Лодейный кормщик - Евгений Федорович Богданов

Еще раньше была война «из-за уха Дженкинса». Она началась в тридцатые годы восемнадцатого столетия, и формальным поводом к ней послужили действия испанского капитана, якобы отрезавшего ухо английскому моряку Дженкинсу. Хотя упомянутый Дженкинс и пострадал, однако его ухо было ни при чем: эта англо-испанская война велась за возможность для Англии торговать с испанскими колониями. Окончилась она в 1739 году.

Было много и других войн по более серьезным поводам, однако все они преследовали одну цель: завладеть рынками сбыта для развивающейся промышленности и обеспечить метрополии колониальными товарами и сырьем.

Внедрение в колонии шло и другим, более «мирным» путем. Но мирным относительно. Если не сражались между собой флоты или эскадры враждующих государств, то пушки гремели все равно в иных местах. Купеческие корабли были таковыми лишь наполовину. У них хватало и оружия, и, достигнув каких-либо островов в океане на востоке, капитаны наводили страх на местных жителей ружейной и орудийной пальбой, принуждая к безропотному их повиновению испанской, британской или португальской коронам. Туземные короли, не искушенные в торговых операциях, заключали сделки с колонизаторами на смехотворно неравных условиях. За какую-нибудь пару старых ружей и мишурные украшения для жен племенных вождей пришельцы «покупали» на островах земли, строили форты и фактории, оставляли своих миссионеров, призванных обращать туземцев в европейскую веру, и отплывали, нагруженные богатой добычей.

В те давние времена в Европе держался устойчивый спрос на восточные пряности: черный и красный перец, лавровый лист, гвоздику, мускатный орех и другие. Цена на них была высока, потому что привозились они издалека — из Ост-Индии.

Поставщиками пряностей вначале были португальцы, затем их вытеснили с этого рынка голландцы. Монополия голландцев на торговлю в этой сфере раздражала англичан. Им хотелось найти свободный доступ к такому прибыльному рынку.

Первым английским моряком, который обогнул мыс Доброй Надежды и достиг в 1592 году Ост-Индии был Джемс Ланкастер.

В конце 1600 года в Лондоне была создана Британская Ост-Индская компания, и Ланкастер вторично пошел в Ост-Индию с флотом из пяти кораблей. Возвратился он оттуда с богатым грузом пряностей и принес компании солидные прибыли.

Пожалуй, с этого момента и началось процветание Британской Ост-Индской компании, которая постепенно монополизировала торговлю с Востоком. Большая часть доходов компании состояла из прибылей, получаемых от продажи в Англии экзотических продуктов Востока.

С каждым годом компания становилась все более могущественной и расширяла мореходство и торговлю до тех пор, пока в 1812 году не была отменена ее монополия. После 1813 года Британская Ост-Индская компания в течение двадцати лет безраздельно владела чайными рынками и ежегодно продавала чая на сумму около четырех миллионов фунтов стерлингов по ценам, вдвое превышающим закупочные.

От этой компании и пришли в Китай с грузом промышленных товаров клипер «Поймай ветер» и «Капитан Кук», завершив наконец многодневный путь по Атлантическому и Индийскому океанам.

Сдав представителям компании привезенные из Англии товары и грузы, клиперы стали готовиться под погрузку. Матросы вычистили, проветрили, просушили трюмы, чтобы принять в них черный байховый чай. Правда, на этот раз не первого урожая, который собирался в апреле-мае. Но все равно в качестве чая ни у кого сомнений не было. Капитан Кинг сам распробовал и оценил его высокие свойства за чаепитием в кают-компании накануне отплытия и гонок на обратном пути.

В чайных гонках должны были участвовать три клипера: «Поймай ветер», «Капитан Кук» и «Меченый Мавр», который вышел в Китай из Ливерпуля неделей раньше двух первых. Теперь он также готовился в обратный путь. Все эти корабли шли в Англию с грузом чая для Британской Ост-Индской компании. Они были однотипны по своему устройству, имели приблизительно одинаковую грузоподъемность — до девятисот регистровых тонн каждый — и могли развивать скорость при попутном ветре до восемнадцати узлов.

Во время гонок капитанам предоставлялась полная свобода действий, они были вольны в выборе курса, в заходах в порты. Важен был конечный результат: кто первым придет в Лондон и ошвартуется у причала. Капитану победившего клипера назначался приз — пятьдесят фунтов стерлингов золотом.

Корабли грузились в одно время. К борту клипера «Поймай ветер», стоявшего на рейде, подходили лихтеры с чаем, упакованным в фанерные ящики, обитые жестью по углам. Груз принимали на палубу и опускали в трюм. Матросы укладывали его там под присмотром первого помощника капитана Эванса.

Погрузка шла днем и ночью, и когда, наконец, трюмы были заполнены, Дэниэл Кинг приказал готовиться к отплытию. Однако из-за большой осадки корабль мог выбраться из устья только с приливом и пришлось ждать, когда он начнется.

Наконец после полудня в реку хлынули морские коды, и к клиперу подошел небольшой буксир-паровичок. С него подали буксировочный трос. Паровичок запыхтел, зашлепал по воде плицами колес и натянул канат. На клипере подняли якорь, и буксир, подрагивая корпусом от чрезмерных усилий, выпуская из высокой трубы кольца дыма, медленно двинулся вниз по реке, таща за собой парусник.

Правила гонок не устанавливали точного времени выхода в море. Поэтому капитаны стремились как можно скорее покончить с погрузкой и покинуть порт. Как ни торопил Кинг грузчиков, «Поймай ветер» выходил вторым: его опередил «Меченый Мавр».

…Буксир еле справлялся с быстрым приливным течением. Капитан Кинг, стоя на баке, нетерпеливо поглядывал вперед и поднимал руку, помахивая сжатым кулаком. Трудно сказать, действовал ли на команду буксира этот красноречивый жест, но кольца дыма из трубы буксира стали вылетать чаще и скорости как будто прибавилось.

Егору все это было в диковинку. Он стоял на палубе рядом с Майклом и смотрел, как слабосильный паровичок буксировал клипер.

Лотовый в носу кричал:

— Пять саженей!.. Пять с половиной!

Капитан оборачивался к нему и что-то спрашивал. Лотовый снова и снова бросал свинцовый груз за борт и выбирал лотлинь.

— Шесть саженей и четыре фута![98] — докладывал он.

Прилив поднял уровень воды в реке почти на треть.

— Ну, скоро начнется адская работа! — сказал Майкл. — Готовься, Джордж…

— Да я-то готов, — ответил Егор. — Пошлют ли меня на мачты?

— Пошлют, — со спокойной уверенностью отозвался Майкл.

Паровичок вдруг пошел очень медленно, он больше не мог справляться с приливным течением. Буксирный канат совсем ослаб, сильно провис в воду. Корабль вместе с паровичком начало относить назад, и Дэниэл Кинг раздраженно скомандовал:

— Отдать якорь!

Загремела ручная лебедка,