Казак в океане - Юрий Волошин

Два часа поднимались они по склону. Наконец достигли карниза шириной не более двух футов. Он тянулся на десяток саженей, то сужаясь, то расширяясь, и терялся за поворотом в зеленом обрамлении растительности.

– Здесь! – коротко бросила Ката и осмотрела ближние окрестности.

– И где это может быть, Ката? – поинтересовался Лука.

– Хорошо, что нас много. В одиночку ничего бы не вышло. Идите за мной.

Она подошла к почти отвесному откосу горы, терявшейся в вышине и обвитой вьющимися растениями, пестревшими цветами и бабочками. Множество ящериц в страхе разбежались во все стороны.

– Вот плита, – указала Ката на малозаметную глыбу в откосе, – ее надо отодвинуть. Она тяжелая. Нужно три человека, чтобы сдвинуть ее с места. Отодвигайте ее. Поосторожнее, она может придавить.

Мужчины переглянулись, положили оружие, вещи и припасы. Колен внимательно осмотрел глыбу, потрогал руками, словно прицеливаясь.

– Поехали, ребята, – молвил он тихо. – Двигаем в эту сторону. – И указал направление.

Глыба поддавалась плохо. Наконец она качнулась. Еще усилия, и показалась щель. В нее сунули обломок ствола тонкого деревца, нажали – и щель расширилась. Двигать камень стало легче.

– Достаточно, – распорядилась Ката. – Оставайтесь здесь. Я одна пролезу и достану клад. Ждите меня. И прислушивайтесь. Возможно, я позову.

Она взяла плетеную сумку, протиснулась в щель и исчезла в темноте пролома, таинственно черневшего в склоне.

Мужчины переглянулись с недоверием и озабоченностью на лицах.

– Чего она темнит? – ни к кому не обращаясь, сказал Галуа. – Что за тайна?

– Прикуси язык, Галуа, – шепнул Лука. Он был сам захвачен той таинственностью, которую создала Ката своим поведением. – Мы должны исполнять ее пожелания. Она здесь свой человек и хорошо разбирается в этих горах. Молчите!

Они замолчали. Присели на камни, закурили трубки, задумались.

Время тянулось медленно, тягуче, но никто не решался его торопить разговорами. Лука уже несколько раз вставал, подходил к щели, прислушивался, наставив ухо и затаив дыхание. Все было тихо.

Вдруг Колен воскликнул, приложив палец к губам:

– Ш-ш-ш! Тише!

Все прислушались. Вокруг, кажется, было тихо. Но Лука неожиданно вспомнил страхи Катуари.

– Молчок! – прошептал он и тихо сделал несколько шагов по карнизу.

Он дошел до поворота. Карниз здесь был узок, и он остановился, ухватившись за пучок тонкого кустарника, и прислушался. На висках и горле бились жилки, мешали сосредоточить внимание.

И все же он услышал далекие звуки, совсем не похожие на звуки леса. То были отдаленные человеческие голоса. Где-то поблизости были люди. Это было странно, тревожно, загадочно. В этом глухом месте никого не могло быть. Лука вернулся и тихо сообщил об услышанном.

– Черт! – выругался Колен. – Кого еще тут не хватало?

– Проверим оружие, ребята, – тут же откликнулся Савко. – Чем черт не шутит!

– Пойду-ка я посторожу за поворот, – решительно прошептал Галуа. – Сидите тихо и ждите. Хорошо бы предупредить мадам, чтоб не шумела.

– О ней не беспокойся, – так же тихо ответил Лука. – Она вообще не любит шуметь. И предчувствие опасности у нее было.

Товарищи посмотрели на Луку с интересом и беспокойством.

Галуа ушел, и его скрыл поворот карниза. Остальные проверили оружие, приготовили порох и другие припасы. Трубки затушили и сидели тихо, прислушиваясь к посторонним звукам.

Не прошло и четверти часа, как голоса людей стали доноситься явственнее. Теперь все поняли, что идут люди, поднимаются с обратной стороны, куда вился карниз, переходящий в тропинку, заросшую и неприметную.

Прошло еще с четверть часа. Послышался шорох. Все обернулись. Из щели протискивалась Катуари. Она протянула сумку, Лука подхватил ее и помог женщине выбраться наружу. Он приложил палец к губам, прошептал:

– Сюда идут люди, Ката. Галуа сторожит их на карнизе.

– Я так и знала, что что-то случится! – побледнела Ката. – Надо уходить!

– Не лучше ли подождать и определить их силы? Может, лучше из-за камней обстрелять их, заставить отступить, – шептал Лука.

– Если их мало, то это легко сделать, – согласился Савко. – А так будем в постоянном страхе, что догонят, выследят.

– Хорошо, – согласилась Ката. – Берите клад. Уложите, приготовьтесь в дорогу. И дайте мне пистолет.

Голос ее был требовательным и решительным.

Все замолчали. Уже отчетливо слышались голоса усталых людей. Катуари шепнула на ухо Луке:

– Кто-то указал им эту дорогу. Она короче, но круче и труднее. Ею пользовались, когда прятали клад.

– А почему ты была там так долго? – поинтересовался Лука.

– Лаз узкий и длинный, Люк. И темно было. Ползла медленно. Да и назад с кладом было неудобно выбираться. Устала. Даже коленки оцарапала.

– Хорошо бы пойти на подмогу Галуа, – предложил Колен. – Он там один может и не управиться.

– Не стоит, – сказала Ката. – Тропа узкая, и одному трудно по ней двигаться. Лучше пусть кто-нибудь залезет на скалу позади нас. Там можно это сделать. С нее видна тропа шагов на тридцать.

– Покажи, я полезу, – тут же отозвался Савко.

Он забросил мушкет за спину и полез на скалу, указанную Катуари. И не прошло и пяти минут, как он уже был наверху и бросил камушек вниз, предупреждая о занятой позиции.

Томительное ожидание прервал Савко. Он сбросил три камушка, что означало трех человек, идущих к охотникам за кладом.

– Вот теперь мы знаем, что поступили правильно, оставшись здесь, – прошептал Колен. – Скоро Галуа выстрелит, да и Савко от него не отстанет.

Прошло еще минут десять или пятнадцать. Неожиданно гулкий выстрел прокатился по отрогам и затих вдали. Тотчас выстрелил Савко и прокричал со скалы:

– Готово! Двух пришили! Последний пытается улизнуть! Это индеец! Я его сейчас достану!

– Не трогай его! – крикнула Ката. – Он нам не помешает! Оставь его в покое!

Показался Галуа:

– Вот и все, ребята! Дело выеденного яйца не стоило. Кто это поддержал меня сверху? Отличная работа!

– Савко, ты проследил, куда делся индеец? – крикнул Лука, задрав голову.

– Погоди, дай слезть! Это намного труднее, чем я думал. Лучше помогите мне, а то могу свалиться!

Мужчины поспешили на помощь и наблюдали, как Савко осторожно и боязливо ищет ногой опору.

– Брось мушкет, Савко! – советовал Лука.

– Как бросить, коль я руку не могу оторвать от выступа скалы? Ловите, если сорвусь! Тут и разбиться можно.