Атаманова казна - Алексей Полилов

Колоритный был господин. Холеное лицо волевое, чисто выбрит, крепко сбит, невысокого роста, голова округлая – весь сгусток энергии. Отрицательной. Нечто демоническое присутствовало в облике. В глазах плескалось отчаяние и злость, губы нервно подергивались. Не любит проигрывать. Клинобородый тоже молчал, поглядывая на него чаще, чем на Туманова.

– Послушайте, господа хорошие. Кто кого из вас перемолчит мне выяснять недосуг, не за этим прибыл. Не получится беседы – я сделаю вот что: с каждым буду общаться tet à tet, в ванной комнате. Наберём полную чашу, вы в ней приятно расположитесь принимать моцион, отвечая на мои вопросы. Не пожелаете отвечать – начнёте медленно тонуть. Что вы бледнеете? Не согласны? Ну, значит ситуация для вас безвыходная. Посему хватит пустой болтовни. Я слушаю.

– Господин Туманов? – наконец спросил Ларь.

– Аз есмь. Чему обязан?

– Наши… кхм, скажем так, соратники в Самаре попросили найти вас и задать несколько вопросов.

– Кто попросил? Кого это – вас?

– Мы боевая ячейка эсеров, с нашими товарищами вы имели возможность познакомиться в Казани… – Ларь несколько смешался.

– Извольте быть точнее – это они имели возможность со мной познакомиться. Кто попросил?

– Для нас он товарищ Вольт, я не знаю его фамилии и имени, поверьте. У нас так принято.

– Он из Комуча?

– Нну…да, его служба тесно с ним связана.

– И чем же я смогу удовлетворить его любопытство?

– Я не уполномочен задавать вам вопросы, мне поручено разыскать вас, заде… простите, пригласить на беседу и сообщить в Самару.

– Допустим. Как вы меня искали?

– Вдоль оренбургского тракта, от Камы и дальше, по всему уезду, направлены боевые группы с вашим описанием. Объезжают все поселения, в местах возможного появления проводят опрос, результаты докладывают мне…В общем, вас узнали в двух деревнях, где вы покупали провиант.

Мда… Фатальная информация для всех собравшихся. Провиант-то он покупал в количествах потребных на отряд, а это уже есть ответ на многие не заданные вопросы. Ларь, видимо, это понял тоже. Быстро добавил:

– Это доложили не только мне, у нас принято дублировать все каналы и перепроверять информацию.

– Кому ещё доложили? – негромко спросил Туманов.

– В Самару, товарищу Вольту.

– Посредством чего докладывали? Есть связь?

– Нет, через городской телеграф.

– Сколько боевых групп заняты в розыске?

– Пять. Почти все наши с Казани переброшены сюда.

– Численность?

– По четыре человека в группе, усиленный вариант.

У Туманова нехорошо похолодело в груди… в полях он упокоил семерых, не делится на четыре никак.

– Вас тут трое, где ещё один? – спросил настороженно.

– Трое и есть. Мы координаторы, штаб так сказать…

Значит в поле мог быть наблюдатель, которого он не заметил. Очень плохо. Хуже некуда.

– Связь с группами?

– Они автономны, выходят на связь самостоятельно, по мере необходимости или получения информации.

– Хорошо. Покажите на схеме…– он привстал над столом, положил левую руку на плечо клинобородого, двигая ладонью правой бумажку со своим описанием, и не прерывая движения ударил ребром ладони в горло, ломая трахею, сидящего справа Ларина. Подхватил левой затылок клинобородого, тут же ударил в подбородок правой, сворачивая шею.

Сейчас нельзя было по другому, носители такой информации подлежали ликвидации. Тщательно устранил свои следы в квартире, запер дверь на ключ и вышел через чёрный ход. Давно стемнело и по ночной тишине, с северной стороны далеко, на пределе слышимости, скорее ощутил, чем услышал орудийную канонаду.

Следовало решить, что делать с консьержем. Оставлять как свидетеля визита его было опасно, но поразмыслив, пришёл к выводу, что эсеры и без него поймут, кто посетил Ларина и иже с ним. А вот возможному следствию его никто не сдаст, он им самим нужен. Поэтому пусть консьерж живёт себе, и без того вокруг золотого обоза покойники множатся, как мухи у навоза, а ведь ещё даже не середина пути. И сколько их прибавится – Бог весть… Он покачал головой, отгоняя мрачные мысли. Сейчас в первую очередь следовало раздобыть то, зачем он выбрался в Спасск: медикаменты и информацию. А потом заняться боевыми группами.

Переночевал на постоялом дворе, утром наведался в аптеку у трактира, заплатил за пакет с лекарствами, который наскоро собрал аптекарь услышав про тиф, отправил пакет с посыльным на постоялый двор и зашел в трактир.

Утренняя публика была немногочисленна, небольшое помещение было заполнено едва ли на треть. Туманов сел за столик в углу, с наилучшим обзором входа и зала, заказал чай с блинами, чем несколько обескуражил трактирщика, который поставил на стол ещё глиняный кувшин с квасом, и принялся читать оставленые кем-то на столе газеты. Ни о чём хорошем они не извещали. Вчера началось наступление красной армии на Казань. Судя по всему, она будет взята в ближайшее время, реванш большевиков неизбежен. Учитывая, что после Казани сдерживать наступающие войска будет негде, то скорее всего фронт переместится далеко на юг и восток. Хорошо, если перед Южным Уралом его удастся стабилизировать.

Бонусом было сообщение об объявлении большевиками Красного Террора, в ответ на убийство Урицкого и покушение на вождя большевиков Ульянова-Ленина. Совсем весело: всегда мечтал оказаться с сотней пудов золота в тылу у красных, одержимых террором и местью. А ведь Спасск не так далеко от Казани, и стоит на Оренбургском тракте, вдоль которого и пойдёт движение фронтов. Следовало убираться с этого района побыстрее. Вот еще с эсерами разобраться бы успеть…

Его размышления были прерваны появлением в дверях залы нового посетителя, который на входе в пол-оборота продолжал разговор с кем-то на улице. Внимание Туманова привлекла его дорожная одежда, весьма похожая на ту, в какую были одеты упокоенные им в поле боевики, и слегка потрёпанный вид. Было ещё нечто в фигуре этого посетителя, показавшееся Туманову знакомым. И когда человек повернулся в сторону зала, он сразу узнал его – это был один из трёх, изображавших в Казани уличное хулиганьё. Вот этого он тогда снёс двумя ногами в грудь, хорошо запомнив круглое лицо с усиками и курносый нос. Прикрывшись развернутой газетой Туманов поблагодарил судьбу за подарок и прикинул, как взять обретённого носителя информации живым и без лишнего шума. Решив не давать ему возможности освоиться в полумраке залы, отложил газету и… недооценил реакцию противника. Едва увидев Туманова тот среагировал мгновенно: выхватил револьвер и выстрелил ему в грудь.

До этого Туманову никогда ранее не удавалось входить в боевой транс так молниеносно, кроме того, никогда ранее он не уходил в статичном состоянии от выстрела почти в упор. Сейчас же всё сработало само собой. На последнем отрезке движения ствола револьвера, переводящим его в