Глаза Сатаны - Константин Волошин

Мак-Ивен на миг растерялся. Солт тут же отдал тихо приказ:

— Ребята, хватай оружие! Быстро, шлюпка вот-вот подойдёт! Отобьёмся от неё, а там посмотрим! И без паники!

Часть матросов кинулась к оружию и уже через минуту у многих в руках виднелись мушкеты, сабли и пистолеты.

— Чего вы хотите? — пытался выиграть время капитан. — У нас только сегодня получен пропуск губернатора на выход в море! Можете убедиться!

— Пропуск отменён, капитан. — Офицер ловко взобрался не борт и протянул капитану приказ.

Барт прочитал его, вернул, посмотрел на капитана.

— Это предательство! Губернатор не мог так поступить! — И, повернувшись к офицеру, сказал решительно: — Сеньор, мы не можем подчиниться этому приказу. Это вероломство и предательство!

— Извините, сеньоры, но в таком случае я должен вас арестовать.

— И вы это сможете?! — нагло усмехнувшись, спросил Барт.

Офицер оглянулся по сторонам. На него смотрели угрюмые, готовые на всё матросы с мушкетами в руках. Часть их направила оружие вниз, в шлюпку, где сидели с десяток вооружённых людей, беспокойно ёрзавших на своих банках.

— Вы осмелитесь не подчиниться губернатору, сеньоры? — Офицер был растерян, старался держаться достойно. Его три солдата на палубе застыли на месте, не смея поднять оружие.

— А почему нет, сеньор? — спросил Барт. — Губернатор сам отдал распоряжение на выход нашего судна в море. Мы выполнили все условия, и я не вижу причин подчиняться такому нелепому и обидному приказу. К тому же, посмотрите вокруг, сеньор. Что вы можете сделать? Огни мы сейчас потушим, и форт нас просто не увидит. Благоразумнее оставить нас в покое, и мы мирно и тихо выйдем в море. Мы мирные коммерсанты и имеем права плавать в любом месте морей Его Величества.

Офицер был явно обескуражен и не знал, что предпринять. А Барт продолжал, обведя руками палубу:

— Люди отлично вооружены, а пушек у нас и вовсе нет. Но для вас оружия и людей у нас хватит. Отваливайте, пока есть время, и мы расстанемся по-хорошему, как добрые соседи, сеньор. Будьте благоразумны.

Офицер был в безвыходном положении, оглядывался то на своих людей, то на молчавших матросов. А судно продолжало медленно идти к выходу из бухты, и никто не собирался его положить в дрейф.

— Я сожалею, сеньоры, но другого выхода у меня нет. Я удаляюсь. Прощайте, — офицер небрежно махнул рукой остолбеневшим солдатам. — Спускайтесь

Как только офицер отвалил, Мак-Ивен тихо приказал:

— Установить пушки! Хотя бы одну, бас, и зарядить её поплотнее. Что-то мне не нравится тот корабль впереди. Он стоит как раз на нашем фарватере, и на палубе слишком много огней. Поспешай!

Матросы, чувствуя опасность, работали, словно черти в пекле. Не прошло и четверти часа, как бас, уже заряженный картечью, устанавливали на баке. Канониры водились с пушкой, ожидая лишь команды капитана.

Огни на судне были погашены, но взошедшая луна давала достаточно света, и испанский корабль был виден сносно в полутораста шагах впереди. С этого корабля донеслось из рупора:

— На «Миньоне», спустить паруса! Лечь в дрейф, иначе будем стрелять!

Барт взял рупор, приложил к губам, прокричал в ответ:

— Мы уже всё выяснили с офицером, прибывшим на борт, сеньор! Не мешайте проходу! У нас всё в порядке!

— Выполняйте приказ, капитан! Мы готовы вас расстрелять!

И это было верно. Виднелись горящие фитили канониров, стоящих у пушек. Правда, пушек было всего две с каждого борта, но и этого могло оказаться достаточным, попади заряд картечи вдоль палубы.

Мак-Ивен сказал Барту негромко:

— Командуй ложиться в дрейф, Барт! Это даст нам выигрыш во времени и немного успокоит испанцев! И мы ударим им картечью и залпом из мушкетов.

— Паруса долой! Все на реи, собачьи выродки! Поспешай!

Все это он прокричал на испанском. Матросы почти ничего не поняли, вопросительно глядели на полуют, тонувший в темноте. Несколько светлых фигур медленно полезли по вантам, заслоняя собой мушкеты.

Тем временем суда уже сблизились шагов на сто. Пора было отворачивать.

И в это время капитан крикнул:

— Огонь!

Пушка рявкнула, изрыгая сноп огня. Картечь безжалостно хлестнула по палубе испанского корабля. Залп мушкетов покрыл вопли и стоны покалеченных, а нестройная трескотня пистолетов не позволила произвести даже одного выстрела с испанского судна.

«Миньон» неторопливо прошёл в десяти шагах от испанца, где продолжали вопить и бегать, изредка паля из мушкетов. В ответ англичане неспешно палили из пистолетов, но это была скорей игра.

Испанцы были уверены, что англичане бросятся на аборлзж, однако Мак-Ивен уклонился от боя.

Испанцы же и не помышляли бросаться на абордаж. Им было не до этого. Половина команды была убита или ранена, остальные в растерянности никак не могли организоваться.

«Миньон» медленно удалялся. Пальба удивительно быстро затихла и в бухте повисла гнетущая тишина.

— Ребята! На вёсла! Пора поторопиться. Ветер слаб и мы так до утра не выберемся в море! — Мак-Ивен был приятно возбуждён, говорлив ц доволен.

— Почти без потерь, капитан! — весело воскликнул Барт. — Всего один ранен. Да паруса немного продырявлены. Отлично у нас получилось, капитан!

— Этого можно было ожидать, Барт! Но я думаю, что испанцы уже догадались, что мы англичане. Иначе, с чего бы им затевать против нас такие действия? Или что-то другое?

— Скорее всего, именно другое, Бен, — ответил Барт. — Губернатору стало жаль упускать из рук столько денег. И это, думаю, основное, что заставило его попытаться захватить нас. Но и твоё предположение не совеем беспочвенно, капитан.

— Во всяком случае, нам удалось их перехитрить, Барт! Теперь они нас и преследовать не станут. Слишком они перепуганы приближением Дрейка и Хокинса. Память об их набегах особенно свежа в этих водах.

— Что теперь нас ждёт, капитан? Куда направим наш форштевень? К Дрейку или поищем чего ещё?

— Повременим с принятием решения, Барт. Посмотрим, что нам сулит этот знаменитый Дрейк. Хотелось бы встретить де Тельо. Досмотреть, что он из себя представляет.

— Значит, на вест? А не слишком рискованно, Бен?

— Мы их не можем заинтересовать, Барт. У них сейчас слишком большие заботы с Дрейком и Хокинсом. Им не до нас. Пройдём мимо, посмотрим, это даст нам некоторое представление о силе флота испанцев.

— Ладно, капитан, пора кому-то и отдохнуть.

— Иди, Барт. Я до утра постою. Не хочу лишать себя ответственности в столь трудной и сложной обстановке. Иди!

Утром, после довольно изнурительной работы на вёслах, матрасы полезли на ванты, расправлять паруса, тянуть брасы, фалы, ловя лёгкий бриз. Судно шло на запад и чёткий берег острова медленно тянулся по левому борту,