Записки прохиндея - Август Котляр

Самое нехорошее, что американское население не хочет больше пользоваться этими преимуществами и делать что-то выдающееся. Я не видел ни одной бензоколонки или гостиницы, принадлежащей белым американцам. Одни индусы по фамилии Патель. Значительное количество малых предприятий принадлежит иммигрантам или их детям в первом поколении. Многие стартапы в Кремниевой долине основаны иммигрантами.

Личная история. Будучи свежеиспечённым иммигрантом, я не мог пройти мимо Кремниевой долины. Летом 2013 года я приехал из Хьюстона в Кремниевую долину, в город Маунтин Вью (Mountain View), штат Калифорния, прямиком в знаменитый бизнес-инкубатор под названием Y Combinator. Мне казалось, что я попал в хорошее время, было что-то вроде ужина. Я пытался сидеть на скамейке и слушать умных людей. Но предупредительные сотрудники решили, что я не приглашен, и выгнали меня. Конечно, меня не приглашали, я сам пришёл. Но инвесторы потеряли во мне многомиллиардный стартап.

Одной из идей, которую я пытался реализовать, было создание специальных цифровых карт местности. У нас есть карты Google, и они хорошо работают, но их было недостаточно для земле- и градостроительства. До переезда в США, в 2009-2010 годах, я был статс-секретарём в Союзе архитекторов, отвечал за связи нашего Союза с госорганами. Я участвовал в межведомственных совещаниях по разработке схем территориального планирования России. Правительство было озабочено трудностями использования огромных земельных ресурсов. Прежде всего, у России не было сводной картины земельных ресурсов. Я предложил сделать следующее. За основу мы возьмем любую цифровую географическую карту. Затем добавим цифровые слои: литография, почвы, гидрография, минеральные ресурсы, изотермы климата и естественные осадки, растительность, дороги, электролинии, железные дороги, демография, черты городских поселений и много других характеристик. Это могли бы быть очень полезные карты. Например, кто-то хочет построить завод. Он сразу же узнает, есть ли хорошие земельные участки, достаточно ли воды и электричества, достаточно ли населения для работы и возможности привлечения дополнительной рабочей силы и так далее. С помощью этой общей цифровой карты России мы могли бы найти идеальное место для развития любых производств или использовать правильные участки под любые нужды – нужно только ввести критерии, чего нам надо. За несколько секунд эта система могла бы показать несколько подходящих мест для нового автомобильного завода или электростанции в разных регионах России. Речь шла о создании нового подхода для системного развития территории России, самой большой в мире. На самом деле, земли поселений занимают всего 1,2 процента территории России, страна практически безвидна, безлюдна и пуста, две трети территорий лежат на вечной мерзлоте, из оставшейся трети половина малопригодна для жизни, бедные почвы и холодный климат. Люди не понимают, насколько более выгодные географические условия в США: северная граница Штатов с Канадой лежит на широте Одессы, южная – на широтах Саудовской Аравии, Калифорния – на широтах Туниса, Техас – Египта, город Хьюстон лежит на широте Эр-Рияда. По уму, Россию надо перерасселять, строить новые дороги, новую инфраскруктуру и новые города. Российская градостроительная школа была самой мощной в мире, в период Советской власти было построено около тысячи новых городов и поселений.

Мой товарищ и единомышленник Олег Андреевич Харченко, некогда главный архитектор Санкт-Петербурга, а на момент описываемых событий главный архитектор Олимпстроя, возводившего объекты к Зимним Олимпийским играм 2014 года в Сочи, сказал, что идея достойная и он готов оплатить пилотный проект в Имеретинской пойме.Оставалось найти подрядчика, который смог бы воплотить эти идеи в цифру. Одна чудесная женщина из кибермира, Наталья Ивановна Касперская, познакомила нас с Анатолием Карачинским, основателем огромного киберхолдинга IBS, и Сергеем Мацоцким, директором IBS. Карачинский и Мацоцкий сказали, что их гении могут это сделать. Они сразу оценили идею и тут же сообразили, как выполнить эту многослойную карту.

Проблема возникла неожиданно. Мы не знали, что в России нет ни цифровых, ни бумажных точных карт. Может быть, у Воздушно-космических сил такие карты и были, но это был их секрет, и они не хотели делиться им с гражданскими. Я предложил купить цифровые карты у NASA, но не нашел понимания в кругах российских серьезных ребят. Мне донесли, что на политическом верху прослышали о моих проделках, сказали, что в картах и программах есть какие-то уязвимости и через них можно получить допуск к секретным сведениям, и что за такие проделки мне бы следовало отвинтить части тела, которые бы мне ещё пригодились в будущем. Я насторожился. Я делал это не ради денег (как общественный деятель я получал символическую зарплату 200 долларов в месяц от Союза архитекторов России), а ради блага матушки-России, от чистого сердца. Поэтому я не стал настаивать и отступил. Не потому, что я был трусом, а потому, что у меня было чувство меры. Слишком настаивать – значит получить репутацию упрямого козла и тупого баклана, который не понимает прозрачных намёков и лезет, куда его не просят. А я намёк понял очень даже ясно. Не хотелось также испортить отношения с союзниками, кто меня поддержал, и заодно нажить очень сильных врагов. Эти люди всё ещё придерживались менталитета времен холодной войны, и, как показали последующие события в мире, не напрасно.

Возвращаясь к моему вояжу по Кремниевой долине. Сотрудники Y Combinator бесцеремонно выгнали меня из здания. Я не обиделся, хотя это было унизительно. Но я попытался, и это было правильно, ибо откуда мне было знать, как ещё можно было действовать? Действовал как понимал, исходя из лучших побуждений. В тот момент руководства по созданию стартапов Сэма Альтмана или Питера Тиля ещё не были доступны. Очень серьёзная и обстоятельная книга Питера Тиля о стартапах “От нуля к единице” была опубликована только в следующем, 2014-м году. Было бы лучше, если бы сотрудники Y Combinator дали мне какую-нибудь брошюрку или хотя бы гиперссылку на свои правила; нехорошо грубо и резко выгонять людей, мотивируя это тем, что это частное мероприятие, питчинг каких-то проектов. Как будто я претендовал на то, чтобы сожрать все их жалкие закуски и выпить весь холодный чай! Мои детки только были напугана таким недружелюбным отношением, нас нечасто в Америке выталкивали взашей и обращались невежливо; когда мы приехали в кампус Google, дети чуть не плакали и просили не заходить в здание, чтобы избежать унижения.

У них был негативный американский опыт несправедливого и хамского обращения. В марте 2013 года я увидел объявление на сайте одной