Ручей Повешенной Женщины - Луис Ламур

Вскоре из хижины вышла Энн. Она подошла ко мне, остановилась.

— Я знала, что вы придете, мистер Пайк. Я знала…

— Мое имя Барнабас. Но все зовут меня Пронто.

— Я буду звать тебя Барни. — Она немного помолчала. — Я говорила Фило, что ты обязательно придешь.

— Нужно доставить его в Майлс-Сити, — сказал я. — Мы можем смастерить сани. Чтобы его не слишком трясло.

Мы еще несколько минут поговорили, а потом Энн ушла обратно к Фило. Я же отошел на несколько шагов и остановился под деревьями, откуда мог наблюдать за всеми подступами к хижине как сверху, так и снизу по каньону. Стоя на своем посту, я пытался все как следует продумать.

Во-первых, рассуждал я, существует некий отряд виджилантов. Очень может быть, что он состоит исключительно из людей Белена. Они начнут преследовать Фарлеев, а заодно и меня.

Но есть еще банда, которая перебила людей Гетти. Я почему-то был уверен, что в этом случае орудовали чужаки…

И наконец, нельзя забывать о всаднике, обувавшем своего коня в мокасины. Этот хладнокровный убийца, скорее всего, действовал сам по себе.

Все они — наши враги, все они представляли для нас смертельную опасность. Учитывая подобные обстоятельства, я решил, что наша единственная надежда — добраться до Майлс-Сити или до какого-нибудь другого крупного поселения. Там мы хотя бы сможем привлечь к себе общественное внимание. Пока мы вдали от людей, нас можно убить, зарыть под кустом, — и все о нас забудут.

В городе же, среди народа, попытка убить нас чревата непомерно большим риском. По крайней мере, покушение на Фарлеев — огромный риск.

Но Майлс-Сити лежит на много миль к северо-востоку отсюда, и каждая миля таит в себе угрозу. Нам предстоит долгое и трудное путешествие. Конечно, мы не сможем передвигаться со скоростью обычного всадника, но если смастерить сани, то как-нибудь доберемся.

Из хижины вышел Эдди.

— Он тяжело ранен, Пронто. Очень тяжело.

— Он выдержит двух— и даже трехдневное путешествие в Майлс-Сити?

Эдди пожал плечами.

— Кто знает… Возможно, не выдержит. Хотя, с другой стороны, он крепкий парень…

Он помолчал, потом достал две сигары.

— Мне дал их мистер Фарлей… Возьми одну. — Закурив, Эдди спросил: — А быстрей мы не управимся?

Я покачал головой, а он поинтересовался:

— Кто такая Лотти?

— Лотти?

— Он упоминал ее. В смысле, когда бредил…

— Полагаю, какая-то его знакомая в Ирландии. В здешних краях я не знаю никакой Лотти.

Эдди остался стоять на часах, а я тем временем отправился в хижину, чтобы выпить кофе и согреться. Я решил, что заодно неплохо взять оставленную там винтовку. Хотя на поясе у меня болтался кольт, но я предпочитал винчестер.

Налив чашку кофе, Энн протянула мне ее вместе с сандвичем — краюхой хлеба и куском горячего мяса.

— Чем ты собираешься заняться, когда все это закончится? — спросила она.

— Заведу себе ферму.

Ответ сорвался с моих губ так быстро, что я сам себе удивился. Однако, немного подумав, понял, что действительно: именно так я и собираюсь поступить. Найду подходящий участок земли неподалеку от воды и заведу собственное хозяйство. А потом, если кому захочется приставать ко мне по этому поводу, пусть только попробуют. Не на того напали…

— Да, хочу обзавестись собственным ранчо, — продолжал я, — небольшим ранчо со стадом коров и табуном добрых лошадок.

Едва вымолвив эти слова, я сообразил, что мысль о ранчо угнездилась во мне уже давным-давно. Я даже знал место, где выстрою ранчо, хотя видел его всего раз в жизни, да и то мельком. Оно располагалось среди холмов за Биг-Хорном, у истока речки Вигвамова Трава. Край суровый и неприветливый, зато там есть вода, что, по-моему, главное.

Мы с Энн немного поболтали о моем будущем хозяйстве. Я был просто изумлен! Сколько же всего она знала о скотоводстве и жизни на ранчо. Конечно, пояснила она, Фило много писал ей о своих заботах, о планах, и вообще обо всем, что происходит вокруг. Но Энн знала гораздо больше, чем можно было почерпнуть из писем. Она сказала, что специально расспрашивала англичан, вкладывавших деньги в скотоводство в Монтане и Дакоте. А кроме того, она немало вычитала из газет.

— В «Двухнедельном обозрении» было несколько очень толковых статей, — сказала она. — Их написали люди, которые сами побывали здесь. Меня так интересовало то, чем занимается Фило, что я старалась как можно больше узнать о скотоводстве.

— Да, тебе пришлось изрядно потрудиться, — заметил я, немного удивленный тем, что, оказывается, из журналов можно так много узнать о скотине и о пастбищах.

Позже, когда я вышел из хижины, чтобы сменить Эдди и проведать лошадей, я хорошенько обдумал слова Энн. Уж если девушка сумела выучиться фермерству по книжкам, то мне и подавно найдется, чему поучиться таким способом. Ну, например: раз я собираюсь обзавестись собственным хозяйством, мне наверняка придется самому и с жестью работать, и за кузнеца управляться. Вот и стоило бы хоть немного почитать про это дело.

— Ничего не видать, — сообщил Эдди. — Но знаешь, парень, мне все это очень не нравится. Думаю, нужно поскорее убираться отсюда.

— Сегодня же ночью?

Эдди замялся. Потом сказал:

— Лучше все же подождать до рассвета. Фило пока отдыхает. По крайней мере, когда я уходил из хижины, он дремал.

— Сейчас тоже.

— Пусть отдохнет, пока есть возможность. Слушай, а почему бы нам не смастерить сани? Я прихватил с собой топор, а в хижине найдется и тесло.

— А ты умеешь управляться с топором?

— Ну, я-то по этой части мастак, — заявил Эдди. — К тому же я же видел, как ты рубишь дрова. Вот ты и помашешь топором.

— Ну да, я вырос с топором в руках, — кивнул я. — Ладно, сани так сани. Возьму топор и пойду поищу, из чего соорудить полозья.

Вооружившись топором и ружьем, я направился вверх по склону холма к рощице молодых стройных сосенок и, выбрав два гибких деревца, срубил их. Потом перетащил к хижине. Там мы с Эдди очистили деревца от коры и теслом обстругали каждое бревнышко с одной стороны, чтобы полозья лучше скользили.

Эдди оказался неплохим мастером. Он доказал, что кое-что смыслит в такого рода делах. Да он и вообще был парень с руками. А что до меня, так ведь я уже говорил, что хорош только на ту работу, которую можно выполнять, не слезая с седла. В остальном же я никуда не гожусь.

И все же, в который уже раз подумалось мне, если я решил заделаться фермером, мне придется браться за всякую работу — самому строить дом, даже немного пахать, чтобы развести огород. Но в первую очередь мне потребуется скот и несколько лошадок.