Прощай, Ариана Ваэджа! - Стелла Странник

И Кондратьев натужно выжал из себя:

— Конечно — людей! О цивилизациях потом будем думать…

Сказал это и такая серость на душе появилась… А с каким воодушевлением, с каким азартом говорили о предстоящей экспедиции! И что? Двух шагов не успели сделать, как все полетело в пропасть в прямом смысле этого слова! Он не выдержал пронизывающего взгляда ясных карих глаз местного географа, даже в лежачем положении чувствующего свое превосходство. И… отвел в сторону свой когда-то острый, а сейчас — сломавшийся от напряжения, взгляд.

* * *

До конца этого дня были сделаны некоторые рокировки. «Лежачий» Потапенко, как выяснилось, вполне мог ходить, правда, с опорой на тросточку, в которую превратилась обычная палка, найденная в двух шагах от палатки. А для подстраховки — и с опорой на чье-нибудь плечо. Так что довели его до телеги, чтобы отправить «первым рейсом» в Ныроб, а оттуда уже — в Чердынь. С ним отправили биолога Борисова — мало ли что, хоть присмотреть немного да воды подать. Обязанности чердынского «чичероне» принял на себя пермский профессор Старожилов. А куда деваться, если среди честной компании только они вдвоем с Потапенко знают здешние места?

— Н-н-но! Родимая! — Возчий взмахнул кнутом, и скрипнули колеса телеги.

— Осторожнее там… на буераках! — успел крикнуть Кондратьев и повернулся лицом к коллегам:

— Надо же, как погнал!

— Да не волнуйтесь вы, Павел Ильич! — успокоил его Старожилов. — Наши возчики дело свое знают!

— Антон Федорович, вот теперь вы с Леонтием Ивановичем здесь на пару…

— Как это на пару, когда и вы здесь? — недоуменно пожал плечами тот.

— Да я не об этом! — улыбнулся Кондратьев. — Думал об этом и раньше, но как-то случай не представлялся… И вот…

— Да о чем же вы? — пермский географ был растерян.

— О том, что ваши фамилии — Старожилов и Скорожитовский — очень уж перекликаются.

— Да вы что? — спокойно парировал тот. — А я и не нахожу вообще какого-то сходства. Я — Старожилов, а Леонтий Иванович — Скорожитовский. Да и вообще… Мы совершенно не походим друг на друга и внешне…

— Да ладно… Я ведь шучу! А вы все всерьез воспринимаете…

* * *

Оставшись втроем, исследователи долго еще обсуждали два зловеще нависших над экспедицией вопроса. Первый — как можно отыскать пропавших людей — Арбенина, Сибирцева и Сиротина. Второй — как можно найти в этих краях стародавние земли, может быть, и следы древних цивилизаций. Странно, что с каждым днем дистанция между этими вопросами увеличивалась. Как-будто бы в тот самый злосчастный момент, когда и пропали эти трое, появилась между двумя вопросительными знаками пропасть, и растет она все больше и больше, надуваясь, как воздушный шар. А что, если в определенный момент этот шар лопнет? Что если может наступить момент икс, когда эта пропасть поглотит собой оба вопросительных знака. И тогда… Тогда ничего не останется: ни людей, ни прожектов, а значит — и экспедиции.

Что? Что можно сделать, чтобы остановить ненасытную тварь? Как спасти оба стоящих ребром вопроса?

Однозначно, что есть еще надежда найти людей. Рано опускать руки, когда можно продолжать поиски — и в пещере, хотя там — особенно осторожно, не заходя совсем далеко, и — в окрестностях. Кто его знает, может, коллеги ждут помощи, отлеживаясь где-нибудь под деревом или рядом с водопадом… Может, они давно уже вышли из подземного царства да забрели в какой лесок ненароком…

Вот почему Кондратьев, Старожилов и Скорожитовский решили пока не покидать свой пост в том самом месте, где и до этого стояла палатка. И периодически прогуливаться в окрестностях.