Скандал в Чайна-тауне - Стив Хокенсмит

– Я его разговорю, – пообещал Чарли, и его тон стал суровым. Парень выпрямился во весь рост и сжал длинные костлявые пальцы в кулаки.

Было смешно смотреть, как худосочный Чарли-Фриско пытается кого‑то запугать. По мне, он выглядел немногим более устрашающе, чем пугало, которое забыли набить соломой.

Однако Ли Кан заметил перемену в собеседнике, и его лучезарная улыбка тоже переменилась. Губы уже не казались такими резиновыми, а в распахнутых глазах появилась настороженность.

– Вообще‑то у нас по-прежнему есть немало наличных, – сказала Диана. – Чарли, как насчет тех пятидесяти долларов, которые я дала тебе утром?

– А при чем здесь они? – буркнул гид, явно недовольный вопросом.

– Не хочешь одолжить их нам? – предложила она. – Скажем, под сто процентов. В день.

Чарли фыркнул.

– Я вам не банк.

– Ой, да ладно, Чарли! – возмутился мой брат. – У нас нет времени на ерунду. Предложи ему двадцать баксов из своей заначки. Знаешь же, что леди не обманет.

Парень уставился на моего брата, но через несколько секунд медленно разжал кулаки и вытащил свернутые купюры. Отделив десятку, он помахал ею перед Ли Канем и сказал что‑то по-китайски.

Лекарь кивнул и с явным облегчением выхватил купюру. И заговорил.

Всего полчаса назад Фэт Чой стоял на том же месте, что и вы, сообщил он нам через Чарли. Топорщик был одет в американский костюм, немного ему тесноватый, а косу спрятал за воротник пиджака. Он купил опиум – много опиума – и попросил какое‑нибудь средство от морской болезни. Готовя порошок по собственному секретному рецепту, Ли Кан ловко – во всяком случае, по его словам – полюбопытствовал, зачем Фэт Чою понадобилось лекарство. Тот рассмеялся.

«Сам знаешь, мне нельзя здесь оставаться, – якобы ответил топорщик. – У меня в Гонолулу дядя. Поживу у него, пока все не забудут о докторе Гэ Ву Чане».

– Он сам назвал имя дока Чаня? – уточнил я, когда Ли Кан закончил.

Чарли перевел вопрос, и аптекарь кивнул.

– Что ж, теперь нет никаких сомнений, – сказал я Старому. – Именно Фэт Чой убрал дока.

Брат даже не взглянул на меня.

– Фэт Чой сказал: «Мне нельзя здесь оставаться, я поживу в Гонолулу»? – спросил он у Чарли. – «Мне», не «мы»? Даже не упомянул девчонку?

Гид снова перевел вопрос. На сей раз Ли Кан что‑то долго говорил, качая головой.

– Нет, – сказал Чарли Густаву. – Фэт Чой ничего не говорил про Хок Гап, а Ли Кану вовсе не хотелось спрашивать. – Он покрутил руками в воздухе, изображая колесо парохода, отваливающего от причала. – Так мы здесь закончили? Потому что, сдается мне, мы услышали все, что хотели.

– Я согласен с Чарли, – кивнул я. – Мы наконец напали на след Фэт Чоя. Теперь нужно просто найти газету и просмотреть расписание пароходов. Сегодня не может быть больше одного корабля на Гавайи. Найдем нужный пирс и, может, успеем поймать Фэт Чоя прежде, чем он отчалит.

– Если еще не отчалил, – вставила Диана.

Гид не собирался ждать, пока мы закончим. Он отвернулся от Ли Кана и протиснулся мимо нас к двери.

– Не спеши, Чарли! – рявкнул Старый.

Тот остановился и развернулся к нам.

– Еще вопросы? – спросил он сквозь сжатые зубы.

– Всего два. – Густав посмотрел на Ли Кана. – Лекарство от морской болезни дорого стоит? И сколько купил Фэт Чой?

Чарли перевел вопросы уже от двери, стоя у нас за спиной.

Даже зная, что Старый не понимает ни слова, Ли Кан отвечал моему брату, глядя ему прямо в глаза.

– Да, порошок от морской болезни дорогой, – перевел Чарли. – Двадцать баксов за пакетик. Аптекарь говорит, что трудно достать ингредиенты, но на самом деле это лишь значит, что у покупателя не было времени торговаться. Фэт Чой купил запас всего на пару ночей.

– Ну, значит… – Густав повернулся к нам: – Он не плывет на Гавайи.

Я поднял руку.

– М-м, если позволишь… – Я кашлянул. – Чего?!

– Фэт… Чой… не… плывет… на…

– Может, хватит? Я не глухой. Просто не понимаю. Ты говоришь, что Фэт Чой выбросил сорок баксов на лекарство от морской болезни, а сам поедет куда‑нибудь в Айдахо?

– Вполне возможно.

– Вы думаете, что это слишком просто, – сказала Диана Старому. – Слишком очевидно.

– Но просто – это хорошо! – возразил я. – Очевидно – тоже хорошо! Нам весь день не хватает ясности.

Старый зачитал мне цитату из Холмса: «Нет ничего более обманчивого, чем очевидный факт».

– Знаешь, в этом примерно столько же смысла, как в болтовне о том, что невероятное и есть правда.

Густав закатил глаза.

– Ну сам‑то пошевели мозгами немного, а? Фэт Чой так перепуган, что весь день просидел в подвале, а когда наконец вышел, заявился сюда, к нему, – он ткнул большим пальцем через плечо, указывая на Ли Кана, который замер за прилавком и смотрел на нас с застывшей улыбкой, – к лекарю, который, по словам Чарли, очень далек от респектабельности, и с порога выложил ему все свои планы? – Старый покачал головой. – Не складывается. Если только топорщик не хотел, чтобы все поверили в его сказку про дядюшку на Гавайях. И вот еще что: Фэт Чой купил большой запас опиума, но поскупился на порошок от тошноты. А пароход до островов идет… сколько? Две или три недели? Нет, слишком глупо.

– Если он врал, зачем вообще покупать средство от морской болезни? – спросил Чарли от двери. Ему так не терпелось идти, что он едва не бил копытом. – Фэт Чой подсел на опиум. Он не выбросит сорок долларов, которые можно потратить на гонку за драконом.

– Ну-у-у, – Густав растянул слово, как тянучку, пока сам быстро придумывал ответ. – Может, ему действительно требовалось это снадобье. Но только не для долгого плавания, а для короткого.

– До Лос-Анджелеса и Портленда морем всего несколько дней, – предположил я.

– Или, – сказала Диана.

Только одно слово: «или». И, подняв бровь, взглянула на моего брата.

– О да… да-да-да, – подхватил Старый и кивнул ей. Сначала это был лишь небольшой наклон головы, но мой брат кивал все энергичнее и в итоге так затряс головой, будто пытался зубами выловить из воды яблоко.

Я тоже кивнул:

– Конечно! Это даже не элементарно, это просто детский сад!

– Что именно? – спросил Чарли.

Я пожал плечами:

– Подловил.

Диана сжалилась над нами и дала правильный ответ:

– Если хочешь убраться из Сан-Франциско куда подальше и как можно быстрее, лучше всего ехать поездом. Но из города поезда дальнего следования не ходят. Для этого нужно попасть в Окленд.

– Все ясно, – сказал я, и на этот раз мне действительно было ясно. – На пароме.

– Последний отходит в