Союз рыжих - Стив Хокенсмит

Я быстро взглянул на Старого, чтобы проверить, уловил ли он привычный и все же столь неожиданный запах. Густав явно его уловил, потому что в сравнении с безграничным самодовольством, появившимся у него на лице, даже надувшийся павлин показался бы скромником.

Я почти слышал его мысли: «Пороховой дым! В кабинете! Мы нашли место преступления!» Однако я не видел повода для радости, потому что это открытие, отвечая на один вопрос, ставило множество других.

Почему никто в замке, услышав шум, не понял, что это выстрел? Зачем перетаскивать тело не куда-нибудь, а именно в сортир? И самый запутанный вопрос из всех: неужели кто-то из наших гостей убил Будро… и если да, то почему?

Начинать искать ответы следовало, конечно, в кабинете. Но путь туда преграждало существенное препятствие – и это препятствие было вовсе не радо нас видеть.

– В чем дело? – требовательным тоном спросил герцог, входя в гостиную. Он выступал с неторопливой уверенностью салунного вышибалы, который собирается выгнать пьяного забулдыгу, но вид у лорда был далеко не столь устрашающий, как ему самому казалось. Густые волосы давно поседели, тело бугрилось не мускулами, а складками жира, а лицо раскраснелось не столько от негодования, сколько от жары и быстрой ходьбы. Словом, герцог Балморал безнадежно состарился, но, по-видимому, сам этого до сих пор не сознавал.

Сесть он не соизволил, лишь бросил на нас, так и не потрудившихся встать, недовольный взгляд. Однако мой брат упорно продолжал плющить диван задницей, и я последовал его примеру.

– Спасибо, что уделили нам время, ваша милость, – начал Густав весьма небрежно и непринужденно, будто болтал с другим работником за тарелкой бобов. – Мы намерены задать вам пару вопросов. Просто чтобы добросовестно выполнить задание, понимаете ли.

– Да-да. Не тяни же, – проворчал герцог.

– Оки-доки, – жизнерадостно откликнулся Старый. Он повернулся ко мне и небрежно кивнул на старика: – Может, ты начнешь, брат?

Столь неожиданная честь вызвала у меня ухмылку: похоже, таким образом братец намеревался еще больше разозлить старину Дикки. Откашлявшись, я принял задумчивый вид.

– Скажите, ваша милость… не заметили ли вы чего-то необычного ночью или сегодня утром?

Густав одобрительно кивнул, а леди Клара и Брэквелл неотрывно смотрели на герцога – так кочегары паровоза следят за котлом, боясь, что тот вот-вот взорвется.

– Не заметил, – ответил старик.

Я открыл рот, но быстро закрыл его снова. У меня уже был готов список вопросов: «И когда вы слышали шум?», «Вы не вышли посмотреть, что случилось?», и дальше в том же духе. Но, поскольку беседа пошла совсем не в том направлении, что предыдущие, я растерялся.

– М-м… а вы не слышали такой… ну… звук вроде хлопка?

Герцог сверлил меня взглядом, так нахмурив кустистые брови, что оставалось загадкой, видит ли он хоть что-то сквозь эти заросли.

– Ничего не слышал.

Я вспомнил слова Эмили о беспробудном сне, в который старик погружается, как только ложится в постель. И все же, несмотря на скромные размеры, дерринджеры далеко не бесшумны. Пожалуй, их легче заглушить, чем более крупнокалиберную артиллерию, но тем не менее. Выстрел из пистолета посреди ночи, причем прямо в доме, судя по запаху из кабинета, оказался достаточно громким, чтобы разбудить Эмили, спавшую на первом этаже, а также леди Клару, Брэквелла и Эдвардса на втором. Неужели герцог действительно все проспал?

– М-м… вы уверены? – спросил я, не найдя более деликатного способа выразить сомнение.

– Конечно, уверен! – отрезал герцог. Он не стал добавлять «идиот», но это ясно читалось в его тоне.

Я бросил панический взгляд на брата, умоляя его взять вожжи разговора в свои руки. И он тут же подхватил их, но повернул беседу в совершенно новом направлении.

– Мистер Перкинс знал, что вы приезжаете?

– Что?! – Герцог был настолько огорошен, что на секунду забыл о своем гневе. Леди Клара и Брэквелл за спиной его светлости выглядели не менее удивленными.

– Знал ли Перкинс или другой обитатель ранчо, что вы едете сюда?

– Нет. Но какое отношение это?..

– Нет, говорите? – Старый нахмурился и покачал головой, старательно изображая недоумение. – А почему же тогда в дом привезли тонкое белье, дорогое вино, виски и прочее? Вряд ли вся эта роскошь предназначалась работникам.

– Правление дало Перкинсу распоряжения, чтобы он был готов к визиту пайщиков в любое время.

– К визиту? Вы, наверное, хотели сказать – к внезапной проверке?

Лорд Балморал окинул Старого пристальным взглядом: казалось, герцог заново определяет, к какому виду насекомых относится мой брат и как именно его удобнее раздавить.

– Я сказал то, что хотел сказать. Мы поехали в Чикаго на выставку, и я решил посетить Кэнтлмир. Это был просто каприз. Внезапный порыв.

Мне сложно было представить, что герцог способен поддаваться внезапным порывам. Густаву, очевидно, тоже.

– Ваша милость, Чикаго находится больше чем в пятистах милях на восток отсюда. Весьма долгая поездка для случайного каприза.

– Какое, черт возьми, это имеет отношение к мертвому негру на ранчо? – возмутился герцог.

– Пока не могу точно сказать. Я просто собираю сведения.

– Собираешь сведения? – повторил герцог, сморщившись от отвращения. Видимо, эту фразу он счел более оскорбительной, чем богохульство, упоминание телесных выделений или акта плотской любви.

– Именно, – кивнул Густав. – Вот, например, такие: когда ранчо «ВР с черточкой» последний раз принесло прибыль?

– Это дерзко и неуместно, пустая трата времени! – прорычал герцог.

– Ладно, пусть так, – парировал Старый. – Но вам бы следовало только радоваться.

– С какой стати мне радоваться?

– Потому что, если я теряю время попусту, каждая минута приближает вас к получению двухсот фунтов.

Герцог захлопал глазами, будто мой брат перешел с английского на китайский. Потом его светлость покачал головой и хохотнул. Но это не был веселый смех в духе «хорошо сказано, мой добрый друг». Это был смех, в котором слышится угроза сдернуть с тебя портки, сбить шляпу и плюнуть в глаза. Злобный.

– Ты наглый проходимец, но я не могу не восхищаться твоей дерзостью. Пользуешься собственным невежеством, чтобы выторговать еще несколько минут на праздную болтовню в уютной обстановке. Только посмотрите на него! Развалился в тенечке, пока друзья потеют на дворе. Не хотите ли стакан лимонада? – Герцог захохотал и повернулся к Брэквеллу: – Что теперь думаете о своем герое? Наполовину простак, наполовину сумасшедший и, скажу вам, негодяй до мозга костей!

Брэквелл промолчал, хотя по кислому выражению лица юноши можно было понять его мнение о самом герцоге.

Леди Клара, стоявшая рядом с молодым аристократом, тоже не выглядела особенно радостной. Она сделала шаг к отцу и положила руку ему на плечо. Но прежде чем она успела укорить капризного старого борова или прекратить беседу, Старый заговорил снова:

– А что такого страшного в том, чтобы уступить «сумасшедшему»? Почему бы вам не ответить на мой вопрос? Ранчо приносит прибыль?

Герцог фыркнул, словно смеясь над возней неуклюжего котенка.

– Ладно. Действительно, почему бы нет? Ранчо Кэнтлмир было прибыльным раньше – до тех пор, пока шесть лет назад, зимой тысяча восемьсот восемьдесят седьмого года, не погибла бо́льшая часть скота. С того времени мы изо всех сил пытались снова получить выгоду. И я полагаю, что довольно скоро нам это удастся.

Густав поднял на старика бровь.

– И почему вы так полагаете?

Брэквелл и леди Клара внезапно насторожились, разве что не подались вперед, встав на цыпочки и приложив ладони к ушам.

– У меня чутье на такие вещи, – заявил герцог, растянув брыластые щеки в самодовольной улыбке. – Фортуна вот-вот нам улыбнется.

Старого ответ его светлости явно не удовлетворил.

– Вообще-то, шесть лет – немалый срок, когда ждешь улыбки фортуны. Как же вам удалось повысить шансы на успех?

– Резервные средства, новые пайщики.

– А я слышал, что с резервами у вас не очень хорошо.

Улыбка герцога несколько померкла, а в глазах блеснул злобный огонек.

Но мой брат не отступал.

– Что касается новых пайщиков, насколько я понимаю, имеется в виду мистер Эдвардс. Он вошел в долю… когда, два года назад? Незадолго до этого у вас было небольшое затруднение с мистером Шерлоком Холмсом, верно? Бьюсь об заклад, вам не составило бы труда привлечь новые резервы, если бы не тот досадный случай. Но когда свадьба расстроилась и…