Товарищ Н Релокант - Борис Рябов

– Ну что делать будем, Елена Андреевна? – прервал тишину Алексей, присаживаясь на стул рядом со столом.

Я тоже подошел к столу и сел на второй из двух стульев, которые обычно предлагали клиентам.

– Делать будем так … – серьезно начала Елена Андреевна и вдруг замолчала, глядя на циркуль, лежавший не на месте.

Она всегда ворчала на капитана за то, что он никогда не складывал их в специально стоявшую для этого на столе бронзовую чашку. По утрам ей всегда приходилось убирать за ним. Но на этот раз убирать она ничего не стала и циркуль не тронула.

– Новый корабль, новая команда? – предположил Алексей. – Мишку в капитаны, а я подсоблю.

Растерявшись от такого предложения, я выпрямился и уставился на Елену Андреевну, ожидая, что она ответит.

– Нет, Алексей, – посмотрела на него Елена Андреевна. – Мы закрываем нашу кают компанию и открываем здесь аптеку.

Мы с Алексеем переглянулись и, увидев в глазах друг друга неопределенное будущее, снова посмотрели на Елену Андреевну.

– Лекарь из меня никудышный… – задумчиво произнес Алексей.

Глава 3

На моё с Алексеем счастье нам была уготована другая работа. К деятельности Елены Андреевны мы имели лишь частичное отношение в рамках исполнения некоторых ее поручений по доставке.

Через неделю после нашего первого собрания мы превратили пыльную конторку в настоящую аптеку с небольшой отдельной комнаткой для приема пациентов. Все что оставалось Елене Андреевне, это закупить готовых препаратов и ингредиентов для изготовления лекарств. Все остальное как оказалось, у неё уже было: весы с очень маленькими гирьками, ложечки, пинцеты.

На ее начинания, все живущие в округе сначала смотрели с непониманием. Женщин врачей в то время в Турции можно было по пальцам пересчитать. А тут россиянка фармацевт, так еще и частную практику врача ведет.

Поэтому, несмотря на все свои знания, подтвержденные дипломом, висевшим на стене, люди шли к ней неохотно. Платежеспособные клиенты не шли вовсе, потому что они не доверяли ей, а бедные не могли оплатить её услуги полностью.

Для того, чтобы заработать репутацию, первое время Елена Андреевна лечила всех подряд. Беря с них столько, сколько они сами могут дать.

Где-то через полгода, благодаря рассказам выздоровевших пациентов, о том, что Елена Андреевна действительно хороший врач, дела пошли в гору. В аптеку начали обращаться все больше местных жителей. У нее начали появляться не только бедные клиенты, но и те, которые могли оплатить её услуги. Через некоторое время, она даже наняла себе ассистентку для работы с лекарствами.

Сама она хотела больше времени уделять людям. Елена Андреевна договорилась с местными гостиницами, в которых часто останавливались иностранцы, предложив им свои услуги. Им было удобно, в случае недомогания их постояльцев, обращаться к ней, так как она знала несколько иностранных языков и могла свободно поговорить с больными.

Все это было просто отличным прикрытием для встречи со своими информаторами. Не говоря уж об иностранных дамах, которые, видя перед собой воплощение зарождающегося тогда в Европе феминизма, очень любили пожаловаться на мужей, за которыми им пришлось ехать сюда по долгу службы.

Глава 4

Мне с Алексеем, из запасов накопленных ранее денег, были выделены средства на покупку небольшого рыбацкого баркаса или лодки. Главным условием при выборе была возможность обращаться с ним в одиночку. Чтобы в случае отсутствуя кого-то одного, второй всегда смог бы продолжить работу.

Задача была не из простых. Несмотря на то, что многие нас знали и даже звали к себе в команды, в порту, как и везде, присутствовала своя негласна кампанейщина.

Была группа, в которой мы были ранее, это владельцы собственных шхун, пересекавшие моря, занимающиеся контрабандой, «сегодня здесь, завтра там».

Еще одной группой были рыбаки. Далеко в море они не уходили, и весь улов распродавали по двум рыбным рынкам. У них были свои постоянные покупатели и по понятным причинам они неохотно принимали в свои ряды новых членов. Так же, как и покупатели, не спешили брать товар от незнакомых рыбаков.

После недели безуспешного поиска, с момента открытия аптеки, нам улыбнулась фортуна. По совету одного из рыбаков мы нашли старика, который продавал свой почти новый восьмиметровый баркас. В Турции такие суда назывались «Гулет».

Три сына, с которыми он раньше на нем выходил в море, уехали работать на какой-то завод. В то время, при поддержке СССР количество новых строящихся заводов в стране, которые производили оружие, порох или текстиль, увеличивалось кратно. Там неплохо платили, и молодежь охотно шла на эти предприятия.

Старик был уже не в силах управляться с лодкой и тягать снасти. Его зрение с каждым днем становились все хуже и хуже. Но и расставаться с баркасом ему не хотелось. Здесь в порту прошла вся его жизнь, и он не представлял, что будет делать на берегу.

Все местные его знали и уважали. Он, можно сказать, был местным старейшиной. Сумма, которую он запрашивал за баркас, была для нас слишком большой. Поэтому сначала мы отказались.

Встретившись тем же вечером с Еленой Андреевной за ужином, мы, выслушав её проблемы с отсутствием клиентов, доложили ей о наших безуспешных поисках. Она, с присущим ей более широким взглядом на любую ситуацию, дала нам дельный совет. На следующий день я с Алексеем вернулся к старику с предложением продать баркас за половину запрашиваемой им стоимости. Но при этом он сможет остаться и помогать нам, в силу возможности, за определенную плату от продажи рыбы.

Старик согласился. Таким образом, мы получили не только баркас, но и его связи на рынках. Первую неделю он ходил к продавцам с нами вместо свадебного генерала. Когда мы выходили в море делился с нами секретами здешних вод, показывал хитрости рыбалки на тунца. Наша «Новая Елена», так мы решили назвать баркас, была парусной, что Алексею сразу не понравилось. Не любил он возиться с канатами, ловить ветер.

– Миш можно её переделать, чтобы она с машиной была? – интересовался он.

– Переделать можно, – прикидывал я, – только машина нужна не большая. А где её взять?

Алексей, расспросив меня о необходимых габаритах, в первый день сделки со стариком отлучился в трущобы. Через неделю три неизвестных мне человека на телеге привезли к нам на пирс паровой двигатель,