Наследник из Калькутты - Роберт Штильмарк

— Святой отец, мое терпение не безгранично! Договаривайте, черт вас побери!

— Изабелла призналась мне, что она — невеста Реджинальда. Он сам просил меня... обвенчать их.

Джакомо Грелли чуть не задохнулся от бешенства.

— Сын мой, сын мой, ради бога! Ради бога, не теряйте власти над собою! Изабелла в безопасности, ибо можно не сомневаться в... джентльменском поведении мнимого Наля Рангора Маджарами по отношению к своей невесте.

— К своей невесте! Невесте Реджинальда Мюррея! Ну, хорошо же! Мы сыграем ему свадьбу, падре! Ступайте вперед, нас ожидают к столу...

...За ужином итальянский богослов сухо и коротко изложил цель своего приезда в Ченсфильд. Оказалось, что граф Паоло д'Эльяно все еще медлил с подписанием завещания. Плохое состояние здоровья побудило старика обратиться к милорду Ченсфильда с покорнейшей просьбой прислать письменное документальное свидетельство для венецианских душеприказчиков о гибели последнего прямого потомка графа, пирата Джакомо Грелли, при катастрофе шхуны «Черная стрела» в Индийском океане. С получением в Венеции этого документа миллионное графское наследие шло в руки церкви...

Через час после ужина в кабинет милорда был приглашен Томас Мортон. Вместе с патером Бенедиктом они составили документ, за которым прибыл доктор Буотти.

Владелец поместья пробежал глазам заготовленную бумагу и вопросительно взглянул на патера.

— Скажите, падре, почему же Буотти даже не попытался осуществить свое намерение — уговорить меня принять венецианское наследство взамен... Ченсфильда?

— О, это так очевидно, сын мой! Он понял, что посланец святой церкви, господин барон, уже опередил его! Он ясно увидел вашу благостную решимость не отступиться от Ченсфильдом и не идти против интересов могущественного тайного ордена! Смею вас заверить, сын мой, получи Буотти другой документ... он едва ли вернулся бы в Италию!

Милорд передернул плечами. Патер понизил голос и оглянулся на безучастного Мортона, который, окончив свой труд над составлением документа, дремал в кресле.

— Сын мой! Буотти уже отказался от попытки перехитрить орден. Вам остается лишь покончить с его бывшими сообщниками. Милорд, ведь этот приготовленный документ необходимо еще юридически засвидетельствовать и заверить... Прекрасный случай, чтобы пригласить сюда этого «юриста» Лео Ноэль-Абрагамса!..

— Пригласить сюда? Ах, так... Пригласить... и... исправить нашу старую пирейскую неудачу?

— Поистине так, сын мой! Ведь лондонский дилижанс с генералом проследует... через несколько часов.

— Хорошо! — отрывисто проговорил милорд. — Но как вызвать сюда Диего Луиса из Бультона, не возбуждая у него подозрений? Единственный из моих приближенных, кто ухитрился усыпить их подозрительность и войти к ним в доверие, это вы, падре: иначе Реджинальд Мюррей не прятался бы у вас в капелле!

— Это истинно так, сын мой. Поэтому поручите вашему смиренному слуге быстро и незаметно доставить сюда мнимого Лео Ноэль-Абрагамса.

— Ну что ж, отлично. Сначала заезжайте в таверну «Чрево кита» и пошлите сюда мистера Уильяма Линса.

— О, рука сего воителя не дрогнет! Это поистине наилучший выбор...

— Берите на конюшне пару любых коней — для себя и для этого Лео Ноэль-Абрагамса... Слушайте, падре, а Реджинальд Мюррей, спрятанный у вас в капелле... Он, полагаю, тоже... не покинет ее стен?

Владелец поместья криво усмехнулся.

— Вы, падре Бенедикт, были бы настоящим кладом для шайки покойного Бернардито, ибо обладаете тремя способностями сразу: творите грехи, отпускаете их и отправляете души грешников прямо в рай! Желаю успеха!.. В седле-то вы умеете держаться?

— Сын мой, во имя святой цели солдат ордена должен уметь все!