Баллантайн - Уилбур Смит

В конце концов Лобенгула вернулся к тому, что с самого начала считал ключом к разгадке пророчества Умлимо.

– Охрана! – вдруг закричал он.

Раздался торопливый топот – один из палачей, согнувшись, заглянул в хижину и распростерся на пороге.

– Пойди к Номусе, попроси ее как можно скорее прийти ко мне, – велел король.

Ввиду того, что мне постоянно не дают покоя различные субъекты, желающие получить дарственные и концессии на землю и право разработки полезных ископаемых на принадлежащих мне территориях, и рассмотрев следующие предложения:

бессрочная выплата цедентом цессионарию ста фунтов стерлингов в месяц;

предоставление цедентом цессионарию одной тысячи карабинов «мартини-генри» и ста тысяч патронов к ним;

предоставление цедентом цессионарию парохода с вооружением для патрулирования судоходных участков реки Замбези.

Я, Лобенгула, король племени матабеле и верховный вождь Машоналенда, властитель всех земель к югу от реки Замбези и к северу от рек Лимпопо и Шаши, настоящим документом предоставляю в полное и исключительное владение все металлы и минералы в моем королевстве и подвластных мне княжествах и владениях, а также полное право производить любые действия, необходимые для их добычи, и получать с этого прибыль.

Джордан Баллантайн записал концессию изящным почерком под диктовку мистера Радда.

Робин Кодрингтон прочитала и разъяснила текст Лобенгуле, помогла поставить печать Великого Слона и засвидетельствовала сделанную рядом с ней отметку короля.

– Черт побери, Джордан, ни один из нас не умеет ездить так быстро, как ты. – Оставшись наедине с юным Баллантайном, Радд не скрывал ликования. – Теперь важнее всего скорость. Если ты отправишься сию минуту, то к ночи будешь в Ками. Мальчик мой, выбери трех лучших лошадей из тех, что у нас остались, и лети как ветер. Отвези концессию мистеру Родсу и скажи, что я еду следом.

Близнецы слетели по ступенькам и окружили Джордана, едва он вытащил ноги из стремян.

На веранде Кэти держала фонарь в высоко поднятой руке. Рядом, скромно сложив руки на животе, стояла Салина – глаза ее сияли от счастья.

– Добро пожаловать, Джордан! – сказала она. – Мы по вас очень соскучились.

Джордан поднялся по ступенькам.

– Я остановлюсь всего на одну ночь, – объявил он. Счастье Салины несколько померкло, улыбка исчезла с губ. – На рассвете я поеду на юг.

Он был такой красивый, высокий и стройный; несмотря на широкие плечи и крепкие мышцы, двигался легко и гибко, словно танцор. Джордан посмотрел Салине в глаза – его лицо дышало нежностью поэта.

– Всего одна ночь… – пробормотала она. – Тогда не будем терять время понапрасну.

Они поужинали ветчиной и запеченным ямсом, потом уселись на веранде. Салина пела, а Джордан курил сигару и с явным удовольствием отстукивал ритм на колене и подпевал вместе с остальными.

Когда Салина закончила петь, Вики вскочила с места.

– Моя очередь! – заявила она. – Мы с Лиззи сочинили стихотворение.

– Не сегодня! – заметила Кэти.

– Почему? – надулась Вики.

– Кэти! – дружно заныли близнецы. – Завтра Джордан уедет!

– Именно поэтому! – Кэти встала. – Ну-ка, пойдемте, вы, обе!

Они улещивали сестру, тянули время, но Кэти прищурилась и зашипела на них с такой злостью, что близнецы мгновенно вскочили, торопливо чмокнули Джордана в щеку и вылетели с веранды. Кэти последовала за ними.

Джордан добродушно усмехнулся и стряхнул пепел с сигары.

– Кэти права. Мне завтра двенадцать часов трястись в седле – пора бы спать ложиться.

Салина отошла в конец веранды, подальше от спален, и прислонилась к перилам, разглядывая долину под усыпанным звездами небом.

Помедлив, Джордан подошел к девушке и тихо спросил:

– Я вас чем-то обидел?

– Нет, – выпалила она. – Просто стало немножко грустно. Мы так рады, когда вы навещаете нас.

Джордан не ответил.

– Что вы теперь будете делать, Джордан? – нарушила молчание Салина.

– Не знаю. Сначала нужно добраться до Кимберли. Если мистер Родс уже в Гроте-Схюр, то поеду туда, а если он все еще в Лондоне, тогда позовет меня к себе.

– И сколько времени это займет?

– Поездка из Кимберли до Лондона и обратно? Четыре месяца, если не придется ждать корабль.

– Джордан, расскажите про Лондон. Я о нем читала, мне всегда хотелось туда попасть.

Он говорил негромко, но живо и связно. Салина смеялась и ахала, слушая описание города и забавные истории. Минуты шли, превращаясь в часы. Джордан вдруг оборвал рассказ.

– Что-то я заболтался! Скоро полночь.

Салина хваталась за любой предлог, лишь бы задержать кузена еще немножко.

– Вы обещали рассказать про дом мистера Родса в Гроте-Схюр.

– Салина, давайте лучше в другой раз.

– А он будет, этот другой раз? – спросила она.

– Конечно, будет! – не задумываясь, ответил Джордан.

– Вы уедете в Англию, в Кейптаун… Могут пройти годы, прежде чем вы вернетесь в Ками.

– Даже за многие годы наша дружба не померкнет.

Девушка посмотрела на него так, будто он ее ударил.

– И это все, Джордан? Мы просто друзья – и больше ничего?

Он взял ее за руки.

– Самые близкие и верные друзья, – подтвердил он.

В тусклом свете девушка выглядела мертвенно-бледной. Как утопающий хватается за соломинку, так она вцепилась в руки Джордана, собираясь с духом, чтобы заговорить.

– Джордан, возьмите меня с собой!

Сорвавшиеся с губ слова прозвучали так сдавленно, что она не была уверена, понял ли он.

– Салина, о чем вы?

– Я не вынесу разлуки – возьмите меня. Пожалуйста, возьмите меня с собой!

– Но… – Потрясенный Джордан растерялся. – Что же вы будете делать?

– Все, что скажешь! Я буду твоей рабыней, твоей любящей рабыней, Джордан, – навсегда!

Он попытался мягко высвободить руки из ее железной хватки.