Гайдзин - Джеймс Клавелл

Вторник, 2 декабря

— Доброе утро, мистер Горнт. Позвольте представить вам мистера Макфея, главу японского отделения дома Струана. Прошу вас, располагайтесь, присаживайтесь… Джейми, вы тоже. Кофе, чай, шерри, шампанское?

— Ничего, благодарю вас, мистер Струан.

— Мистер Макфей — один из моих секундантов. Полагаю, детали должны оговариваться между секундантами. Да?

— Да, сэр. Я встретился с мистером Сывородиным, но ничего с ним не обсуждал, согласно пожеланиям мистера Грейфорта.

Оба молодых человека изучали друг друга. С первого мгновения оба испытали одно и то же странное ощущение: сильную симпатию друг к другу. Каждый думал: как это странно, когда некоторые люди нравятся тебе с первого взгляда, без какой-либо определенной причины, тогда как другие, наоборот, не нравятся, некоторые вызывают отвращение, многие просто остаются незамеченными. Впрочем, и в этом случае ни тот, ни другой не сомневались, что, как бы сильно ни разгорелась сначала их привязанность друг к другу, она ничего не изменит. Скоро — сегодня, завтра, даже через несколько минут — что-нибудь столь же быстро вернет их к нормальности, к привычной и удобной старинной вражде, которая связывает их фирмы и продлится века, и они отмахнутся от промелькнувшего между ними дружелюбия как от некоего непостижимого отклонения от нормы.

— Чем я… мы… можем быть вам полезны? — спросил Малкольм.

Улыбка Горнта была искренней; зубы у него были белые, как у Малкольма. Он был примерно такого же роста, но более легкого сложения, не так элегантно одет, волосы темные, в отличие от рыжевато-каштановых волос Струана, и глаза карие, а не голубые, как у шотландца.

— Господин Грейфорт хотел подтвердить день, оружие и так далее.

— Вам известно, что все это противозаконно, мистер Горнт, — сказал Джейми, — и что сэр Уильям официально запретил эту дуэль?

— Да, мистер Макфей.

Джейми неуютно пошевелился в кресле. Ему как никогда было противно, что он оказался замешанным в это дело, и ещё больше его беспокоило странное настроение, установившееся в комнате. Он никак не мог в нем разобраться. Вместо естественной вражды и ледяной холодности все было больше похоже на придворную церемонию, причудливо приятную и заранее предопределенную.

— Раз с этим все ясно, что у Норберта на уме?

— Сегодня вторник. Через неделю от сегодняшнего дня вас устроит?

— Я бы предпочел среду, десятое, — тут же ответил Малкольм. В предрассветные часы у него возник план. Сон бежал от него. Он сражался с драконом, который жил в маленькой бутылочке, и одержал победу, хотя борьба не прошла бесследно и утренняя доза исторгла у него глубокий вздох облегчения.

«Гарцующее Облако» прибудет в воскресенье и должно отправиться в обратный путь в среду вечером. Он тайно договорится с капитаном выйти в море сразу же, как только сумеет попасть на борт после дуэли. К тому времени он уже либо проведет Анжелику на корабль, либо организует все так, чтобы Джейми сопровождал её домой на следующем корабле, — это решение будет принято в последнюю минуту. Возможно, будет лучше всего, если Джейми приедет с Анжеликой. Он послушно выполнит одно из желаний матери, и это отчасти погасит её гнев в отношении Джейми и, будем надеяться, заставит её отменить приказ о его увольнении — он был в долгу перед Джейми и обязательно испробует все, чтобы защитить его. Если Анжелика окажется на борту, может быть, ему и удастся найти способ уговорить капитана Стронгбоу забыть о распоряжении его матери.

Вероятность невелика, подумал он, очень невелика, но с трусливым сердцем красавицы не завоюешь, а большего я сделать не могу. Йосс.

— Я бы предпочел среду.

— Полагаю, возражений не будет, сэр. Что же до места, мы предлагаем на рассвете на Ничейной Земле между деревней и Пьяным Городом. Не на ипподроме, поскольку там слишком людно: первые всадники и так далее.

Малкольм рассмеялся, сам не зная почему.

— Хороший выбор, — сказал он, прежде чем Джейми успел открыть рот. Гораздо удобнее для меня, там спокойнее, ближе к морю, гораздо проще проскользнуть на клипер с причала Пьяного Города, чем с нашего. — Мне очевидно, что вы уже много знаете о Иокогаме, а ведь вы здесь всего один день.