Враги - Полина Люро

Ещё один разведчик, здоровый как бык, Симон, просто взял меня на руки, усадив рядом с монахом. Его слова были доходчивее пощёчины:

― Держись, Избранный, ты ещё нужен отряду…

Вот тут-то голова лихорадочно заработала ― вспомнилось недавнее побоище в трактире. Я вцепился в ладонь Дара:

― Прикажи, командир, и твой маг разнесёт эту тюрьму, поверь…

В голубых глазах Старика заискрились знакомые смешинки:

― Вот это другой разговор, сынок, но руку всё же отпусти ― оторвёшь ведь…

Бестолковый «спаситель» покорно ослабил хватку, и, вытирая мокрые щёки и нос краем порванного плаща, упрямо повторил:

― Сказал, разнесу… Это не просто слова, Дар, я чувствую, что могу…

В этот момент притихший монах вдруг встрепенулся и, схватившись за мой рукав, как показалось, одобрительно что-то промычал. Наклонившийся к нему Дар внимательно вслушивался в неразборчивую речь послушника, и лицо его всё больше мрачнело. Неожиданно он так пронзительно заглянул в мои глаза, что стало по-настоящему страшно:

― Чем же на этот раз провинился Терри-Ворон, что опять сделал не так?

Но уже в следующее мгновение командир осторожно погладил мою щёку, вздохнув:

― Какой же ты ещё ребёнок, Терри, сколько ни учил тебя контролировать свои переживания, всё без толку ― достаточно лишь посмотреть на эту расстроенную мордашку… Вот что, сделай лицо попроще ― ты же теперь разведчик, а значит, должен быть всегда готов к любым неожиданностям. Раз, как говорит этот чудак в рясе, твоя сила внезапно выросла, покажи нам, на что способен ― поищи отсюда выход…

Кивнул в ответ, и, отбросив панику, встал, осматривая стены тюрьмы. Та, у которой сидел монах, не отводивший от меня внимательного, напряжённого взгляда, казалось, ничем не отличалась от других. Но росток магии «внутри» тянулся к ней, и Терри-Ворон послушно положил руки на неровную каменную кладку. Ладони нагрелись, заскользив вдоль шершавой поверхности, и везде стена, слово дыша, отзывалась на прикосновение теплом. Только возле углового стыка пальцы почувствовали веяние обжигающе-ледяного потока.

Я обернулся к замершим в ожидании бойцам, увиденное потрясало: они боялись, отчаянно надеясь на чудо. Их ужас и страх смерти чёрными сгустками стекали с застывших тел и, струясь по полу, собирались в дрожащие «лужи» у моих ног. Никогда в жизни я не переживал ничего подобного и, раздражённо прикрикнув на ползущие тени, мысленно отбросил их в притаившуюся под полом пустоту.

Не понимаю, откуда в голосе появилась такая уверенность ― слова, что в тот момент произносил Терри-Ворон, удивительным образом превращались в горящие огненные руны неизвестных заклинаний. Невидимые для других, они вспыхивали и медленно гасли в полутьме камеры…

― Рядом ― вода, поток уходит вглубь по старому тоннелю. С края достаточно места, чтобы двигаться по одному, друг за другом. Я пойду впереди, не отставайте, и, обещаю, мы обязательно выберемся. А пока ― всем отойти от стены…

Не дожидаясь ответа, начал действовать: руки снова легли на каменные блоки, рисуя на них знаки, названия которых я не знал. Мной управляла «новая сила», и, отбросив сомнения, первый маг разведчиков доверился ей ― ведь выбора не было, пришлось рисковать, поставив на кон наши жизни.

Лёгкое касание пальцев, и по стене быстро поползла трещина, так что все, включая «мага-экспериментатора», отскочили назад, ожидая грохота обвала. Но в полной тишине, разбиваемой лишь шёпотом молившихся святым заступникам бойцов, несколько булыжников песком осыпались на пол. Из образовавшегося узкого пролома несло сыростью и холодом, где-то совсем близко журчала вода, и, сглотнув резавшую горло пустоту, я прохрипел:

― Вперёд, ребята! С Богом…

Несколько дрожащих огоньков нырнули во мрак подземелья, а следом за ними, вглядываясь в каменную крошку под ногами, шагнул и их создатель. Сзади, словно издалека, доносились команды Дара, и почему-то это меня успокоило, прибавив сил ― света стало больше, и вот уже старые сапоги уверенно ступили на узкую тропу, идущую вдоль поросшей мхом стены. Справа по каменному жёлобу, вспениваясь, плескался о невысокие борта мутный поток, и нам предстояло узнать, куда же он так спешил…

Но прежде чем продолжить путь, с моих губ слетело «слово», о котором не слишком усердный в учёбе Избранный раньше и не подозревал. И, послушные его приказу, вспыхнули закреплённые на стенах факелы. Заколебавшись, я обернулся ― мои несчастные глаза искали поддержку, и идущий следом Дар ободряюще кивнул. Я наклонил голову в ответ, продолжая заливать холодным потом уже итак насквозь промокшую рубашку. Криво усмехнувшись, представил, что если всё-таки выберусь отсюда живым, одежду можно будет выжимать, особенно штаны…

Маленький отряд медленно, но упрямо продвигался вперёд, следуя за подземным ручьём. Несколько раз мы натыкались на боковые ответвления тоннеля ― там не было факелов, и все спешили поскорее миновать эти мрачные коридоры, ведь растревоженное воображение услужливо рисовало напуганным людям притаившихся в них монстров и сказочных чудищ. Все разговоры и ворчание стихли, беглецов окружила пугающая тишина, в которой даже шорох случайно попавшего под ноги камушка вызывал нешуточную панику. К тому же, осознание того, что мы безоружны, а значит, беспомощны перед лицом опасности, не улучшало настроения…

Поэтому, когда Дар положил руку на плечо, я едва не вскрикнул, но ладонь командира вовремя закрыла мне рот. Шёпот обжёг ухо:

― Тихо, сынок, впереди кто-то есть. Кажется, они движутся навстречу ― нам не разойтись, придётся драться… Потуши факелы возле нас и, когда я дам команду, направь как можно больше света на чужаков, постарайся их ослепить…

Мы стояли в полной темноте, прижавшись спинами к стене, стараясь уловить звуки приближавшихся негромких шагов: вот кто-то охнул, кажется, почесавшись ― чьи-то пальцы отчаянно скребли кожу. Усталый голос проворчал:

― Слышь, Донни, сейчас придём в казарму, полезу мыться в бочку первым, на мне уже чистого места нет. Сколько мы с ребятами маемся в дозоре в этом проклятущем тоннеле? Вторые сутки? Ходим, ходим… как идиоты. Только зря подошву на новых сапогах стёр о камни…

Я итак был на взводе, а эта спокойная, почти безмятежная болтовня взбесила, доведя до ручки. Повернув голову к Дару, шепнул:

― Не вмешивайся, сам справлюсь…

Дальше всё пошло не по плану, хотя и плана-то никакого не было ― только одно желание, чтобы это поскорее закончилось. Я вытянул руки в сторону говорившего и, завопив:

― Как же вы все меня достали! ― направил свет на перепуганного врага. Из ладоней вырвался… ревущий огонь, он мгновенно сжёг не успевших ничего понять людей и, напоследок взвившись до потолка, растворился в нём.

При свете вновь вспыхнувших факелов я