун через ад

После еще одной порции бренди и долгого угрюмого молчания Густава Диана решила, что на сегодня хватит. Тем более что день подошел к концу: когда мы распрощались, уже смеркалось.

Но на сей раз прощались мы ненадолго: наутро нам предстояло встретиться на Паромном вокзале в Сан-Франциско, а оттуда направиться прямиком в Чайна-таун и влить свое предложение о помощи Чаню в глотку, словно касторку больному мальчишке, не желающему пить лекарство. Отказ мы принимать не собирались.

Выслушав этот план, Густав выразил свое согласие, угрюмо хмыкнув и вымученно кивнув. Поэтому, когда застучали копыта и кеб Дианы затрясся по Бродвею, я осведомился, не подозвать ли экипаж и брату.

– С какой стати? – буркнул Старый.

– Да вот беспокоюсь, дойдешь ли ты до отеля, – ответил я, – с такой‑то тростью в заднице.

– Лучше трость в заднице, чем голова.

– В каком смысле?

– А в таком: неужели ты не понимаешь, что тебя используют?

Я взглянул вслед удаляющемуся кебу Дианы и мечтательно вздохнул.

– Такая леди может использовать меня, когда и как ей только заблагорассудится.

Брат ответил столь грубой фразой, что я не дерзну доверить ее перу, а то как бы бумага не вспыхнула адским пламенем. Примерный смысл можно передать словами: «До чего же глупый ты человек».

– Эй, тогда объясни-ка мне вот что, – огрызнулся я. – Если Диана использует нас, то для чего? На хрена мы ей понадобились?

Старый пнул несуществующий камень на тротуаре.

– Не знаю. Но что‑то здесь не так. Сначала пыталась застращать нас ЮТ, теперь тянет в Чайна-таун, чтобы снова встретиться с Чанем. Смотрю на нее и… короче, не могу не вспомнить