Путь инквизитора. Том первый, том второй. - Борис Вячеславович Конофальский

— Этот мерзавец не желает открыть ворота? — уточнил он.

— Этот офицер выполняет свой контракт, — ответил кавалер.

— Взять цитадель не представляется возможным, полагаю, что лучше нам вернуться в Ланн, — заявил капитан.

— Полагаю, что вам следует поучиться выполнять контракт у того, кого вы назвали мерзавцем, — едко заметил рыцарь.

— Что? — Пруфф поднял бровь.

— Вы просили двадцать два талера, кажется, — начал вспоминать Волков, — не получите ни крейцера.

— Я…

— Мы договаривались на две недели.

— Я и мои люди считают, что здесь слишком опасно. В городе нельзя оставаться.

— Вы и ваши люди знали, куда шли. И договор был о двух неделях.

— Мне нужно посовещаться с моими людьми, — буркнул Пруфф раздраженно и поехал к солдатам.

— Ни крейцера, Пруфф, ни крейцера! — крикнул ему вслед кавалер.

— Что будем делать, господин? — спросил Ёган, когда тот отъехал.

— Позови попов ко мне.

⠀⠀

Солдаты собрались вокруг Пруффа, и тот что-то им объяснял. А к Волкову подошли монахи, брат Семион и молодой Ипполит.

— Вам нужно уговорить остаться хотя бы часть солдат, — обратился к ним кавалер. — Говорите о том, что это дело богоугодное.

— Хорошо, — согласился брат Ипполит. — Буду говорить.

А вот брат Семион не сразу откликнулся, он немного подумал и потом заговорил:

— Их будет легче уговорить, если вы, господин, дадите им задание, чтобы они поверили, что вы идете с помыслом и знаете, что делать.

Этот монах не нравился Волкову с самой первой минуты знакомства, но сейчас он, кажется, говорил дело. Кавалер спросил у него:

— Что ты думаешь им предложить? Что за дело?

— Люди ваши все утро видят ужасы, адские видения. Вы крепки, господин, но не все подобны вам. Многие из ваших людей напуганы. Чтобы им успокоиться и понять, что и здесь можно сохранить живот свой, нужно найти для них место, дом, где они почувствуют себя в безопасности.

— Ты прав, а еще нужны бочки. Ротмистр из цитадели сказал, что воду из колодцев здесь пить нельзя.

— Ну что ж, тогда нас устроит винный дом некоего Коллети, мы мимо него проходили, — продолжил брат Семион. — Раз винный дом, значит, и место под бочки есть, да и сами бочки должны быть, а может, и вино имеется.

Монах опять оказался прав, кавалер вспомнил, что они совсем недавно проходили дом с вывеской торговца вином.

— И пойдем к людям вашим, господин, попробую донести до них всю богоугодность нашего подвига, — продолжил брат Семион и первый пошел в сторону солдат.

— Ишь ты, какой хваткий, — восхитился Ёган, и все двинулись за монахом.

И тут брат Семион был красноречив, но лаконичен. Подойдя к солдатам, он громко и четко, как с амвона, сказал:

— Добрые люди, пришли вы в этот ад ради подвига богоугодного, но не всем подвиг этот оказался по плечу, — солдаты и Пруфф его внимательно слушали, — тем, кто слаб и духом немощен, укора не будет и дорога назад открыта, с печалью в сердце отпускаем его. А тем, кто останется с нашим добрым господином, — монах дланью указал на Волкова, — пред вратами Господними будет что сказать о себе, — монах сделал паузу. — И еще: доля тех, кто уйдет, будет разделена на тех, кто останется.

Солдаты стали тихо переговариваться. Волков ждал их решения. А брат Семион ждать не стал и продолжил все так же четко и громко:

— Те, кто остается с господином нашим, проводите меня в наш новый дом, что когда-то был винным домом некоего Коллети. Требуется нам навести там порядок. Ибо станет он нашей святой крепостью в этом аду.

Солдаты немного еще посовещались, а потом к Волкову подъехал капитан Пруфф и сказал:

— Люди мои решили, что мы остаемся до окончания контракта.

Волков ничего не ответил. Он тронул коня и поехал вслед за монахом, который повел людей в их новый дом.

⠀⠀

Уехал ли владелец дома или остался, было не ясно. В подвале, на складе, торговых покоях и в покоях жилых нашли семь трупов. И взрослых, и детей. Кавалер велел вытащить все тела на улицу и сжечь, а места, где они лежали, мыть с уксусом. Вернее, он подтвердил решение брата Ипполита. Богатство торгового дома было огромным. В подвале насчитали двенадцать двадцативедерных бочек вина и две бочки роскошного, зеленого, благоухающего оливкового масла. Волков мысленно прикинул, что тут только масла талеров на сорок. Также было множество крепких пустых дубовых бочек. У стен во дворе высились под навесами штабеля дубовых плашек, из которых собирались бочки. В подвале также нашлись старые сыры и вяленые окорока, Волков ел такие на юге, назывались они прошутто, добрая пшеничная мука, сушеные фрукты. Вопрос о провианте не стоял. Но оставался вопрос о воде.

— Капитан, отправьте десять человек во главе с сержантом за водой, пусть возьмут две бочки, воду нужно набрать из реки, за городской стеной. Из канала и местных колодцев пить нельзя. Только пусть не попадаются на глаза стражникам фон Пиллена.

Капитан только успел кивнуть, как заговорил подошедший к ним брат Ипполит:

— Господа, нужно отрядить людей в подвал, крыс бить и заделать крысиные лазы. Многие доктора считают, что крысы разносят чуму.

— Отправьте пять человек в подвалы, — распорядился кавалер.

Капитан опять не успел ответить, монах продолжал:

— Все перины, тюфяки и подушки из спальных покоев нужно сжечь, клопы и блохи опасны. Кровати, лавки и столы мыть уксусом.

— Капитан, если мы хотим выйти из этого города живыми, делайте все, что он говорит.

— И еще скажите людям, чтоб не пили воду некипяченую. И обтирали руки уксусом перед едой. И носили рукавицы.

Тут капитан Пруфф спорить не собирался:

— Только скажите, что нужно, святой отец, мои люди все сделают.

Теперь, когда все солдаты были заняты, Волков и сам немного успокоился. Но только немного. Он не знал, что делать дальше. Как попасть в цитадель, как вывезти оттуда мощи? Пересидеть упрямого Брюнхвальда было невозможно, людей кавалер нанимал на две недели, и пять дней уже прошло.

Волков ходил по двору, глядел на работающих солдат и думал, думал и думал. Но ничего на ум не приходило. Он уставлялся на Ёгана и Сыча, что беззаботно сидели в телеге, жевали что-то и болтали. Вели они себя, словно были не в чумном городе, а на богатой охоте.

— Заняться нечем? — спросил кавалер. — Штандарт мой над воротами повесьте. И еду начинайте мне готовить.

— Так воды нету, господин, — заявил Ёган, вскакивая с телеги, — ждем, когда привезут.

— Соберите всю воду, что у солдат осталась, вскипятите ее. Монах велел пить только