Королева Карибов - Эмилио Сальгари

— Да, это верно, — сказал Корсар. — Вы составили план?

— Главное — захватить город врасплох. Мы высадимся в нескольких милях от него и пойдем вдоль берега через лес.

— Я встречу вас в городе.

— Каким образом, кабальеро? — удивился де Граммон.

— Я буду там раньше вас, и мы встретимся уже в городе.

— Но вас схватят…

— Наоборот, это я схвачу там кое-кого.

— Герцога?

— Да, месье де Граммон. «Молниеносный» высадит меня на берегу, а потом присоединится к вам, чтобы помочь в случае нападения со стороны мексиканской эскадры. За меня не беспокойтесь: мы вовремя окажемся в Веракрусе.

— Вы отправитесь не один? — спросили флибустьеры.

— Возьму только нескольких самых верных и испытанной храбрости своих людей.

— Пойдете с этими сорвиголовами! — сказал Ван Горн. — Я знаю, чего стоят Моко, Кармо и Ван Штиллер.

— Да, с ними, — улыбаясь, ответил Корсар.

— Откажитесь от этого предприятия, — предостерег де Граммон. — Оно выглядит безумием. Герцог все равно попадет в наши руки и, слово дворянина, я велю повесить его на грот-мачте моего корабля

— Это невозможно, месье де Граммон, — решительно ответил Корсар. — Этот человек хитер, как дьявол, и способен ускользнуть, как было в Маракайбо и Гибралтаре. На этот раз я не хочу дать ему такой шанс.

— Но берегитесь…

— Не теряйте понапрасну время, месье де Граммон. Я решился, и меня не остановит никакой совет.

— Где мы встретимся с вашим судном? — спросил Ван Горн.

— Оно будет крейсировать в заливе Кампече. А вы когда отправитесь? Постарайтесь пораньше — я боюсь, что моя авантюра в Пуэрто-Лимоне уже всем известна.

— Мы снимемся с якоря через неделю, — сказал Граммон.

— Желаю вам удачи!

— И мы вам ее желаем, кабальеро! — воскликнул Ван Горн. — Бог да сохранит вас от недобрых встреч.

— Спасибо, друзья, мы увидимся в Веракрусе.

Выпив еще по стакану, три флибустьера покинули капитанскую каюту и направились к парадному трапу. Пожав на прощание руку Корсару, они спустились в шлюпку и тут же отчалили.

Почти в то же время «Молниеносный» поставил все паруса и направился на север, чтобы обогнуть мыс Катоке, крайнюю оконечность Юкатана.

Корсар стоял, спершись о борт, и глядел вслед шлюпке, приближавшейся к «Мариньяне». Он казался таким задумчивым и озабоченным, что не заметил, как Яра подошла и встала рядом с ним.

— О чем думает мой сеньор? — робко спросила молодая индианка.

Заслышав ее голос, Корсар вздрогнул, словно разбуженный и, указывая ей на шлюпку, сказал:

— Вот мстители за твоего отца.

— Они тоже пойдут на Веракрус, сеньор?

— Да, Яра, и эти люди способны уничтожить всех испанцев в Веракрусе, как герцог и его подручные уничтожили твое племя. Взгляни туда, на этот пролив, который вдается в сушу: видишь там паруса и верхушки мачт?

— Вижу, кабальеро.

— Это эскадра флибустьеров Тортуги. Скоро ты увидишь ее в деле, и тогда пусть трепещут эти палачи.

Бледное лицо Корсара выражало такой гнев, что Яра была почти напугана этим.

— Прежде я не думал об этом, обо всех жестокостях, совершенных испанскими конкистадорами против индейских племен, — мрачно сказал он. — Но теперь, когда ты рассказала свою историю, меня переполняет страстное желание отомстить за это, уничтожить построенные на захваченной земле города и рассеять их обитателей.

— Что вы собираетесь делать, когда отомстите за своих братьев? — спросил подошедший к ним Морган.

— Не знаю, — ответил Корсар. И добавил, немного помолчав: — У меня останется еще одна задача, не решив которой, я не покину воды Великого Залива… Никто не убедил меня, что Онората в самом деле мертва.

— Даже если фламандка жива, что с того, — сказал Морган. — Ведь между вами и ней будет труп ее отца.

— И ваших братьев, — добавила Яра, отворачиваясь, чтобы скрыть свои слезы.

Корсар обернулся и с состраданием посмотрел на молодую индианку.

— Ты плачешь, Яра, — сказал он мягко. — Тебе неприятно, что я говорю о ней.

— Да, сеньор, — ответила девушка едва слышно. Корсар наклонился к ней и грустно сказал:

— Черного Корсара нельзя любить, девушка. Я приношу несчастье женщинам, которые приближаются ко мне. Ты это видела!

Он выпрямился и медленно отошел, сжав руки на груди и склонив низко голову.

Переход через Юкатанский залив совершился благополучно, и на следующий день «Молниеносный» уже плыл вдоль северных берегов полуострова, направляясь к месту высадки.

Корсар и Морган уже было решили, что смогут незамеченными достичь мексиканских берегов, когда на четвертый день после перехода через пролив вблизи широкой лагуны Термине они заметили парус.

— Это, вероятно, судно, идущее с Кубы, — сказал Морган капитану.

— А может, судно, которому поручено шпионить за мной, — ответил тот, становясь задумчивым.

— Почему вы так решили, капитан?

— Два дня тому назад, на закате, я заметил похожий парус, который следовал точно по нашему курсу.

— Неужели о нас уже оповестили?

— Испанцы все время держатся начеку, опасаясь набегов с Тортуги.

— Это правда, кабальеро. У них много быстроходных судов, которые наблюдают за побережьем и оповещают приморские города об опасности.

— Хотите, испытаем, в самом ли деле этот корабль следит за нами?

— Изменим курс?

— Поднимемся к северу, сделав вид, будто выходим в открытое море.

— Попробуем, капитан. Если этот корабль дознается, кто мы, наших друзей будет ждать в Веракрусе утроенный гарнизон.

— Когда стемнеет, мы вновь изменим курс, Морган. А тем временем будем наблюдать за передвижениями этого судна и, возможно, узнаем, с кем имеем дело.

Они покинули квартердек и взобрались на марсы грот-мачты, чтобы лучше осмотреть горизонт. Корсар внимательно наблюдал за замеченным парусом в подзорную трубу.

— Морган, — сказал он через несколько мгновений. — Хоть мы и очень далеко от этого шпиона, но я уверен, что не ошибаюсь.

— Что вы хотите сказать, капитан?

— Что корабль, который следует за нами, способен доставить нам много неприятностей.

— Значит, это крупный корабль?

— Вероятно, фрегат.

— Капитан, у меня возникло одно подозрение.

— Какое же?

— Что это один из двух фрегатов, которые пытались нас заблокировать в бухте Пуэрто-Лимона.