Казаки-разбойники - Юрий Волошин

Показался низкий берег. «Хитрый Лис» уже две недели боролся с противными ветрами, и теперь капитан надеялся найти тихую бухту и отстояться в ней, дав отдых команде.

Очень медленно судно продвигалось вдоль береговой линии, держа курс на запад. Мелкие деревушки индейцев пропускали без внимания. И лишь заметив небольшое селение с церковью на возвышении, капитан отдал распоряжение подойти ближе.

Де Казен долго рассматривал селение в трубу, приказал бросать якоря в четверти мили от берега, в непосредственной близости от селения.

– Спустить две большие шлюпки! По одиннадцать матросов в каждой. Пушки зарядить и быть готовыми обстрелять деревню в случае необходимости! Ферон, ты возглавишь первую шлюпку, а я вторую.

Матросы навалились на весла и через четверть часа высадились у шаткого причала с подгнившими сваями.

Немногочисленные люди, здесь собравшиеся, не скрывали страха. Большинство из них были индейцы или метисы. Попадались изредка негры и мулаты. Белые мелькали редко.

– Где ваш коррехидор? – спросил Назар по приказу капитана. – Или алькальд?

Вперед выступил пожилой испанец, подошел и спросил, учтиво поклонившись:

– Что за судно зашло в наш городок, сеньоры?

– Корабль его величества короля Франции, – ответил Назар решительно.

– Франции? – воскликнул растерянно испанец. – Но…

– Прошу быть предельно внимательными, сеньоры, – продолжал Назар. – Нам нужны продовольствие, деньги – и мы уходим, не сделав вам ничего плохого. Пять тысяч песо, сеньор, – добавил Назар после подсказки капитана.

Толпа быстро редела. Несколько вооруженных не то солдат, не то добровольцев нерешительно топтались поодаль.

– Прошу простить, сеньоры, но мы не сможем добыть такое количество и за месяц! – лепетали побледневшие губы испанца. – Продовольствие еще можем вам предоставить, но песо… Простите…

– Передай этому господину, что я выколочу все, что смогу, и не оставлю от этого селения камня на камне, а жителей отправлю прямо к праотцам! – проговорил жестко капитан. Он кивнул матросам.

Те споро преградили отход людям, изготовили оружие и застыли в ожидании. Назар перевел слова капитана. Испанец совсем осунулся, мертвенно побледнел, потом пролепетал, силясь сохранять достоинство:

– Да свершится все по воле Господней! У нас ничего нет, сеньоры.

Выслушав Назара, капитан крикнул матросам:

– Начинайте, ребята, – выхватил саблю и, не раздумывая, рубанул испанца по шее. Голова наклонилась к плечу, кровь хлынула из артерии, и тот кулем свалился в пыль.

Вопли перепуганных людей огласили селение. Послышались пистолетные выстрелы, вопли, стоны и визг женщин.

– Церковь быстрее захватить! – гремел голос капитана. – Там можно добыть немного утвари из золота и серебра!

Час спустя толпа человек в двадцать понуро стояла перед капитаном и его матросами, ожидая самого худшего.

– Вы должны показать, где запрятаны ценности! – проговорил капитан, а Назар перевел это.

Люди пожимали плечами, тихо переговаривались, но ничего не могли ни показать, ни рассказать. Их перепуганные лица и глаза молили лишь об одном: отпустить их с миром и пощадить хоть эту горстку людей.

– Капитан, они ничего не знают, – сказал Назар, сам бледный и испуганный.

– Знают, Кардинал! Эти оборванцы только с виду нищие, а у самих обязательно припрятано что-то!

Капитан кивнул матросам. Один из них подскочил и рубанул по руке метиса. Рука повисла на сухожилиях, кровь брызнула, а человек с воем согнулся до земли. Остальные вторили ему громкими голосами.

– Капитан, они ничего не знают. Вы же сами видите это! Что с них взять?

– Заткнись, Кардинал! Я знаю, что делаю!

Упал еще один мулат. Толпа бросилась было бежать, но всех опять согнали в кучу ударами шпаг.

Часть матросов не двигались с места. Они были бледны.

– Чего застыли? – рявкнул капитан. – Вперед, бродяги!

– Капитан… – попробовал Назар остановить де Казена.

– Молчать! Бунт! Я вам покажу, как не слушать капитана! – и с этими словами он взмахнул шпагой.

Лука успел схватить того за руку и отвести удар. Проговорил тихо:

– Капитан, не стоит так… Одумайтесь!

– Что?! И ты, сопляк, туда же? Да…

Он не успел закончить. Все казаки, что были здесь, и часть французов зашумели, закричали. Ферон стоял в сторонке и не вмешивался. Он наблюдал.

– Капитан, вы делаете не то, – проговорил Назар.

– Кто ты такой, чтобы учить меня, вонючий осел?! Убрать его с глаз долой!

Почти никто не тронулся с места, а Лука сказал с дрожью в голосе:

– Вы ничего не добьетесь своей жестокостью, капитан. Эти люди не враги. Сами знаете, что в этом селении ничего больше нет для нас.

– Смотрите, как заговорил этот сосунок? Взять его, заковать в железа!

– Капитан, не стоит так волноваться, – пытался успокоить того Назар.

Капитан задохнулся от злобы и возмущения. Он обернулся к Ферону и крикнул, брызгая слюной и размахивая шпагой:

– Ты что стоишь как столб, лейтенант? Это же бунт! Изволь выполнять мои распоряжения, Ферон!

– Прошу простить меня, капитан, – подошел ближе лейтенант, – но должен заметить, что вам и в самом деле следовало бы успокоиться. Все тут слишком возбуждены, капитан. А я не получал еще никаких приказов, простите.

– Так получите мой приказ, лейтенант! Арестовать всех этих ослов и отправить на борт! Всех, кто не подчинился моим приказам!

– Сожалею, господин капитан, но выполнить такой приказ будет трудновато, – и Ферон обвел глазами матросов.

Он заметил, что лишь треть их готова поддержать капитана. Расклад сил был не в его пользу.

После короткой перепалки капитан смирился с положением, отпустил жителей и решительным шагом направился к шлюпкам, бросив на ходу:

– Грузите добро!

На борту весть о стычке на берегу взбудоражила команду. Она разделилась на две неравные части. Бо2льшая часть поддержала казаков. С капитаном осталось человек около пятнадцати.

– Теперь надо ждать ответных действий, – заметил Лука. – Капитан так просто не забудет этот случай.

– Тогда чего нам медлить? – взвился Терешко. – Сейчас, пока у нас в руках оружие, сместим капитана и выберем другого. Лейтенанты хоть и не вмешиваются, но стоять с капитаном вряд ли будут.

– Погоди ты, Терешко! – Макей положил ему руку на колено. – Так просто такие дела не делаются.

– Дядька Макей дело советует, – подал голос Лука. – Еще неизвестно, сколько французов могут поддержать нас. А без уверенности в их поддержке нам не сбросить капитана. Да и лейтенанты не внушают мне доверия. Слишком осторожны и пока только намекают, а сами ждут нашего выступления. Повременим, казаки.