Горячие блюда - Дмитрий Петюк

— Ну и ещё одно условие — не лезть к моей жене, — добавил я. — Дело не в том, что я чего-то боюсь или ей не доверяю, мы прошли через большее, чем ты можешь представить. Просто малолетний сопляк, постоянно пускающий слюни на мою женщину, ситуацию сильно усложнит.

— Я не малолетний! Мне уже семнадцать!

Я быстро пересчитал его года в земные. Получалось чуточку меньше двадцати лет, ровно столько, на сколько он и выглядел.

— Как ты понимаешь, от того, что слюни пускать станет совершеннолетний парень, ситуация не особо изменится.

Он кивнул, соглашаясь.

— Вот только я не очень хорошо умею готовить, — заявил Хартан. — Ну и баком никогда не пользовался — они только у богатеев. Но убрать могу! И в саду тоже. Вы не думайте, я очень способный и ловкий. И очень быстро учусь! Глазом не успеете моргнуть, как я всему выучусь!

— Знаешь, из людей, расхваливающих свои навыки на собеседовании, ты, наверное, сделал это хуже всех в мире. Мы с Алирой собирались избавить себя от забот, а не наживать новые.

— Мне, наверное, придётся поговорить с Жагеном, — сказала Кенира. — То ли я ему всё плохо объяснила, то ли он меня не так понял. Удивлён, как плохо он описал тебе будущую работу.

Парень опустил голову:

— Он и не описывал. На самом деле я подслушал. Он разговаривал с одним типом, говорил, что нужны работники одной семье где-то в районе доков. Я тут немного пошарился и поразнюхивал, единственные, кто недавно переехал — это вы. Ну я было подумал, что смогу успеть раньше всех.

— И ты действительно стал первым, — одобрил я. — А для чего тебе нужна эта работа? Она же тебе явно не подходит.

Парень колебался, подбирая слова для ответа. Наконец, он сказал:

— Я сирота. Рос тут в районе. Хартан — имя, которое мне дали в приюте, у меня даже нет фамилии. Я это говорю не для того, чтобы вы пожалели сиротку, а для лучшего понимания. Сами знаете, а может не знаете, район тут не самый лучший, те, у кого есть деньги, тут не селятся. Пусть я таковым не выгляжу, но у меня есть немало талантов, многие интересные навыки я развивал с самого детства. И эти самые таланты понадобились одним людям. Таким людям, которые очень не любят слова «нет». Я планировал куда-то свалить из города, возможно, уплыть на барже. Но я не знаю ничего, кроме жизни здесь, у меня почти нет сбережений. И работа у вас для меня стала бы отличным выходом.

— То есть если мы возьмём тебя на работу, — спросил я, — то станем мишенью для окрестных банд?

— Вы не подумайте, не всё так плохо! — горячо сказал Тана. — У меня есть своё место не слишком далеко отсюда, а когда я хочу, то могу быть очень скрытным. Меня никто не увидит и не услышит.

Я вздохнул. Если парень не врал, его было жалко, но у нас хватало своих проблем и без того.

— А чего ты вообще хочешь добиться? — спросила Кенира. — Я имею в виду долговременно. Смотри, допустим, мы тебя возьмём к себе в дом. Ты будешь работать по хозяйству, научишься тому, чего не умеешь, ну а дальше? Ведь не выйдет же у тебя прятаться всю жизнь. Да и мы тут не обязательно надолго.

Парень сделал несколько глубоких вдохов и медленно ответил:

— Мне нужны деньги. Много денег. Когда-нибудь я заработаю достаточно, чтобы оплатить учёбу в университете. После этого стану настоящим магом, самым сильным из всех. И никто не сможет говорить мне, что делать и кому лизать сапоги! Вы не подумайте, я способный! Я сам научился читать и писать, даже знаю кое-какие слова Эсвеш, языка магов. И то, что вы можете вскоре куда-то уйти, меня полностью устраивает. К тому времени я уже что-то придумаю.

В его голосе звучала такая глухая тоска и безнадёжность, схожие с теми, что когда-то ощущал я, неспособный вырваться из плена собственной головы. В глазах Кениры тоже светилось понимание. Я пытался себя одёрнуть, привести рациональные аргументы: напоминал, что он может напропалую врать и давить на жалость, что влипать в новые неприятности нам с Кенирой не имеет ни малейшего смысла, а парень вовсе не невинный агнец и явно занимался тёмными делишками. Но какое-то странное чувство внутри заставляло тянуть, откладывать окончательный отказ.

— Кого бы мы ни взяли на работу, — внезапно сказала Кенира, — ему бы пришлось заключить контракт Керуват.

Парень округлил глаза:

— Серьёзно? Это же полтора красных, как минимум!

— Двести десять, — поправил его я. — И сам знаешь, что будет, если ты сказал хоть слово лжи.

— Я говорил чистую правду, — возмутился Хартан. — Понятно, подробностей вам не рассказывал, но и ни разу не соврал. И обкрадывать вас не собирался, да будут мне свидетелями все боги вместе взятые! Но если вы так говорите…

— Да, именно, — кивнула Кенира. — Обещать ничего не будем, сначала — пробная неделя. Разумеется, оплаченная. Пока ты умеешь не слишком много, хороших денег не жди. Потом — посмотрим.

Она бросила на меня выразительный взгляд, как бы спрашивая, поступает ли она правильно? Я кивнул и добавил:

— Ждём тебя в следующий перводень в три, и тебе лучше не опаздывать.

* * *

Как-то само собой получилось, что принятое спонтанно решение больше не обсуждалось, мы с Кенирой отнеслись к найму с поразительной беспечностью — лишь с облегчением вздохнули, что одна из небольших и не слишком важных проблем оказалась хоть как-то решена. С одной стороны, конечно следовало бы устроить серьёзный конкурс, выбрать лучшего из нескольких кандидатов, проверить навыки и вкус приготовленных блюд. С другой, первый попавшийся парень с огромным ворохом неприятностей подошёл бы ничуть не хуже — его проблемы нас не очень касались, рабочие задачи не требовали наличия абитура или диплома, да и на совсем уж крайний случай мы бы с ним вскоре расстались и подыскали кого-то другого.

На одной из вечерних пробежек мы заскочили к Ксандашу, но перед тем, как отправить их с Лексной в совместный сон, рассказали о ситуации. Ксандаш вздохнул, сказал, что мы сделали глупость, но если готовы потратить