Финал в Турине - Алексей Вячеславович Зубков

— Проверил?

— Проверил. Замочили там с десяток рыл, только главный ушел.

— У вас всегда так. И позавчера, говорят, с десяток рыл на мостовой осталось, а главные тоже ушли.

— Ты-то не уйдешь, надеюсь?

— Нет, я-то не уйду. И ты не уйдешь. У тебя секундант есть?

— Есть.

— Сейчас попрошу себе в секунданты какого-нибудь приличного человека и начнем.

Фредерик был готов к этому поединку. Кармина сказала, что Пичокки мастер меча. Чтож, надо отнестись к возможной встрече с ним серьезно. Под накидкой уже кольчуга, и ее вроде бы не видно. На левую руку Фредерик перед тем, как выйти за ограду, надел латную перчатку Маккинли с ладонью из крепкой кожи и держал руку низко, чтобы и перчатка не привлекала внимания.

Свою стратегию он построил заранее. Во-первых, он предположил, что в своем возрасте если чем и превосходит тридцатилетнего старикашку — ветерана дуэлей, то только скоростью. За счет неломаных костей, непорванных сухожилий и нештопаных мускулов. Да и вообще, молодость это скорость.

Во-вторых, фехтмейстер Кокки в Генуе сказал «вы бы еще борьбой занялись». Очевидно, в Генуе фехтовальщики недооценивают борьбу, в отличие от дяди Максимилиана, который поставил оруженосцу несколько простых, но эффективных приемов и научил входить в ближний бой. Простолюдинам, которые готовятся только к уличному фехтованию без доспехов, ближний бой и борьба с оружием не в первой надобности, а вот рыцари регулярно участвуют в пеших латных турнирах, где лучше уметь бороться, чем не уметь.

В-третьих, у Пичокки наверняка не будет ни кольчуги под одеждой, ни латной перчатки на левой руке. Кармина сказала, что в Генуе только Лис Маттео носил стальной нагрудник под дублетом. Зимой в железе холодно, летом жарко.

В-четвертых, наступать всегда легче, чем отступать.

Итого, надо сразу же прорваться в ближний бой. Можно пропустить удар-другой в кольчугу или отбить перчаткой. Потом уронить генуэзца одним из дядиных приемов и добить лежащего.

Фредерик медленно двинулся по столовой аббатства, внимательно приглядываясь к постояльцам. Генуэзцы не поняли, что Симон вместе с ним, а Фредерик не хотел привлекать внимание к алхимику, которого только что допрашивал инквизитор по делу о тройном убийстве в Санта-Мария-ди-Карпиче.

— Доктор Антонио Бонакорси? — спросил он, встретив знакомого.

— Мое почтение. Мессир Фредерик. Вы здесь с дядей или у Вас свои дела?

— Мы с Симоном сейчас едем в Сакра-ди-Сан-Мигеле к дяде Максимилиану и тете Шарлотте.

— Хорошо. Я тут устроился к нашим врагам. Де Виллар снова послал того Дена Мальваузена по следам де Круа. Статус Мальваузена подтверждает губернаторское письмо о содействии. С печатями. Сейчас мы с ним и еще с настоящим инквизитором за компанию поедем искать герра Максимилиана. Я подсказывать не буду, но уверен, что они возьмут след. Поэтому неплохо бы кому-то сгонять в Сакра-ди-Сан-Мигеле быстрее нас и предупредить наших, чтобы бежали оттуда. Иди чтобы были готовы к разговору, еслм хотят поговорить.

— Солдаты с вами есть? Рыцари? — спросил Фредерик.

— Нет. Вместо них двое генуэзских браво.

— Вон те двое?

— Они самые.

— Мне нужен секундант.

— Я к Вашим услугам. Но Вам нужно бежать отсюда как можно быстрее и предупредить герра Максимилиана. Я здесь со следователем от савойского дома и с дознавателем от инквизиции. Сегодня же вам надо быть в Сакра-ди-Сан-Мигеле, чтобы завтра на рассвете всем вместе выехать оттуда и гнать в сторону Шамбери, не жалея лошадей.

Дуэлянты, секунданты и зрители вышли за ограду аббатства. Было бы несколько невежливо нарушать внутреннюю гармонию божьих людей резней в этих священных стенах. Вот по ту сторону забора — другое дело.

Дуэлянты шли молча и держались довольно далеко друг от друга. Секунданты разговаривали друг с другом и смотрели по сторонам. В ответственности секундантов выбор места для дуэли и проверка оружия.

— Вот, смотри, здесь нормально будет? — спросил Бонакорси, — А здесь? И мы не решили, до первой крови или до смерти?

— До победы достаточно, — ответил Петруччи, — Каждый вправе сдаться или мы признаем его проигравшим, если он не сможет сопротивляться.

Они выбрали подходящее место с достаточно плотной землей под ногами. Здесь у соседей росли оливы, а оливы не растут на пашне или среди кустарников. В оливковой роще вполне достаточно места для фехтовального поединка.

— Прошу, господа! — объявил Петруччи, — Бой не до смерти, а до победы. Кто не сможет далее защищаться, будет признан проигравшим. Выбирайте сторону, мессир.

Фредерик, не задумываясь, выбрал ту сторону, где уже стоял Бонакорси. В принципе, он мог бы встать и рядом с Петруччи. Выбор позиции особенно важен в солнечный день, чтобы не стоять против солнца. Или если площадка несимметричная, и с одной стороны под ногами чище, чем с другой. Но Петруччи выбрал место по-честному. Вокруг оливы, под ногами твердая земля, а день снова пасмурный, и солнце никому в глаза не светит.

Пичокки встал напротив.

— К оружию! — объявил Петруччи.

Пичокки мягкими приставными шагами двинулся навстречу противнику. Меч он держал перед собой на не полностью вытянутой руке, а кинжал — в левой руке, прижав локоть к ребрам.

Фредерик придвинулся на расстояние шага и вытянутого клинка, а потом бросился на противника. На левую руку он надел латную перчатку Маккинли с ладонью из крепкой кожи. Схватил вражий меч за лезвие, отодвинул его в сторону и попытался полоснуть по руке.

Но не тут-то было. Пичокки парировал кинжалом, отшагнул назад правой ногой и выдернул меч, повернувшись торсом и выдвинув правую руку до предела назад. Перчатка — не тиски, да и лезвие не предназначено, чтобы за него держались.

Фредерик не остановился в своем движении вперед и снова сократил дистанцию. Пичокки увел его меч вверх своим кинжалом, и клинки столкнулись перекрестье в перекрестье.

Оба одновременно применили по «неожиданному приему». Пичокки согнулся, уходя от неизбежного удара в голову, расцепил перекрестья и ударил кинжалом под правую руку. Фредерик же и не подумал бить в голову мечом, а с подшага нажал ребром правой стопы на левую голень противника под коленом.

Пичокки повалился на землю, и в падении взмахнул мечом. Фредерик парировал длинной крагой латной перчатки и вонзил клинок в грудь упавшего противника.

— А! Дьявол! — вскрикнул Пичокки и