Не будите спящего спинорога - Тим Дорси

– Махони! Давай сюда!

Махони появился в дверях Ингерсола с коробкой кнопок.

– Звали меня, лейтенант?

Ингерсол поднял записную книжку Махони за пару листочков.

– Что за ерунда?

Махони, сощурившись, наклонился вперед.

– Так, рисунки.

– Это не рисунки, а клиника! Бред какой-то. – Ингерсол положил записную книжку на стол, перелистал и открыл на странице, сплошь усеянной пылающими колесницами, крылатыми мечниками, семиглазыми козлиными головами, распятиями, цифрами «666», языками пламени и гоночными автомобилями. – Махони, может, ты ходишь в секту Судного дня?

– Нет.

– Я не хочу однажды прийти на работу и узнать, что ты отравил целую толпу людей лимонадом, чтобы успеть к Воскресению на комету.

– Да чепуха это все, – сказал Махони. – Я вот Откровение Иоанна Богослова читаю.

– Откровение?

– Мощная книга. Все начинает сбываться.

– Надеюсь, ты ее читаешь не в рабочее время?

– Книга будет полезна для охраны порядка. Когда начнется Армагеддон, наверняка придется работать сверхурочно.

Ингерсол сел в кресло и сделал внушительную паузу.

– Махони, ты знаешь, что наш отдел борется с рисованием на рабочем месте. В прошлом году всякие рисуночки обошлись нам приблизительно в десять тысяч человеко-часов.

Махони кивнул.

– Но на этот раз я закрою глаза, потому что ты работаешь продуктивно и потому что рисуешь не всякие там груди и бородатых устриц. – Ингерсол покачал головой. – Куда мир катится?

– Все так говорят.

– Сегодня есть для меня что-то новенькое?

– Макгро разбушевались. Вот взгляните.

Махони вручил ему папку с фотографиями с места преступления.

– Господи Иисусе! – вырвалось у Ингерсола.

– Один байкер. Продал им плохой мескалин…

– …который был на самом деле хороший?

– Верно. Избили до полусмерти и задним ходом проехали по нему машиной.

– А на лице развернулись.

– Да, похоже на то, – сказал Махони.

– Что наши информаторы?

– Прорабатываю все варианты, но пока все глухо. У Макгро нет постоянного М. О.

– М. О.? Говори по-английски!

– Модус операнди.

– Это по-латински.

– Преступный почерк.

– Свидетели?

– Несколько случайных встреч, неточных описаний, старых воспоминаний.

– Совсем как с твоими женами.

– Ха-ха, очень смешно, сэр.

– Махони, ты мне не нравишься.

– Вы мне тоже не нравитесь.

– Тогда у нас много общего. Есть задел для хороших отношений.

– Сэр, они уже совсем близко к Тампе. Если бы я только…

– Даже не думай. Знаю я тебя! Ты три года сохнешь по своему Сержу.

– Четыре, – поправил Махони. – А кажется, только вчера…

– Нет! – закричал лейтенант. – Никаких трансов!

– Хочу забыть, но он является мне в кошмарах…

– Боже! Ненавижу твои трансы!

– Да, как сейчас помню…

Махони еще зеленым новичком тайно внедрился в преступную группу, только что совершившую ряд успешных ограблений в высшем обществе от Бойнтонадо Палм-Бич. «Тихие» аукционы, благотворительные балы, фондовые концерты… Эти профессионалы действовали быстро и четко, а забирали самое лучшее: драгоценные камни без малейшего изъяна, прецизионные часы, дорогие предметы искусства… и фаршированные грибы. Агенты установили наблюдение на аллее Аллигаторов и Тамайамской дороге, ожидая, что легко поймают банду по пути к побережью.

Те и вправду направились к побережью, но лишь Махони догадался, каким образом. Банда поехала не обычным маршрутом по югу штата, а через Уэст-Палм-Бич, Эверглейдс и «Сафари в стране львов»[12], чтобы затеряться среди тюремных фургонов и грузовиков с нелегальными мигрантами.

Был понедельник; стояла жара. На выходных случилось еще три ограбления.

Махони заметил то, что упустили другие. Все преступления совершались в самых исторически значимых местах города, хотя рядом были более привлекательные возможности. «Билтмор»[13], Бискайская вилла, Уайт-холл. Людей били, складные столы разбрасывали, но антикварная мебель оставалась в полной целости и сохранности. И еще одно во всей этой истории было нечисто. После ограбления в Палм-Бич банду заметили у старой почты на острове. Один бандит забежал внутрь и сделал снимок гигантского портретного коллажа над дверью – история острова в стиле обложки битловского альбома «Сержант Пеппер». Генри Флэглер[14], Джон Ф. Кеннеди, Марджори Мерриуэзер Пост, архитектор Эддисон Мизнер[15], знаменитый боксер Джо Фрейзер по кличке Аллигатор и иже с ними. Никто не понимал, в чем дело, кроме Махони. Тот-то догадался сразу, потому что страдал той же болезнью.