Экономика апартеида. Опыт ЮАР в борьбе с санкциями - Дмитрий Анатольевич Жуков

Глава одиннадцатая

Южноафриканский Апокалипсис

Зададимся вопросом, see ли высшие руководители государства понимали, к чему приведут их реформы? Осознавали ли они, что итогом «демонтажа апартеида» может быть геноцид африканерской нации? Представляется, что последние белые президенты ЮАР – Питер Бота и Фредерик де Клерк – уже задолго до катастрофических событий конца 1980‐х – начала 1990-х гг. перестали считать Южную Африку своим Отечеством, Показательно, что как один, так и второй предпочли эмигрировать в Швейцарию. Другие лидеры пребывали в мире иллюзий. Профессор Стеленбошского университета С. Тербланш заметил: «Белые жили как в раю и думали, что после урегулирования все останется как было, а черные думали, что после перехода власти каждый из них получит «мерседес».

Кратко рассмотрим ход южноафриканского апокалипсиса.

К концу 1988 года ситуация на юге континента существенно изменилась. Практически все законы апартеида были упразднены или не действовали, за исключением лишь актов о борьбе с терроризмом и коммунизмом. Впрочем, за левацкие убеждения уже давно никого не сажали. Конечно, Бота продолжал повторять банальные истины о том, что против ЮАР «действуют разрушительные силы, направляемые из Москвы». Однако уже летом 1987 года была проведена встреча руководства АНК с представителями правительства.

В начале 1989 года у Боты приключился инсульт. На заседании парламентской фракции Национальной партии ее лидером был избран Ф, де Клерк, В июле 1989 года президент встретился с Нельсоном Манделой, который оставался формальным лидером АНК, находясь заключении (задолго до этого он был переведен в комфортабельный коттедж, где жил вполне припеваючи и ни в чем себе не отказывал). В качестве условий для полного освобождения Манделы из «тюрьмы» были названы: отказ от насилия и разрыв отношений с коммунистической партией. Разумеется, «узник совести» наотрез отказался от этих вполне разумных требований. Более того, он предъявил своеобразный ультиматум, призвав правительство снять запрет на деятельность АНК и других расистских и коммунистических группировок, освободить террористов, отменить чрезвычайное положение. Поразительная наглость, учитывая то, что бандиты из «Копья нации» продолжали ежедневно истреблять десятки белых мирных жителей.

2 августа 1989 года началась очередная лицемерная «акция неповиновении». Сотни негров в различных районах страны явились в медицинские учреждения и потребовали «оказать им помощь». Экономические круги со своей стороны усилили натиск на правительство, говоря о необходимости «решительной перемены курса». Крах стал необратимым.

20 сентября 1989 года де Клерк стал президентом. Ему оставалось лишь послушно выполнить все условия, продиктованные черными расистами и «мировым сообществом». На открытии сессии парламента в феврале 1990 года он объявил о снятии запрета на деятельность АНК, Панафриканского конгресса и коммунистической партии и о полном освобождении Манделы.

«Террорист № 1» (кстати, в этот момент Советский Союз присвоил ему Ленинскую премию мира) прибыл в Кейптаун и выступил на митинге черных радикалов. Он заявил: «Факторы, которые сделали необходимой вооруженную борьбу, все еще существуют сегодня, у нас нет другого выхода, кроме как продолжать борьбу». Как говориться, горбатого могила исправит! Единственным фактором, который продолжал «мозолить глаза» расистам из АНК – было белое население, которое предстояло либо физически уничтожить, либо превратить в изгоев.

Чем больше правительство шло на уступки, тем агрессивнее становились террористы. Когда ряд белых политиков предложили новую государственную модель, согласно которой каждая расовая группа должна иметь равный вес в законодательном органе, с тем чтобы ни одна из них не могла господствовать, черные расисты вновь призвали к «решительной борьбе».

2 мая состоялась встреча лидеров АНК и коммунистической партии с правительством, на которой была фактически подписана капитуляция. Террористы выпускались из тюрем, и могли свободно вернуться в ЮАР из-за рубежа. Больше того, «борцам против апартеида» предоставлялся иммунитет от судебных преследований! К 30 апреля 1991 года было освобождено 933 «политических заключенных», однако 364 террористам было отказано в этом из-за серьезности совершенных ими преступлений. В ЮАР вернулось около 6000 эмигрантов (отказано было лишь 100 экстремистам).

Нельзя сказать, что белые патриоты не пытались противодействовать произволу властей. Но теперь подавляли уже их. Митинги африканеров жестоко разгонялись полицией и негритянскими экстремистами, белых совершенно безнаказанно убивали в открытую, средь бела дня (еще бы – ведь это была «борьба против апартеида»).

Консервативная партия справедливо обвинила правительство в нарушении предвыборных обещаний не вести переговоров с АНК, пока тот не откажется от насилия. Даже бывший президент П. Бота вышел из Национальной партии в знак протеста против того, что в переговорах принял участие лидер коммунистов Джо Слово.

Но почему белые долгое время практически не шли на адекватные черному террору действия? Любопытную точку зрения высказал один из лидеров Демократической партии В. Малан: «Консерваторы фактически смирились с тем, что дело идет к созданию правительства большинства. Их особенностью (включая таких правых деятелей, как Ю. Тербланш) является то, что они воспитаны в уважении к закону, поэтому они вряд ли будут выходить в своем сопротивлении переменам за рамки законов. В Национальной партии многие надеялись, что им удастся сохранить за собой контроль, то есть, разделяя власть, фактически оставить ее за собой. В этой партии произошли фундаментальные перемены. Она защищает уже не африканерские привилегии, а белое богатство, капиталистические интересы, ту «курицу», которая, как они любят говорить, «несет золотые яйца».

Однако даже в этих условиях во властных структурах находились те, кто брал на себя ответственность хотя бы притормозить наступление хаоса. Во второй половине июля 1990 года полиция произвела серию арестов. Среди арестованных оказался, в частности, член исполкома АНК С. Махарадж. Было объявлено о раскрытии коммунистического заговора с целью свержения правительства. С учетом сложившейся в стране обстановки, подобное заявление вряд ли можно рассматривать как надуманное. Впрочем вскоре заговорщики вновь оказались на свободе.

Остановить гибельный процесс было уже невозможно. Мандела добился того, чтобы в конце года члены АНК и «Копья нации» окончательно получили статус неподсудности. Хотя эти организации и отказались формально от вооруженной «борьбы», это не означало, что террор прекратился. Ведь помимо АНК в ЮАР действовал целый ряд еще более экстремистских групп. Некоторые из них вели борьбу против АНК.

К примеру, против Манделы выступало движение «Инката», возглавлявшееся президентом Квазулу (бывший бантустан, получивший статус независимого государства) вождем Мангосуту Бутелези. Поскольку в армейских кругах ЮАР организация Бутелези рассматривалась как неплохой противовес АНК (кроме того, она не носила открыто расистского характера и почти не нападала на белых), «Инката» финансировалась из бюджета министерства обороны, а члены ее боевого крыла обучались инструкторами