Приют - Алиса Бодлер

– Бумаги обгоревшие.

Я не отреагировал. Но он не отставал.

– Боузи, это бумаги из того дома?

– Откуда мне знать!

– Ты бормотал, что о той ночи больше нечего помнить. Чем закончился пожар?

Глубокий вздох.

Мне не хотелось опять погружаться в это. И почему реального времени никогда не хватало для того, чтобы установить полную причинно-следственную связь?

* * *

Принято думать, что боль от потери проявляется ярко.

Но как воспринимает утрату изрядно натерпевшееся сознание?

Как обрабатывает ужас мозг, прошедший короткий, но весьма масштабный марафон стресса и страха?

Ступор и пустота.

Вот что следует после. И более – ничего.

Оказавшись на поверхности, дети поспешили на шум сирен.

Выход из подземелья располагался далеко за домом и уходил в лес. Но ни ухающие в ночи совы, ни призрачные тени, ни темнота не могли остановить ребят в момент, когда те бежали навстречу своему спасению.

В их глазах не было слез. Лишь грязь – физическая и ментальная, облепившая их юные, невинные лица, напоминающая о том, откуда и как всем троим пришлось выбираться.

На подъезде к особняку Камерона стояли три машины пожарной службы, сотрудники которой пытались потушить бедствие. Чуть дальше – скорая, две полицейских машины и старенькая серая тойота.

– Мисс Мертон здесь! – что есть силы закричал Боузи. – Мисс Мертон! Она приехала! Ей сообщили!

Он ускорил бег, но заметил, что девочки не последовали его примеру.

Иви и Тина смотрели на него тяжело и потерянно, превратившись в маленькие карикатуры на взрослых против своей воли.

– Она же работает в центре! – прокричал мальчик. – Ну, вы чего! Она нас всех заберет.

– Там стоит скорая, – пространно ответила Иви. – Вдруг Камерон и карга в ней? Тогда они нас снова заберут. Нам никто не поверит.

– Вы просто не понимаете! – продолжал декламировать радостный мальчишка. – Мисс Мертон – она лучшая! Она все поймет! И всех убедит!

Тина молчала.

– Мы можем использовать суету и спрятаться в лесу, – снова настаивала Иви. – А как полностью взойдет солнце, побежим в сторону дороги. И найдем других людей.

– Иви, да хватит! – Боузи сжал кулаки. – Я вам обеим обещаю, что все будет хорошо. Мы больше не вспомним про эту ночь.

– Тина никогда не забудет, дурак, – жестко ответила девочка. – И я – тоже. Я никого не забуду. А ты – самый маленький и глупый. Ты просто дурак. И провел с Александрой меньше времени, чем каждая из нас!

Мальчик разозлился.

– Ну и стойте здесь! Первый пойду. Но вернусь за вами, так и знайте!

С этими словами Боузи развернулся и помчался с удвоенной силой. Когда он, наконец, добежал до тойоты – салон автомобиля оказался пуст.

Полицейские заметили его сразу.

– Эй, мальчик! – крикнула ему светловолосая девушка-патрульная, которую сопровождал крепкий мужчина в годах. – Ты из этого дома? Ты один?

Стоило незнакомым взрослым появиться на горизонте, Боузи почувствовал, как его извечная проблема возвращается. Он хотел ответить, но не мог произнести ни слова. Будто бы проглотил язык.

– Все нормально, – твердо, но спокойно произнесла полицейская. – У тебя шок. Пойдем, мы покажем тебя врачам.

Все еще не в силах говорить, мальчишка указал на тойоту, как бы давая понять, что хочет сказать.

– Знакомая машина? – девушка кивнула. – Да, экстренная служба связалась с центром опеки после повторного вызова из этого дома. Тебе повезло, что смогли отправить именно эту сотрудницу. Сейчас пятый час утра.

Боузи снова посмотрел на автомобиль.

– …отчаянная дамочка, – вдруг присоединился к диалогу второй патрульный. – Знаешь, она ведь побежала внутрь, как только огонь поутих, и даже пожарные не смогли ее остановить.

Осознав услышанное, мальчик почувствовал, как и без того измученное за ночь маленькое сердце ухнуло вниз. Он, наконец, смог повернуться в сторону злополучного особняка и посмотреть на результат собственных действий.

Огонь охватил все строение. Более всего, судя по угольно-черным дырам, оставшимся от окон, пострадало правое крыло первого этажа. Что было абсолютно естественно: именно там находилась столовая, с которой все и началось.

– Кто-то еще выбрался вместе с тобой?

Боузи кивнул и указал в сторону леса.

– Стэн, сходи и приведи, – скомандовала мужчине-патрульному полицейская.

Когда Стэн ушел, девушка присела возле мальчика на корточки и мягко улыбнулась:

– Прости, я не представилась. Я – офицер Хоуп. Мы здесь, потому что так положено. Не надо бояться. И я уверена, что эту женщину пожарные скоро выведут, потому как я сразу им сказала за ней следовать. Давай я принесу воды?

Боузи не мог ответить, но попытался улыбнуться.

Через пять минут Стэн привел брыкающихся Иви и Тину, которые смотрели на названого брата очень враждебно.

– Вроде девчонки, а пинаются, как малолетние преступницы! – гоготнул патрульный.

– И что, что они девчонки, Стэн? – грозно осадила его офицер Хоуп. – Не начинай опять.

Вскоре у главного входа дома господина Камерона появился знакомый женский силуэт. Мисс Мертон выглядела очень грязной и утомленной – будто бы провела эту ночь в подземелье вместе с детьми. В руках она держала кипу документов, издалека очень напоминающую папки, которые были спрятаны в шкафах комнаты-палаты.

– Господи, Боузи! – крикнула женщина и со всех ног понеслась к машине.

– Мэм, стойте, – остановила ее офицер Хоуп. – Дети находятся в шоке. Что у вас в руках?

Мисс Мертон посмотрела на полицейских весьма враждебно.

– Это их свидетельства о рождении. А что еще это может быть?

– Покажите, мэм.

– Вы сейчас серьезно? Я что, не приехала сюда с вами? В чем вы можете меня подозревать?

Казалось, что между женщинами может вспыхнуть конфликт.

– Хорошо, мэм, – неохотно смягчилась полицейская. – Мы понимаем, вы занимаетесь этими детьми, и мы все тут очень устали. Но вам придется явиться для допроса несколькими часами позднее.

– Да ради бога, – брезгливо бросила мисс Мертон, отчего-то сильно торопясь открыть свой салон и закинуть папки в бардачок.

Спрятав бумаги, она, наконец, принялась обнимать детей.

И, почувствовав ее прикосновение, ребята, наконец, расплакались.

Даже Тина и Иви перестали дуться (неясно на кого больше – на Стэна, который их притащил, или же на Боузи, который выдал их местоположение) и дали волю эмоциям.

– Мэм, вы знаете всех этих детей? – вновь вмешалась Хоуп.

– Да, – не моргая, соврала Мертон, в глазах которой теперь тоже стояли слезы. – Да, это мои дети. Дети центра. Всеми тремя я занимаюсь много лет.

– Ну, хорошо, – резюмировала патрульная. – Я видела ваше удостоверение, но вы же понимаете, что дело касается несовершеннолетних. Вам придется явиться на допрос в любом случае.

– Раз уж вы так печетесь о детях, почему этот чертов дом вообще здесь стоит?! – не выдержала социальная