На дальних берегах. Том первый - Sgtmadcat

Полковник перевел взгляд на Старпома, который спокойно курил, слушая эту исповедь. Старпом, в ответ, только пожал плечами.

— А я не знал. Как я уже сказал, я не вижу ничего мистического в окружающих нас знаках. Для меня это как дождь, ветер и облака на небе. Надо просто уметь их видеть.

— То есть вы хотите сказать, что это была та самая эзотерическая чепуха?

— Нет. На девяносто девять процентов, это были ваши воспоминания, которые позволили вам увидеть в случайном сочетании карт напоминание о сем трагическом событии.

— Но карты неспроста легли именно так!

— А вот это как раз и есть тот самый один процент, о котором я говорил. Случайности неслучайны.

— Знаю я эти трюки! Это какие-то ваши дикарские уловки! Весь ваш мир построен на лжи, хитрости и коварстве!

— Как и ваш.

— О нет! Увольте! Лонг стоит на рыцарственном долге, чести и верности!

— Разумеется… Я изучал историю, в том числе и вашу и охотно соглашусь, что долгу, чести и верности вы учились именно у рыцарства.

— На что вы намекаете!?

Старпом только неопределенно улыбнулся давая понять, что он сказал все, что хотел. Полковник перевел негодующий взгляд на доктора, который смущенно протирал пенсне.

— Вы что-то понимаете? Потому что я — нет!

— Мистер Румата, видимо, хочет сказать, что реальное рыцарство было, знаете-ли, не столь благородно как герои поэм и романов. На самом деле, они были преисполнены разных пороков. И, скорее, декларировали вами указанные вещи на словах, чем следовали им на деле.

— Чушь какая-то!

— Нет, знаете-ли, это исторические факты, которые подтверждаются старинными хрониками.

— И что!?

К облегчению доктора, который, как и все интеллигентные люди, не знал, что ответить на подобный вопрос, дверь курительной комнаты открылась и внутрь, поприветствовав присутствующих вошел Диверс. За ним ввалился краснорожий здоровяк в котелке и рукой на перевязи. Увидев его доктор, сделал вид, что ему важнее осмотреть конечность пациента, нежели вести философскую дискуссию с изрядно раздраженным полковником.

— Как ваша рука, сэр? Надеюсь уже меньше болит?

— Да… Проклятье! Кто мог подумать, что верховая езда — это так опасно.

— Он навернулся с лошади? — Райли, искавший на ком бы сорвать злость, насмешливо хмыкнул.

— Нет. Потянул, когда пытался остановить лошадь ухватившись за забор.

— С велосипедом это срабатывало… — здоровяк пожал плечами и, покрутив головой увидел Старпома, — О! Новые лица! Вы тот самый Доминец, о котором говорит весь город?

— Уже? — Старпом приподнял бровь, — Обычно, это начинается несколько позже.

— Фирсмоустер не богат на новости. Я приобрел клетчатый пиджак и об этом судачили неделю. Я, кстати, Питер Футлонг. Землевладелец и будущий угольный магнат. У вас на родине есть залежи коксующегося угля? Потому как геологи говорят, что на моей земле его должно быть полно!

Пользуясь тем, что Футлонг завладел вниманием Старпома, Диверс отвел Хампфри в сторону.

— Как они поладили с полковником? Он, обычно, не жалует иностранцев.

— Я не жалую самодовольных трюкачей, которые считают что они умнее меня! — сварливо буркнул слышавший это Райли.

— Какая муха вас укусила, Артур? Такое поведение слишком даже для вас.

— Разговор за столом зашел про колонии… — услужливо пояснил доктор, — Ну вы знаете, как это бывает? Сперва мистер Румата рассказывал о себе, потом Артур высказался… И вот уже всплыла тема колониальной политики.

— Подозреваю миссис Уотерс была недовольна?

— Да. Поэтому мистер Румата перевел разговор на тему эзотерики.

— Час от часу не легче. Теперь не выдержали уже вы?

— Нет. Я молчал пока мы не вышли сюда, после чего высказал свои сомнения в, знаете-ли, озвученных тезисах. Мистер Румата высказал одно остроумное предположение и, для иллюстрации, попросил у Артура его колоду.

— И устроил с ней всякие фокусы, — снова буркнул полковник.

— Какие?

— Заставил меня проболтаться про те события… Ну вы знаете… И утверждает, что это просто какие-то там случайности!

— То есть вы злитесь на него за то, что не смогли удержать язык за зубами?

— И вы туда же?!

— Я просто хочу, чтобы все было гладко! У нас не так много заказов, чтобы терять потенциального клиента. Даже доминца.

— А я хочу знать, как он это провернул!?

— Что «это»?

Полковник кивком указал на три карты, все еще лежавшие рядом с ним на столике. Диверс страдальчески закатил глаза.

— Только не говорите мне…

— Это вы мне не говорите, Джон! Как он мог знать? Коннол, принц Кэлдонский и этот их вездесущий шпион, за которым мы столько лет гонялись! Все один к одному!

— Это называется «ментализм», Артур. Искусство психологических опытов. У вас есть некое важное для вас событие, которое занимает ваш разум настолько, что вы склонны видеть намеки на него во всем, начиная от птиц в небе и заканчивая кофейной гущей. Я прямо сейчас могу указать минимум семь предметов в этой комнате, которые символизируют то же самое. Он просто дал повод, а дальше вы все додумали сами.

— Нет — он определенно что-то знает!

— Разумеется! Вы разгуливаете тут на протезе в мундире Кэлдонского полка и без военных наград. Где еще не воевавший полковник из лейб-гвардии мог потерять ногу?

— Кстати, да… — согласно поддакнул доктор, — Мистер Румата продемонстрировал впечатляющие дедуктивные навыки. Ему, знаете-ли, догадаться об этом было так же легко, как и опознать в вас заядлого игрока.

— Вот именно. И не вздумайте играть с ним в карты. Он буквально раздел весь первый класс.

— Во что? — при слове «карты» полковник оживился.

— В покер.

— Ха! Игра для скотогонов! Посмотрим, как он запоет, когда сядет играть против меня в бридж!

— Я вас предупредил.

* * *

Утром следующего дня Диверс заехал за Старпомом на двуколке. Вчера, сев в пару, они в чистую разгромили Райли с Футлонгом. И если Футлонг принял проигрыш легко, то полковник пришел в неистовство и требовал реванша. Сам Диверс прибывал в отменном настроении, так как выигрыш позволил ему отдать карточный долг, а кроме того, Старпом деликатно молчал, пока тот рассказывал о своей поездке в Залесье, где уже к второй сдаче появились ездовые медведи и толпы агентов ГБ в лаптях.

Верфь представляла из себя один единственный ангар, рядом с которым находилось три стапеля и несколько кирпичных административных зданий. Последние лет пять предприятие Диверсов выживало за счет ремонта и модернизации принадлежавших семье Бенглингтонов флота рыболовецких траулеров, что не приносило большого дохода и это было видно по плачевному состоянию производственных территорий, большая часть которых заросла кустарником. Выше по склону над верфью раскинулась усадьба «Диверс-хаус», судя по архитектуре, построенная века два назад.

— Сперва заедем в дом, — правивший