Приют - Алиса Бодлер

– Простите?..

Но полицейская не успела продолжить допрос. Ее позвал командир отделения пожарной безопасности:

– Офицеры, у нас один взрослый труп! Это женщина. Пройдите сюда.

Пользуясь тем, что Хоуп отвлеклась, Мертон поспешила усадить детей в машину на заднее сидение, велела всем пристегнуться и села за руль.

– Боузи, Иви… – начала женщина.

– И Тина, – помог ей мальчик, наконец, обретая способность говорить.

– Боузи, Иви и Тина! Я чуть не сошла с ума, когда мне передали содержание ваших звонков в службу, – горячо проговорила социальная работница. – Это я виновата. Я не должна была оставлять вас с человеком, который сразу вызвал у меня подозрения. Увидев ее сейчас с этими бумагами, я без зазрения совести оставила тварь в огне, забрав доказательства, которые она пыталась спалить! Пусть преступление теперь на моих руках, но мы без сомнения докажем все, что с вами происходило, и вы расскажете мне то, о чем я еще даже не подозреваю.

Она горько всхлипнула и заговорила еще более отчаянно:

– Я сделаю все, чтобы это закончилось навсегда. Все!

* * *

Джереми вынул из обувного ящичка пять личных дел.

Подписи на обложках были скудными, но говорящими. В ситуации, что продолжала разворачиваться на наших глазах, имен было достаточно.

– Открываю только Иви? – пространно спросил у меня Оуэн. Только увидев папку с моим именем, он будто бы провалился куда-то далеко, в лиминальные пространства, и вынырнуть пока не мог.

– Нет, – твердо отрезал я. – Открываем всех. А ты перестань трястись. В конце концов, история известна тебе от и до.

– Какой ты жестокий мальчик, Боузи, – ядовито откликнулся дядя. – Слушать субъективную сторону – это всегда одно. Касаться фактов – другое. Или же мои кассеты не произвели на тебя никакого впечатления? Может быть, поэтому ты побежал искать меня после, обзванивая всех наших общих знакомых?

Это было справедливым замечанием.

Отдавая дань девушке, которая теперь не могла говорить с нами напрямую, но сделала для расследования более, чем достаточно, мы раскрыли папку, посвященную сразу и Тине, и Тигу.

«Имена: Тина и Тиг (близнецы)

Установленный возраст: 10 лет

Срок подготовки и приема N06BX: 1 год

Статус экземпляров: НЕ ПРИОРИТЕТНЫ

Способ внедрения в программу:

дружественная организация, ПСА»

– Ты понимаешь, что такое ПСА? – нахмурился Оуэн.

– Приют сестры Александры, – блекло отозвался я.

«Причина попадания в программу (из списка характеристик): 1, 2, 3, 4, 8.

Место размещения экземпляров: новый штаб

Методики, планируемые к применению: ДМТ, РПЖ[23], ЭСТ

Ответственный специалист: Д. Камерон

Анамнез нынешней инкарнации (зап. со слов представителя ПСА):

были определены в специальное учреждение с рождения. Оказались под присмотром представителя ПСА в возрасте восьми лет после посещения дружественной организацией места пребывания экземпляров (религ. миссия).

Под опекунством не были. Установленная причина: бытовая (нежелание брать двух детей сразу). В новом штабе девочка проявляет себя спокойно, мальчик – агрессивно. Порядок очереди: 3, 4

Анамнез предыдущей инкарнации (зап. со слов представителя ПСА):

– временной отрезок: начало XIX века;

– происхождение и геолокация: европейская аристократия, западное побережье. Зафиксировано некое архитектурное строение, трактуемое как «замок»;

– визуальная интерпретация: отсутствует;

– персона-фокус: старшая сестра;

– предполагаемая причина внезапной / насильственной кончины: утопление (сестрой?);

– исторические подвязки: пока не выявлены;

– уровень доказательной базы: слабый.»

Как я теперь понимал, в момент старта экспериментов в доме Камерона (или же теперь правильно было трактовать его как «новый штаб»?) данные не обновлялись. Потому как Тиг успел попасть под раздачу, но это не было зафиксировано.

Я тяжело вздохнул. Все, что такие, как мы, так эмоционально трактовали, ласково называя «видениями», «воспоминаниями» или «особыми состояниями», в рамках такого формата отчетности умещалось в несколько сухих строк. Идея о перерождении казалась мне своего рода неприкосновенной магией. Но о том, что люди были способны научиться продавать даже воздух, стоило помнить.

Да и нужно ли нам было удивляться тому, что проект «Escape» сыскал яркий эпизод своего развития во времена, когда общество снова начинало верить в вещи, ничем не отличающиеся от того самого спиритизма в девятнадцатом веке? Я боялся открывать социальные сети. Мне предлагали открыть чакру, совершить квантовый скачок или повысить свой уровень осознания – сотни раз на дню. И все это было фальшивым, фальшивым насквозь. Кому-то не доставало «третьего глаза», в то время как мы с Джереми были пресыщены мистикой, что окружала наше существование, по горло.

Почему никто не задумывался о том, что человек может захотеть понизить свой уровень осознания?! Я бы, например, от такого не отказался.

Во все времена балом правили деньги и тщеславие. И если эту ересь умудрялись продать даже двести лет назад, издеваясь над несчастными нищими, которые не помнили и своего настоящего имени, не говоря уже о прошлом, то сейчас заключить сделку с теми, кто так отчаянно пытался продемонстрировать всему миру свою особенность и исключительность, было проще простого. Держу пари, последователи Камерона еще и премию за инновационную разработку рассчитывали взять, аргументировав все, как Давернас тогда, перед матерью Оуэна: «Для науки».

А если о таком инструменте копания в мозгах узнали бы вышестоящие лица? Укол чудодейственным средством (которое на самом деле было просто психоделиком, только с переклеенной этикеткой), сеанс гипнотического «кино», немного электрошока – и вуаля, вам внушат, что в прошлой жизни вы были настоящим мессией и теперь должны работать на пользу государству.

А может быть, уже знали?..

Мы знали фамилии тех, кто исполнял приказы.

Но не подозревали, кто делал этот чудовищный «заказ».

– Этот эпизод я забыл подсветить, Боузи, – задумчиво прервал меня Джереми. – Я удивлен, что ты не спрашиваешь.

Я тряхнул головой.

– Ты о чем?

– Персона-фокус и предполагаемая причина смерти в одном из трудов Стефферсона трактуются как вещи взаимосвязанные. – Оуэн нервничал. – Впрочем, ты можешь понимать на примере…

– Не понимаю, – воплощая опасения дяди, отозвался я.

– Когда мы… Когда предыдущая инкарнация умирает и это не было самоубийством, а относилось к категориям смерти насильственной или же внезапной – мозг фиксирует… Последнюю картинку. Человека, который был рядом. Или же не просто был, а…

– Перестань выбирать слова! – покачал головой я. – Ты хочешь сказать, что Тину и Тига сопровождали воспоминания о сестре, потому что она их утопила или же, если так можно вообще выразиться, видела, как они тонут? А они, соответственно, видели ее?

– Все верно, – глухо отозвался Джереми и опустил голову.

В эту ночь временами я переставал его узнавать.

Но, слава богу, продолжал понимать. То, к чему