Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Часть 4 - Александр Дюма

Портос поднялся на цыпочки и увидел г-на Фуке в парадном костюме; министр вел к королю Арамиса.

– Арамис! – воскликнул Портос.

– Господин Фуке представляет его королю.

– Ах! – вырвалось у Портоса.

– За укрепления Бель-Иля, – продолжал д’Артаньян.

– А я?

– Вы? Вы, как я уже имел честь сказать вам, вы – добряк Портос, святая простота; поэтому вас просят посторожить немного Сен-Манде.

– Ах! – снова вырвалось у Портоса.

– Но, к счастью, я здесь, – успокоил его д’Артаньян, – и сейчас наступит моя очередь.

В этот момент Фуке обратился к королю со следующими словами:

– Государь, прошу милости у вашего величества. Господин д’Эрбле не честолюбив, но он знает, что может быть полезным. Вашему величеству нужно иметь агента в Риме, человека могущественного; мы можем получить кардинальскую шапку для господина д’Эрбле.

Король ничего не говорил.

– Я редко докучаю просьбами вашему величеству, – сказал Фуке.

– Нужно подумать, – отвечал король, всегда выражавший так свои колебания.

На эти слова нечего было ответить.

Фуке и Арамис переглянулись.

Король продолжал:

– Господин д’Эрбле может также послужить нам во Франции, например, в качестве архиепископа.

– Государь, – возразил Фуке со свойственной ему галантностью, – ваше величество осыпает милостями господина д’Эрбле; архиепископство может служить дополнением к кардинальской шапке благодаря щедротам короля: одно не исключает другого.

Находчивость Фуке понравилась королю, он улыбнулся.

– Сам д’Артаньян не ответил бы лучше, – кивнул он.

Не успел король произнести это имя, как перед ним вырос д’Артаньян.

– Ваше величество зовет меня? – спросил он.

Арамис и Фуке отступили назад.

– Позвольте, государь, – начал д’Артаньян, выводя Портоса, – позвольте мне представить вашему величеству господина барона дю Валлона, одного из храбрейших дворян Франции.

Увидя Портоса, Арамис побледнел; Фуке сжал кулаки под кружевными манжетами.

– Портос здесь! – шепнул Фуке Арамису.

– Тсс! Измена! – отвечал тот.

– Государь, – продолжал д’Артаньян, – еще шесть лет тому назад мне следовало бы представить господина дю Валлона вашему величеству. Но некоторые люди подобны звездам: они не движутся без спутников. Плеяда не может разъединиться. Вот почему, представляя вам господина дю Валлона, я выбрал ту минуту, когда ваше величество можете видеть рядом с ним господина д’Эрбле.

Арамис едва сдерживался. Он гордо посмотрел на д’Артаньяна, принимая брошенный ему вызов.

– Вот как! Они друзья? – удивился король.

– Самые близкие, государь, и один отвечает за другого. Спросите у епископа ваннского, кем был укреплен Бель-Иль.

Фуке попятился еще дальше.

– Бель-Иль, – холодно подтвердил Арамис, – был укреплен бароном.

И он указал на Портоса, который вторично поклонился.

Людовик смотрел и глазам не верил.

– Да, – сказал д’Артаньян, – а теперь благоволите спросить у господина барона, кто помогал ему в его работах.

– Арамис, – откровенно заявил Портос и указал на епископа.

«Что все это значит, – подумал епископ, – и какая развязка будет у этой комедии?»

– Как! – воскликнул король. – Господин кардинал… я хотел сказать – епископ… называется Арамисом?

– Военное прозвище, – объяснил д’Артаньян.

– Дружеское, – поправил Арамис.

– Зачем скромничать? – вскричал д’Артаньян. – Под одеждой священника, государь, скрывается самый блестящий офицер, самый бесстрашный дворянин, самый ученый богослов вашего королевства.

Людовик поднял голову.

– И инженер! – добавил он, любуясь замечательным лицом Арамиса.

– Инженер по случаю, государь, – поклонился Арамис.

– Мой товарищ мушкетер, государь, – горячо сказал д’Артаньян, – советы которого сотни раз помогали министрам вашего отца… Словом, господин д’Эрбле вместе с господином дю Валлоном, мной и известным вашему величеству графом де Ла Фер… составляли квартет, о котором было много разговоров при покойном короле и во время несовершеннолетия вашего величества.

– И он укрепил Бель-Иль! – многозначительно повторил король.

Арамис выступил вперед.

– Чтобы послужить сыну, как я служил отцу, – закончил он.

Д’Артаньян не спускал с Арамиса глаз, когда тот произносил эти слова. Он уловил в них столько истинного почтения, столько горячей преданности, столько искренности, что он, д’Артаньян, вечный скептик, он, непогрешимый д’Артаньян, поверил.

«Таким тоном не лгут», – подумал он.

Людовик был тронут.

– В таком случае, – обратился он к Фуке, с тревогой ожидавшему конца этой сцены, – кардинальская шапка вам обеспечена. Даю вам слово, господин д’Эрбле, что, как только откроется вакансия, вы станете кардиналом. Поблагодарите господина Фуке.

Слова эти были услышаны Кольбером и больно ранили его сердце. Он поспешно вышел из зала.

– Теперь ваша очередь, господин дю Валлон, – повернулся к нему король, – просите… Я люблю награждать слуг моего отца.

– Государь… – начал Портос.

Продолжать он был не в состоянии.

– Государь! – воскликнул д’Артаньян. – Этот достойный дворянин подавлен величием вашей особы, несмотря на то что мужественно выносил огонь орудий тысячи неприятелей. Но я знаю, о чем он думает, и так как я больше привык смотреть на солнце, то я открою вам его мысли: ему ничего не нужно, он ничего не желает, кроме счастья созерцать ваше величество в течение четверти часа.

– Вы сегодня ужинаете со мной, – произнес король, с милостивой улыбкой поклонившись Портосу.

Портос побагровел от радости и гордости.

Король отпустил его, и д’Артаньян, поцеловав друга, отвел его в сторону.

– За столом садитесь возле меня, – шепнул ему на ухо Портос.

– Хорошо, мой друг.

– Арамис на меня дуется, не правда ли?

– Никогда в жизни Арамис не любил вас больше, чем сейчас. Подумайте только: я выхлопотал для него кардинальскую шапку!

– Это правда, – заметил Портос. – Кстати: король любит, когда за его столом много едят?

– Это ему льстит, – сказал д’Артаньян. – У него королевский аппетит.

– Я восхищен, – обрадовался Портос.