Глаза Сатаны - Константин Волошин

К вечеру испанцы снесли всё, что требовалось. Кроме двух тысяч золотых песо, было около пятисот в ценных предметах украшений, посуды и тканей. К этому добавили штук тридцать свежих окороков, яиц несколько корзин, маиса, даже немного пшеничной муки, что было большой редкостью в этих местах. И несколько живых свиней, кур, гусей и прочей снеди, которую свозили на судно уже местные лодочники, избежавшие погрома.

— Бить всем сбор! — распорядился Мак-Ивен. — Джеймс, бей в барабан. Пора отваливать. Повеселились и хватит. А то перепьются, как в прошлый раз.

Шестнадцатилетний юнга Джеймс, которого все звали Пирожок за его улыбчивость и румяную физиономию, забил в барабан, сзывая разбрёдшихся матросов, беспечно отдавших себя на милость горожанам. Но те были слишком напуганы и не помышляли об отпоре или мести.

При свете луны «Миньон» неторопливо покинул гавань, взяв курс на юг.

Ивась стоял на румпеле, всматривался в стрелку компаса, поглядывал на чёрное небо в огромных хитрых звёздах, подмигивающих в вышине.

Рядом облокотился о поручни помощник Солт. С этим офицером у матросов были простые отношения. Не сравнить с Бартом.

Ивась чувствовал усталость, сонливость. У грот-мачты сидели четверо вахтенных матроса и играли в кости, вяло перебрасываясь словами. Всё вертелось о предполагаемой делёжке награбленного, и каждый мечтал по-своему ощутить свои богатства.

— Солт, может, я прилягу на полчасика! — взмолился Ивась, глянул на помощника без уверенности в успех его предложения.

Солт обернулся, безразличными, осоловевшими глазами смотрел некоторое время на молодого матроса и вдруг сказал:

— Ты, я видел, не очень-то охоч до рома, Джон. С чего бы это?

— Не нравится такое крепкое, как ром. Вино лучше.

— Ты молодец, парень. Недаром Том тебя просил устроить сюда. Ты хоть доволен этим?

— А что? Мне нравится всё новое. А тут столько всего, что в моей прежней жизни и за всю жизнь не увидеть. И возможность хоть немного скопить на будущее. Верно, Солт?

— Как сказать, Джон. Как сумеешь и как удастся. Ладно, Джон, ложись у румпеля, погода тихая. Я постою до ближайшей склянки.

Ивась тут же лёг на ещё немного тёплые доски палубы. Роса ещё не выпала и было сухо. Он уже стал быстро погружаться в сон, как что-то подтолкнуло его, и он очнулся. Прижатое к доскам ухо уловило тихие голоса.

Они доносились снизу, и Ивась не сразу сообразил, что под ним каюта капитана. Он прислушался.

— …тебе говорю, Барт. Это мы провернём легко. Никто ничего не дознается. Завтра мы подбросим порядочный куш, как им будет казаться, и никто не догадается.

— А я считаю, что мы сильно рискуем, Бен. Солт постоянно что-то вынюхивает. Да и Крэбб, хоть и держит нашу сторону, однако не прочь и собственную игру затеять.

Ивась толкнул Солта ногой. Тот недовольно обернулся и увидел, как юноша отчаянно приглашает того послушать.

Помощник приник к палубе. Долго слушал, а Ивась только смотрел, не сообразив опять лечь на палубу. А когда он лёг слушать, разговор передел совсем на другое, неинтересное.

Ивась в некотором замешательстве уставился на помощника и машинально положил руку на рычаг румпели.

Тот со сжатыми губами молчал, размышляя. Потом повернул голову к Ивасю, спросил шёпотом, словно его могли услышать:

— Что ты слышал, Джон? Можешь вспомнить?

Ивась призадумался. В голове путалось, но память всё же вытащила на поверхность слышимое им. И он как мог пересказал Солту слова говоривших.

Солт ничего не сказал. Его губы по-прежнему были сжаты, глаза устремлены в одну точку.

Так и не сказав ни слова, помощник ушёл на нижнюю палубу, где стал неторопливо прохаживаться у правого фальшборта.

Ивасю совсем перехотелось спать. Его смущали услышанные слова и то, как повёл себя Солт. Очень хотелось поговорить с друзьями, но не хотелось будить их. Да и оставить румпель он не имел право.

Он едва не прозевал отбить время в колокол. Он бил тихо, но звук в ночи пронёсся над морем колесницей богов, прогрохотавших в небесах.

Неделю спустя подошли к городку Гуаяма. Порт был крошечным, с десятком лодок и небольших яхт для прогулок знати.

— Время поджимает, Барт, — говорил Бен помощнику. — Обстреляем город и потребуем не менее тысячи песо и провиант и уберёмся восвояси.

— Надо подойти ближе и приготовить шлюпки с призовой командой, — отозвался Барт. — Я пойду в город за добычей, а ты тут следи за морем.

Две шлюпки уже покачивались у трапа. Канониры готовили пушки.

Прогрохотал жидкий залп из трёх пушек. Ядра с шипением унеслись к городку и вздыбили столбы пыли. Тут же поднялась паника. Шлюпки мощными гребками быстро приближались к причалу.

В четверть часа матросы были в городе и быстро оповестили горожан о своих требованиях.

— Если требование не будет выполнено через час, то два дня город будет гореть ярким пламенем. — Барт говорил неторопливо, значительно и требовательно. — И требуем мы не так много, сеньоры. Тысяча песо золотом, мясо, хлеб и прочие продукты. И думайте быстрее. Мои матросы сгорают от нетерпения потешиться вашими дочерями, сеньоры.

Совещались граждане недолго. Коррехидор с тяжёлым видом согласился с требованиями Барта, попытавшись испросить за это помилование всего живого и сохранения городка.

— Через час всё должно быть на берегу, сеньоры, и я обещаю никого не трогать и оставить город таким, как есть. Так что торопитесь!

Матросы отдыхали у пристани, поедали гору фруктов, присланных горожанами. Посмеивались, довольные вызванным страхом.

Уже через четверть часа стали сносить деньги и продовольствие. Рабы пригнали шесть свиней и сотню гусей, особо тщательно несли корзины с яйцами, ананасами. Мешок какао преподнесли, словно дар богов.

Лодки стремительно носились по бухте, отвозя грузы на судно. А в назначенное время Крэбб подсчитал наличность.

— Одна тысяча шестьдесят три песо, капитан! — Он был горд точностью в подсчётах. — Можно относить к шлюпкам?

— Несите. Я сейчас. — Барт повернулся к именитым гражданам городка. — Вы отлично исполнили условия договора, сеньоры. Можете продолжать копить свои богатства. Мы или другие должны обязательно прийти за ними. Желаю успехов и благоденствия. Чем богаче будете вы, тем лучше нам! Прощайте'

Горожане нестройными голосами попрощались, благодаря Всевышнего, что тот не допустил кровопролития.

— Очень хорошо, Барт! — Мак-Ивен с довольным видом приветствовал помощника на борту. — Барт, распоряжайся судном, нам необходимо привести в порядок наши дела и определить долю каждого.

Помощник пошёл отдавать команды к отплытию.

Солт молча кивнул, чуть склонил