Города Мертвых - Алексей Минаев

За время своей отсидки Рэнди проштудировал в тюрьме немало книг, в том числе и эту газетную вырезку, поэтому он отлично знал, куда мы направляемся. Когда наконец-то добрались до особняка и перед собой увидели трехметровый кирпичный забор, то все поняли, что мы на месте.

Ворота оказались запертыми изнутри. Пока члены моей группы убивали поблизости ходячих, я и Шон подогнали ближе к забору одну из машин, чтобы без особого труда перелезть через него.

Оказавшись на территории, мы в первую очередь, осмотрелись. Вокруг было спокойно и тихо – ни живых, ни мертвых. Повсюду перед домом росла зеленая газонная трава, и только в некоторых местах были дорожки, выложенные из мраморной плитки. Еще мы заметили несколько больших бронзовых скульптур животных.

Убедившись, что поблизости никого нет, мы направились к главному входу.

Но через тридцать метров нас вынудил остановиться чей-то голос.

– Стоять! А то всех убью!

Мы с Шоном переглянулись, и я сделал шаг вперед.

– Мы не мародёры. Успокойся. Нам бы только спрятаться от мертвых снаружи.

– Это вам не отель. Поищите другое место.

Стоя неподвижно и прокручивая мысли в своей голове, я понимал, что обратно за забор никто из нас больше не хочет. Взглянув на Рэнди и остальных, я подал сигнал. Все тут же бросились прятаться за статуи. Но на наши действия в ответ не прозвучало ни единого выстрела. Рэнди, недолго думая, кинулся бежать в сторону особняка. Наверное, он один в тот момент понял, что у кричавшего совсем нет оружия, или просто решил пойти на риск.

Выглядывая из укрытия, я увидел, как он с разбега всей своей массой выбил стеклянную дверь. Через минуту мы услышали крики, а затем показался в дверях и сам Рэнди. За собой по полу он тащил за шкирку толстого парня.

Этот толстяк пытался сопротивляться и выкрикивать разного рода ругательства:

– Дурак, осел, придурок! Отпусти меня! Не то будет хуже.

Рэнди подтащил его к нам и бросил, а после, нагнувшись, взял его за грудки.

– Что ты сказал? Повтори?

– Ничего я не говорил. Это тебе послышалось.

– Значит, «дурак, осел и придурок» мне послышалось?

– А, ты про это. Так я про себя это говорил. Ты меня не так понял.

Рэнди нахмурился.

Незнакомец, испугавшись, продолжил говорить.

– Хотите чаю? У меня там чайник вскипел. Только прошу: не бейте меня по лицу. Я не переношу боли.

Я присел рядом с ним на корточки:

– Тебя как звать?

– Пухлик.

– Это кличка, а имя у тебя есть?

– Тедди. И это не кличка, а погоняло. Клички бывают только у собак.

– Не умничай. В доме еще кто-нибудь, кроме тебя, есть?

– Нет. Я абсолютно один.

– Хорошо, а теперь пойдем, экскурсию нам устроишь. Но если ты солгал, и в доме кто-то прячется, то до утра ты не доживешь.

Особняк внутри выглядел намного больше, чем снаружи. На первом этаже находились кухня, обеденный зал, большая гостиная, собственная домашняя библиотека, и в левом крыле дома располагался внушительных размеров бассейн, а на втором этаже справа по коридору размещались около двадцати спален. Последняя напоминала президентский люкс. Эта комната была очень шикарная, с невероятно огромной кроватью и видом из окна.

Я посмотрел на Пухлика.

– Да, верно, теперь я тут живу. Раньше эти апартаменты принадлежали моему хозяину. Но он, к сожалению или к счастью, так и не успел выбраться из города.

Рэнди оттолкнул толстого парня в сторону.

– Ага. Сейчас. Теперь я тут буду жить, а ты поищи себе какую-нибудь кладовку и спрячься там, чтобы мои глаза тебя не видели.

Я еще раз взглянул на Пухлика:

– Тедди, я заметил: тут электричество есть. Откуда питание идет?

– На заднем дворе имеется пристройка к дому, а в ней стоят генераторы. Плюс на крыше размещены солнечные батареи. Особняк полностью на автономном питании. Тут даже горячая вода есть и туалеты исправно работают, а также в подвале построен бункер на случай ядерной войны. Но пароля для входа в него у меня нет. Его знал только хозяин.

– А еда тут есть?

– Да, но только там мало. Могу с вами поделиться, выделить пару пачек чего-нибудь.

Когда мы увидели кладовую с запасами еды, то Рэнди чуть ли не прибил Пухлика:

– Это, по-твоему, мало? Да тут целый год можно не голодать.

Позже мы загнали наши машины на территорию, а потом собрались в гостиной, чтобы переговорить. Предлагать остаться тут на постоянку мне не потребовалось: все уже давным-давно приняли для себя такое решение, и уезжать никто не собирался. Больше никто не хотел скитаться и подвергать свою жизнь опасности. После разговоров первым делом все бросились принимать горячий душ. Глядя на лица членов своей группы, я видел довольные улыбки и хорошее настроение. Ближе к вечеру мы поужинали, а затем все стали устраиваться на ночь. Дежурство никто не отменял, ведь в этом мире все еще было опасно. Ходячие на данный момент нам не угрожали, но люди нас по-прежнему заставляли быть осторожными и готовыми ко всему. Первыми на часы встали Шон и Саша. Территория особняка сама по себе была немаленькая, и нужно было охранять ее лучше, поэтому и пришлось распределиться по двое.

Перед тем как уйти спать, ко мне подошел Джеймс и задал вопрос:

– Ник, надеюсь, ты не забыл про Майкла?

– Да нет. Но, думаю, он тут нас никогда не найдет.

– Я на это тоже надеюсь. Но ты не забывай, что этот псих очень упертый. В любом случае он приложит все свои силы, чтобы нас найти.

– Расслабься, Джеймс. Этому не бывать. Вокруг – одни города мертвых. Думаю, ему это не надо. Твой Майкл останется сидеть в своем лагере в полном комфорте.

– Хорошо, Ник, считай, как знаешь. Но если он вдруг когда-нибудь нарисуется со своими бойцами возле ворот этого особняка, не говори потом мне, что я тебя не предупреждал. Запомни: это еще не конец!

Глава 16. Честное слово

22 июня. 17:50.

Тремя днями ранее.

– Идем!

– Филипп, ты точно уверен, что стреляли именно с той стороны?

– Да, Джимми, точно.

– Откуда?

– Что значит откуда?

– Откуда, мать твою, ты знаешь, что мы идем в нужном направлении? Может, стреляли чуть правее.

Филипп остановился и развернулся лицом к Джимми:

– Я не знаю. Понял. Но мне кажется, что мы двигаемся правильно, а теперь закрой свой рот и смотри в оба.

– Не нравится мне все это. Надо было Картера взять с собой. Почему он остался в машине?

– Потому что дурень, если джип кто-нибудь угонит вместе с боекомплектом, то Майкл оторвет нам наши чертовы головы.

– Нет, Филипп. Он сделает проще: кинет нас в яму к этим жутким собакам.

Бойцы шли по лесу, озираясь по сторонам. Их ноги слегка промокли после недавнего дождя. Из-за сильного ливня налило немало воды, и местами им приходилось ступать по лужам. Порой даже чувствовалось, как в берцах немного хлюпает, но они продолжали идти. Это была их работа – патрулировать выделенный сектор.

Дорога, где стоял джип, находилась позади в четырех километрах от них. На улице было еще светло, и до возвращения в лагерь оставалось около трех часов. Опоздание патруля на смену каралось нарядом вне очереди, ну если, конечно, на то не было веской причины. Да и начальник смены реагировал на задержки слегка неадекватно. Джимми начал сомневаться и стал думать, что они бродят по лесу зря.

– Филипп, давай вернемся к машине.

– Слышь, ты меня уже достал. Если не перестанешь нудеть, то по приезде я попрошу, чтобы мне в напарники дали другого, пусть он даже будет глухонемой, мне без разницы.

– Вот ты, значит, как. Готов меня поменять?

– Заткнись, Джимми, и посмотри туда.

В ста метрах от них впереди виднелся просвет. Зеленая